А когда глаза закрыты, перед взором открывается совсем иной мир... Там трава по пояс и нежный перезвон колокольчиков, густо-фиолетовое небо и зеленоватая луна. Темные дубравы и светлые полянки, усыпанные хрупкими незабудками.
И там никого нет. Совсем никого, кроме бесплотного взгляда из-под закрытых век. И нет звуков, кроме шелеста травы и звона ветряных колокольчиков.
Мечта, наверное. Мечта неосуществимая и глупая. Мечта, которая спасает, когда заглядывает на огонек понимание, что мои мнения, принципы и взгляды на жизнь вызывают у окружающих лишь недоумение. Или же усмешку и просьбы повзрослеть.
Не хочу я взрослеть...
"Не надо взрослеть," - кивнут в ответ незабудки, поддерживаемые тихим перезвоном...

Что ты слышишь в песнях ветра?
Радостные восклики свободы,
Мрачные предвестья смерти света,
Тяжесть человеческой породы?

Что ты видишь в танцах листьев,
Сорванных поющим звонким ветром?
Может, начертанья тайных истин
Или плач о позабытом лете?..

Ты плетешь узор ненастий -
Нить прядешь из слез корысти,
Ты земной не отдаешься страсти...
Кто ты, странник? Назовись мне.

Надрывные истории, рассказанные многочисленными знакомыми, рассказанные со слезами в глазах, срывающимся голосом, с эмоциональным размахиванием дрожащих рук, с шумным высмаркиванием в мою многострадальную жилетку. Мне не то, чтоб сильно интересно, кто от кого у кому ушел, кто кому постучал по голове (даже если топором), кого упрямо не понимают, от кого скрывают то, что ему надо знать, но им больше некуда идти. Получить чашку чая, рассказать, выплакаться, выкричаться, успокоиться - и уйти...
Моя голова - кладбище чужих проблем. От меня не ждут советов...
И они уходят... Всегда, рано или поздно. Оставив меня сидеть на подоконнике в сомнительном обществе безучастного взгляда и горькой улыбки, лишив на время желаний и привязанностей, потому что они излишни, когда роешь новую могилу.
Моя голова - это всего лишь кладбище чужих проблем...

Да, увы, я зря прожила свою жизнь, ни на что не гожусь и чем занимаю свое свободное время - не понятно. В ком еще можно найти столько изъянов, сколько есть у меня? И взгляд наглый, и голос злой, и слова бездушны. И только кивать спокойно могу. А что это за улыбка? Ужасный человек.
Ну конечно - воскликну я. Вот где истины-то открываются. Да, я все понимаю. Да, я со всем соглашусь. Что?.. Ну, конечно, и прощу тоже. Да ничего страшного, кричи, если хочется. Усталость?.. Злость?.. Не понимают. Конечно. Голос вернется, не беспокойся. Да нет, не обиделась я. Слезы?.. Ну, поплачь... Все будет хорошо.
Спокойной ночи... Накрою одеялом и тихо прикрою дверь. Тебе стало легче, а я повторю - все будет хорошо. Я обещаю.

Приглушенный бордовый свет, запах можжевельника и ароматный дымок, что клубиться под потолком. Звуки флейты, кисточки, торчащие из баночки из-под зеленого чая, спицы, воткнутые в клубок. Последний крестик на вышивке, последний штрих на рисунке, последняя нота в строке, и снова - все замерло. Звуки ветра и пара масок, смотрящие со стены. Новые керамические бусины в мешочке из черного бархата...
Обстоятельства моей тихой жизни.
Ощущаю радость бытия.

Жизнь плывёт перед глазами, как гелевый развесёлый шарик. Тот, который проплывает мимо, не задев чувств и не вызвав эмоций. Мир трещит, как арбуз, проверяемый на спелость. Я вижу мерзейшие сны и благодарю бога за неумение их трактовать. Потому что чую: умелая трактовка моих снов заставит меня задуматься о чём-то настолько глубинном и жутком, что... В общем, категорически не желаю задумываться над тем, о чём предупреждают меня мои сны...

Многие не любят намеков, но не понимают прямолинейности.

И как добиться понимания, спрашивается?..

Порыв ветра распахивает настеж твои окна, и в них, вместе с воздухом и светом, влетает небольшой, слегка помятый листок в клеточку. Ты машинально ловишь этот листок и вглядываешься в знакомый почерк. Свой почерк. Дата написанного, и несколько исписанных строк, в которых со всей откровенностью и эмоциональностью высказаны мысли и переживания. Сколько лет прошло, сколько бессмысленно потраченного времени... Или все же не впустую оно ушло?.. Что можно испытать, увидев так неожиданно свои давние дневниковые записи, которые писал, кажется, совсем другой человек, ведь невозможно не меняться?..

Ведь в любой момент к нам может заглянуть наше прошлое...

И плевать на промозглый зимний ветер из так и не закрытого окна...

Проснулась от орущей за окном бензопилы.
Роскошного тополя, который рос под нашими окнами, больше нет.
Не в состоянии описать всю гамму отрицательных чувст. Как ножом по горлу резанули...

Здесь небо чистое. Такое глубокое темно-синее небо, усыпанное мерцающими звездами...
Ах, как банально, - вздыхаю я и задергиваю шторы. Право же, сколько можно талдычить про небо и звезды? Да, всем хочется летать, но люди - не птицы. Не дано. Многим небо кажется воплощением свободы и величия. Что тоже бред, так как неодушевленная вещь не может быть свободной и величественной, а небо не одушевлено. Да, если поразмыслить, и красоты в нем не так-то много. Любой старательный первоклассник способен вылить на лист бумаги темно-синей краски, а потом побрызгать бледно-желтой. И вот вам прекрасное небо. Мастерам импрессионизма такое и не снилось.
И не стоит искать спасенья в долгих сидениях на подоконнике и безучастных взглядах на несущиеся облака. Безумства природы тише безумств разума, так что заглушить тоскливо-злые мысли не смогут. А если ночные метания жить мешают, так проще ложиться спать пораньше... Или, если неймется, руки свои чем-нибудь занять. Благо по дому работы всегда хватало...

На этом мысленное ворчание обычно заканчивалось. Чтож, можно пока отдохнуть от сурового внутреннего голоса, удобно устроиться на подоконнике и поднять взгляд на темно-синее ночное небо и мерцающие звезды...

В моем огромном доме - тишина.
Не скрипнут половицы под ногами,
Не дрогнут занавески у окна,
И дверь не разлучится с косяками.

В моем огромном доме - тишина.
Ни шепота, ни звука, ни движенья...
Звенит пронзительно и долго, как струна,
Её не нарушаемое пенье.

В моём огромном доме - тишина.
Но люди ничего о ней не знают.
Давным-давно судьба предрешена.
Как жаль! От тишины не умирают.

Алена Харитонова

Реальное с надуманным так любят играть в салки по закоулкам разума...

А еще появляется четкое ощущение, что скоро придет полное безумие, если долго смотреть в пустые глазницы грустной черной маски. Но иногда она становится неплохой могилой для бессмысленных метаний.

Компьютер стоит совсем недалеко от от окна. И в любой момент, если руки вдруг задумчиво и бессильно зависли над клавиатурой, можно было дотянуться и слегка отодвинуть тяжелую ткань темно-бордовых штор. И тогда в вечный сумрак комнаты врывался маленький настырный лучик солнечного света, а когда глаза привыкали, то взгляд сразу устремлялся к маленькому пушистому созданию, мирно спящему на подоконнике. Это существо, неповторимо милое и трогательное, слабое в своем одиночестве и сильное в поддержке всегда спало на подоконнике, свернувшись клубочком и греясь в солнечных лучах. Когда кончались мысли и опускались руки, я всегда мягко гладила его по голове, щекотала по пушистому пузику, и оно просыпалось, потягиваясь и зевая, а потом лезло на руки, ластясь, прося по-кошачьи, чтоб погладили, и по-собачьи заглядывая в глаза.
Иногда, правда, на подоконнике обнаруживалось серое, хмурое создание, которое сразу после пробуждение требовало пива, а выпив, уходило в полнейшую депрессию.
Моя муза. Мое вдохновение. Источник хоть мало-мальских идей и связных мыслей.

Сегодня, осторожно отодвинув занавеску, я увидела маленький труп.

Чужие проблемы по сравнению со своими - всегда суета сует. Максимум, на что способны люди - поохать, да и то, не очень искренне...