ОТЦЫ И ДЕТИ

САША ШЕФЛЬ
Блатных не любят. Им завидуют и их третируют одновременно. Художественный руководитель Театра имени Ленинского комсомола Марк Захаров не скрывает, что помог состояться своей дочке Александре. И что бы ни говорили недоброжелатели, зрители давно простили Александре папину помощь. Талант, как известно, скрыть трудно.

Саша Шефль: Марк Анатольевич, по существующей версии, Саша поступала на актерский вопреки родительской воле. Неужели правда?

Марк Захаров: Ничего подобного. Ни я, ни жена не пытались ее отговаривать: разногласий на этот счет в семье не было. Я считаю, что профессия актрисы очень хороша для женщины - здесь она абсолютно равноправна с мужчиной. Правда, эта профессия довольно рискованная, с определенными огорчениями, кризисами, неудачами и даже профессиональными заболеваниями.
С.Ш.: Саша, в театральное училище вы поступали как абстрактная Захарова или как дочь главрежа "Ленкома"?
Александра Захарова: Я никогда не была абстрактной Захаровой. Хотя экзамены я сдавала наравне со всеми, конечно же, фамилия сыграла определенную роль. Знаете, когда я поступала, ректор Щукинского училища Владимир Этуш сказал, что династии - это прекрасно, их везде приветствуют: на заводах, фабриках, в колхозах. Почему бы не состояться новой в театре? И потом добавил: надо помогать своим детям, потому что когда их оставляют один на один с жизнью - это плохо. До сих пор помню, как он вздохнул и произнес финальную фразу: "Наши дети - это наши дети".
Поступала я на курс Юрия Алексеевича Катина-Ярцева. Правда, когда меня уже приняли, я сначала переживала, что я дочь Захарова, могу недотянуть... Но Катин-Ярцев сказал папе: "Слава Богу, она способная девочка". И я успокоилась. Кстати, не буду называть фамилий, но несколько детей довольно известных актеров поступали вместе со мной и провалились.
С.Ш.: Наверное сокурсники стремились "набиться" в гости к дочери известного режиссера?
А.З.: По правде говоря, у меня дома собирались довольно редко. Помню, на первом курсе я позвала огромную толпу на день рождения. Мы замечательно праздновали, пока в одиннадцать вечера не вернулся из театра Марк Анатольевич. И тут произошло что-то невообразимое: все мои сокурсники начали себя папе показывать. Старались как могли, но вечер был испорчен: мне было неловко, отец не знал куда себя деть...
С.Ш.: До вас доходили слухи, что вас взяли "по блату" и ваши актерские данные сильно преувеличены?
А.З.: Знаете, я настолько погрузилась в учебу, что мне было не до этого. Наверное, кто-то что-то и говорил, но я ничего не слышала.
С.Ш.: Но уж, наверное, папа с мамой процесс учебы отслеживали. На экзамены по мастерству приходили...
М.З.: Если честно, училище посещали редко
А.З.: Мама приходила чаще. Помню, у нас был дипломный спектакль "Матушка Кураж" Брехта. Мне там досталась роль Немой, потому что постановщик решил, что я могу что-то произнести только "на биологическом уровне". Слов у меня, кроме "мама", никаких не было. Я должна была бросаться в ноги и произносить на все лады это самое "мама". Придя домой со спектакля, моя мама сказала отцу: "Ты знаешь, я плакала". А он ей: "Да ладно, тебе Сашку жалко". "Да нет, там многие плакали!" "А им тебя жалко". В общем, не было у Марка Анатольевича особой веры в меня.
С.Ш.: Марк Анатольевич, действительно, не было?!
М.З.: Первая моя оценка ее возможностей произошла как раз во время того самого дипломного спектакля. Мне показалось, что Александра очень талантливо молчала. Еще сильное впечатление произвел фильм "Криминальный талант". Он снял у меня всякое напряжение в отношении актрисы Захаровой. Вопреки всякой логике ей удалось создать целостный, динамичный и, главное, очень жизненный образ. Мне лично как режиссеру, из сугубо эгоистических соображений, было очень приятно.
Надо добавить, что именно этот фильм принес моей дочери известность. После "Криминального таланта" ее стали узнавать на улице, а это важно. Особенно для автомобилиста, коим Саша является. Работники того, что сейчас называется ГИБДД, более мягко ведут себя с узнаваемыми
С.Ш.: Марк Анатольевич, у вас не было никаких сомнений в момент поступления вашей дочери на работу к вам в театр?
А.З.: Не должно было быть: меня принимал худсовет.
М.З.: Да, был худсовет, но вы знаете, определенное напряжение было. Жена работает в театре, да еще и дочь туда же... Я признаюсь, что были какие-то сомнения. Я ни с кем не делился, но они существовали
С.Ш.: Сейчас вы как-то ориентируетесь на дочь при распределении ролей?
М.З.: Да, дочь входит в круг тех людей, о которых я думаю. Но она не одна. Я так же думаю о Чуриковой, о Броневом, о Янковском, о Збруеве, об Абдулове - стараюсь заботиться об определенном круге артистов. Это вечная проблема: обеспечить работой всех тех, кто имеет право на это рассчитывать.
Кстати, Саша относится к моему творчеству намного хуже: когда Саша была маленькой, ни один мой спектакль не произвел на нее особого впечатления. А впечатление произвел собственно артист Караченцов в роли Кота Базилио в "Золотом ключике". Помню, это было настоящее детское потрясение. А вот спектакль "Тиль", которым я очень гордился в 1974 году, ни капельки ее не затронул.
С.Ш.: Саша, влюбились, поди, в Караченцова?
А.З.: Ничего подобного, это я сейчас в него влюблена, а тогда... В отличие от своих сверстников я не воспринимала ленкомовских актеров как абстрактных героев экрана и сцены. Для меня они были просто друзья отца. Эти люди бывали у нас дома, и мне попросту в голову не приходило, что можно влюбиться в Караченцова, Абдулова или Янковского
С.Ш.: Саша, "дитя райка" - это про вас? Наверное, как всякий театральный ребенок, дневали и ночевали в театре?
А.З.: Конечно. Меня попросту некуда было девать. Так что родители жили на сцене, а я - за кулисами. Папа относился ко мне строго, не доверил не одного "детского" выхода ни в одном спектакле
С.Ш.: А бабушки с дедушками, детсад, продленка? Кто вас в цирк-зоопарк водил?
А.З.: Меня вырастила бабушка, мамина мама. Но и родители не бросали, брали с собой на гастроли... А море, цирк и зоопарк - это мама. Отцу некогда было, он деньги зарабатывал. Вспоминаю: мы с мамой в зоопарке, она подводит меня к клетке с крысой и патетически произносит: "Смотри, Сашенька, смотри, как интересно, какая замечательная мышка". А я думаю: ну что тут интересного - крыса и крыса?..
С.Ш.: Занятые работой родители обычно довольно либеральны…

А.З.: Меня практически никогда не наказывали. Но один случай я запомнила хорошо. Мне было лет шесть, и я назвала маму "дурой". Она, конечно же, взяла ремень и побежала за мной. Я - от нее. Так мы носились по комнатам, пока мама вдруг не остановилась и не сказала: "Что это я? Ведь я и в самом деле дура!"
С.Ш.: Саша, неужели у вас нет никаких претензий к известному папе?
А.З.: Почему? Есть: ролей мало. Все молодые актрисы, которые приходят в театр, сразу получают роли. Более того, нередко под них специально ставят спектакли. Я, кажется, одна такая: у собственного отца десять лет провела в массовках. Утешала себя тем, что Евгений Павлович Леонов тоже провел десять лет в массовках. А Олег Иванович Янковский вообще начинал в Саратове. И Марк Анатольевич Захаров бегал в массовке, только в Перми. Кстати, в юности Захаров снялся в балете "Ромео и Джульетта", на заднем плане он там ско-о-оренько так проскакивает
С.Ш.: И как конфликт отцов и детей разрешился?
А.З.: О! Это был яркий момент моей карьеры - я получила табуреткой по башке. Серьезно. Шел "Тиль", я стояла за кулисами, и меня случайно ударили табуреткой. Было ужасно больно, я зарыдала и написала заявление, чтобы меня вывели из этой массовки.
М.З.: Я всегда говорил дочери, что быть в массовке полезно, но, естественно, до какого-то определенного предела. По правде говоря, я думал дать Саше возможность играть больше, но все как-то не складывалось. Зато теперь с занятостью у Саши проблем нет.
С.Ш.: Выходит, закаляли дочкин характер... Саша, а бросить все не хотелось?
А.З.: Понимаете, я училась для того, чтобы работать именно в "Ленкоме". Это мой любимый театр, и там работает мой любимый режиссер. Я терпела и спасалась в кино
М.З.: Помню, Александра была утверждена на главную роль в фильме "Серый волк". Роль была действительно большая и серьезная. А кончилось все тем, что Ролан Анатольевич Быков, игравший там Хрущева, убедил авторов, что их картина все-таки о Хрущеве. А все любовные истории, главным действующим лицом которых и была Александра, следует минимизировать. От всей роли осталось несколько эпизодов, из которых мне больше всего запомнилась пробежка по пляжному откосу без одежды. Я считаю, что это выдающаяся удача актрисы Захаровой. Далеко, правда, она бежит... Вот вам и вся любовь
С.Ш.: Саша, в кабинете Марка Анатольевича висит ваш большой портрет. Еще я заметила фотографию в перекидном календаре. Такие "нежные" отношения между родителями и детьми в таком не нежном возрасте...
А.З.: Ну и что? У меня тоже много папиных портретов. Самые любимые - последних лет. Когда я смотрю на его ранние снимки, всегда удивляюсь: как мама за него вышла? Она так хороша была... Это сейчас Захаров выглядит представительным и импозантным, а на тогдашних фотографиях - худой, удивленный, взгляд испуганный
С.Ш.: Вы постоянно вместе: на съемках, в театре. Не возникает желания отдохнуть друг от друга?
А.З.: От родителей? Ну, вообще-то мне видеть их приятно. Я радуюсь, когда с ними встречаюсь. Но только не в театре, куда Марк Анатольевич иногда тайно приходит смотреть спектакль. Весь театр моментально об этом узнает, и спектакль сразу начинает идти плохо: каждый старается показать, на что он способен, и все сразу разваливается...
М.З.: С тех пор, как Александра вышла замуж, она от нас отделилась, так что мы не мелькаем друг у друга перед глазами постоянно. Правда, теперь она в разводе, но, существуя по-прежнему автономно, тем не менее время от времени примыкает к родителям, общается... Иногда подбрасывает нам свою собаку, которую я совершенно не желаю удочерять. Но Александра настроена вполне решительно: собака должна воспитываться у нас.
Еще мы встречаемся (это в плане доноса) с целью решения финансовых вопросов. Александра приезжает и заявляет, что зарплата не соответствует... и должна быть больше. И тогда я начинаю объяснять, что у театра нет таких возможностей, что сложные времена... В конце концов приходится осуществлять некоторое внебюджетное финансирование, ибо выдвигаются доводы и обозначаются причины, против которых возражать невозможно.
С.Ш.: С материальной помощью понятно. А морально вы ребенка поддерживаете?
М.З.: У нас есть небольшая загородная квартира в Подмосковье. Мы называем ее "имением", но это не дом на земле, а именно квартира в доме, где живет еще много семей. Место очень красивое, тихое, мы с женой там часто проводим выходные. Туда к нам приезжает и Александра, и мы ведем с ней "душевные" разговоры. Природа, знаете ли, располагает.
А.З.: Иногда, если я вдруг всплакну, они мне хором говорят, что я самая лучшая, самая красивая и вообще - явление. И наоборот, когда мне кажется, что все складывается наилучшим образом, мне объясняют, что и на сцене у меня неважно, и выгляжу не наилучшим образом, и срочно надо что-то в своей жизни менять.
С.Ш.: "Что-то" - это профессию менять?
М.З.: А почему бы и нет? Саша еще у нас арфистка - играет на арфе. Правда, не всем нравится. Однажды во время спектакля вышла на сцену большая крыса, села перед арфой, на которой играла Захарова. Но ей не понравилось, она встала и ушла. Все артисты были в ужасе, а сама Захарова эту крысу не заметила, поскольку ее внимание было занято попаданием в нужные струны вовремя. С этим заданием она справлялась не без некоторого внутреннего напряжения.
С.Ш.: Марк Анатольевич, вы Сашей довольны или все-таки хочется ее немножко усовершенствовать?
М.З.: Мне очень не нравится, как она ездит на своих "Жигулях - пятый номер". Слишком быстро. И это меня больше всего раздражает в артистке Захаровой. И еще иногда она подозревает меня в том, что я не очень к ней внимателен. Так, впрямую, вроде не говорит, но чувствую, глаз какой-то не тот. Но потом мы выясняем отношения, и дело кончается мировой
С.Ш.: Саш, отец помог купить машину или сами заработали?
А.З.: Как же, сама! А у родителей вообще машины нет. Марку Анатольевичу театр выделил какую-то "Волгу" - тем он и обходится
С.Ш.: Вы дочь художественного руководителя театра, заняты в половине постановок "Ленкома", снимаетесь в картинах Захарова, поступали в театральный, который возглавляет приятель отца... Вас не беспокоят разговоры о том, что своей карьерой вы обязаны родственным связям?
А.З.: Майя Плисецкая как-то сказала: "Лишь бы не молчали". Не говорят только о людях, которые ничего не достигли и ничем не выделяются из общей массы.