Имя Рамакришны в последнее время так часто упоминалось в индийских, американских и английских газетах, что более полное описание его жизни и учения, как мне кажется, будет востребовано не только многими, кто интересуется интеллектуальным и нравственным состоянием Индии, но и теми, для кого развитие философии и религии — как на родине, так и за её пределами — никогда не бывает безразличным.

 

Поэтому я постарался собрать как можно больше сведений об этом недавно почившем индийском святом (умер в 1886 году) — отчасти от его преданных учеников, отчасти из индийских газет, журналов и книг, в которых были запечатлены главные события его жизни, а его нравственное и религиозное учение описывалось и обсуждалось как в доброжелательном, так и в критическом ключе.

 

Несмотря на распространённые критические суждения об отдельных проявлениях аскезы в Индии, к числу которых принадлежал и Рамакришна, среди таких подвижников, несомненно, есть те, кто заслуживает нашего внимания и искреннего сочувствия.

 

Мучения, которые некоторые из них (едва ли заслуживающие названия санньясинов, ибо они мало чем отличаются от фокусников или хатха‑йогинов) причиняют себе, аскетические методы, которыми они пытаются подчинить и обуздать свои страсти и довести себя до состояния крайнего нервного возбуждения, сопровождаемого трансом или продолжительными обмороками, хорошо известны всем, кто жил в Индии и познакомился там не только с раджами и махараджами, но и с различными слоями сложного индийского общества.

 

Хотя некоторые рассказы об этих мучениках плоти и духа могут быть преувеличены, остаётся достаточно реальных фактов, чтобы пробудить, по крайней мере, наше любопытство. Когда же истинные санньясины посвящают свои размышления философским и религиозным проблемам, их высказывания, увлекающие огромные толпы, собирающиеся вокруг них в их собственной стране, не могут не привлечь нашего внимания и сочувствия — особенно если, как в случае с Рамакришной, их учение распространяется ревностными сторонниками не только в Индии, но и в Америке, и даже в Англии.

 

Нам нечего опасаться, что санньясины Индии когда‑либо найдут последователей или подражателей в Европе, и было бы вовсе нежелательно, чтобы они их нашли — даже ради психических исследований или экспериментов в физико‑психологических лабораториях.

 

Но, помимо этого, более глубокое знание учения одного из них представляется, несомненно, желательным — как для государственных деятелей, которым приходится иметь дело с различными классами индийского общества, так и для миссионеров, стремящихся понять жителей этой страны и оказать на них влияние, и, наконец, для студентов философии и религии, которым следует знать, как древнейшая философия мира — Веданта — преподаётся в наши дни бхактами, то есть преданными возлюбленными Бога, и продолжает оказывать своё могущественное влияние не только на немногих философов, но и на широкие массы в стране, которая всегда называлась страной философов.

 

Страна, проникнутая такими мыслями, какие высказывал Рамакришна, никоим образом не может рассматриваться как страна невежественных идолопоклонников, которых нужно обращать теми же методами, что применимы к племенам Центральной Африки.

 

Поскольку Веданта составляет идейный фон изречений Рамакришны, я счёл полезным добавить краткий очерк некоторых наиболее характерных доктрин этой философии. Без него многие читатели едва ли смогли бы понять идеалы Рамакришны и его учеников.

 

Я вполне сознаю, что некоторые из его изречений могут звучать странно для наших ушей, более того — даже оскорбительно. Так, представление о Божестве как о Божественной Матери способно нас поразить, однако мы можем понять, что Рамакришна действительно имел в виду, когда прочтём его изречение (№ 89).

 

Иногда язык, которым эти индийские преданные говорят о Божестве, может казаться нам слишком фамильярным, более того — непочтительным. Они сами, по‑видимому, сознают это и говорят в оправдание… Или же снова…

 

Если мы не будем помнить, что «гарем» изначально означает не более чем священное и охраняемое место, следующее изречение, несомненно, будет резать нам слух…

 

Как глубоко Рамакришна проник в тайны знания и любви к Богу, мы видим из следующего

Шри Рамакришна находился в особом состоянии ума. Он говорил о преданности и любви к Богу, сравнивая её с состоянием Ханумана. Преданные сидели вокруг него на полу в его комнате в Дакшинешваре. Была ранняя зима, и атмосфера была наполнена духовным восторгом.

 

Тхакур сказал:

 

«Я сейчас в особом состоянии ума. Хануман говорил: „Я не знаю ни лунного дня, ни положения звёзд. Я только созерцаю Раму“.

 

Птица чатак жаждет только чистой воды. Она может умирать от жажды, но будет лететь высоко в небе и пить только дождевую воду. Ганга, Ямуна и семь морей полны воды, но она не станет пить земную воду».

 

Рамакришна продолжал иллюстрировать это состояние полной погружённости в Бога через истории из «Рамаяны», показывая, как истинный преданный забывает обо всём внешнем ради постоянного памятования о Господе. Преданные слушали с глубоким вниманием, а некоторые улыбались, узнавая знакомые мотивы его учения.

 

«…Рама и Лакшмана пришли к озеру Пампа. Лакшмана увидел, как ворона снова и снова подходила к воде, чтобы напиться, но так и не пила. Когда он спросил об этом, Рама сказал: „Брат, эта ворона — великий преданный. Она день и ночь повторяет имя Рамы. Поэтому она не может пить воду — боится, что прервётся повторение Святого Имени“.

 

В одну ночь полнолуния я сказал Халадхари: „Брат, сегодня новолуние?“ (Все смеются.)

 

(Улыбаясь) „Да, это правда. Я слышал, что признак совершенного духовного знания — когда человек не различает ночи полнолуния и новолуния. Но как Халадхари мог в это поверить? Он сказал: ‘Это век Кали. Он не может отличить новолуние от полнолуния. И всё равно люди его уважают!’“»

 

Пока Тхакур говорил, вошёл Махимачаран. Шри Рамакришна с уважением приветствовал его:

 

«Входите, пожалуйста, входите. Садитесь».

 

Обращаясь к Виджаю и другим преданным, он продолжил:

 

«В таком состоянии ума человек не помнит дат. На днях в саду Бени Пала был религиозный праздник. Я забыл дату. Я не помню даже последний день месяца, когда собираюсь с великим усердием повторять Имя Господа. (Подумав несколько минут) Но я помню, что определённый человек придёт повидаться со мной».

 

«Такое состояние приходит, когда ум на сто процентов сосредоточен на Господе. Рама сказал Хануману: „Ты принёс весть о Сите. Как ты нашёл её? Расскажи мне“. Хануман ответил: „Рама, я видел только тело Ситы — в нём не было ни ума, ни души. Она отдала весь свой ум и душу к Твоим стопам, поэтому лежало лишь её тело. Бог смерти витал вокруг, но был бессилен. Лежало лишь тело; ума и души в нём не было“.

 

Человек приобретает природу того, на кого он медитирует. Медитируя на Господа день и ночь, обретаешь Его природу. Солёная кукла пошла измерить океан — и стала с ним одним целым.

 

Какова цель изучения священных книг или писаний? Это реализация Бога. Кто‑то открыл книгу садху, чтобы посмотреть, что в ней. Там на каждой странице было написано только имя Рамы. Ничего больше.

 

Когда развивается любовь к Богу, даже малые вещи вызывают духовное вдохновение. Произнеся однажды имя Рамы, получаешь плод совершения миллионов обрядов сандхья».

 

Эти слова Тхакура глубоко тронули сердца слушателей. Они показывают, как в состоянии пурна‑гйана (совершенного знания) или высшей бхакти внешние различия мира полностью растворяются в созерцании Божественного.

 

9 ноября 1884 года

Шри Шри Рамакришна Катхамрита, том 3, раздел 10