Ода Керамике

 

    Предваряю свои слова словами древними, заповедными: «В Начале было Слово… И стало Слово плотию и обитало с нами, полное благодати и истины» - это от Иоанна.

  «В Начале» - нет, не постигнуть смысл этого. Может быть, когда-нибудь мы и узнаем это – «в начале»…

Но вот об этом другое свидетельство: «В словах имеется начало…» - это от Лао – Цзы.

Вот третье суждение – от Гумилёва :

В оный день, когда над миром новым
Бог склонял лицо своё, тогда
Солнце останавливали словом,
Словом разрушали города.

Но забыли мы, что осияно
Только слово средь земных тревог,
И в Евангелии от Иоанна
Сказано, что слово это – Бог.

Мы ему поставили пределом
Скудные пределы естества,
И, как пчёлы в улье опустелом,
Дурно пахнут мёртвые слова.

Господи ,просим о милосердии: научи словам ЖИВЫМ, ТЕПЛЫМ. Раздвинь пределы! Позволь несказанное…высказать. Пусть оно будет истинным.

И мы верим, что однажды произнесённое воплотится!
И мы говорим: «КЕРАМИКА», и пусть это будет наше начало в слове…
И мы надеемся, что слово «КЕРАМИКА» станет плотью и будет обитать с нами в России, полная благодати как и во всё мире.

Прохлада – утра чистота – разлита всюду. И сад весь дремлет… Он безмолвен – этот Сад Российской Керамики. Безликий Сад – ибо нет ни одного имени творивших, творящих Красоту в огне рождённую.
Да будут имена художников – порцелиновых дел огненны и во веки веков!


«Всё сущее, утратив покой, начинает звучать. Деревья и травы безгласны, но ветер всколыхнёт, и они зазвучат. Вода безгласна, но всколыхнёт её ветер, и она зазвучит. Взволнуется и устремится за ним или остановит свой бег, вспенится, заклокочет. Металл и камень безгласны, но стоит ударить по ним, и они зазвучат. Так и человек. Нахлынут чувства, и он не может молчать. Запоёт или заплачет – о печали расскажет, или о радости.» 

  «Поднимись, ветер с севера, и принесись с юга – повей на сад мой,-и польются ароматы его!»

     Вот сильный ветер налетел – колышется трава душисто и шелестит листва. И свет, и тень – всё отражается в лице. Затихнет ветер мой – и ты не прозвенишь!
   Мой ветер – мои слова: фарфоровые, фаянсовые – звонкие!
Боже, дай слог,чтобы слова были блестящие – глазурованные!
   "Кто эта, блистающая как заря, прекрасная как луна, светлая как солнце"? Это она, «дщерь именитая». Дочь богов. Это она, многоликая Керамика: Фарфоры, Фаянсы, благородные Глины, переродившиеся в Огне.
   Афродита – из пены морской, Вы из Недр Земных и Жара Божественного.

Один лишь Дух, коснувшись глины, творит из неё человека» - поразился Экзюпери.

          Ты настолько древняя, что о твоём появлении в мире не сохранилось даже преданий. Ты настолько юна, что тебе прочат стать властительнецей будущего века.

           Но песнь наша – об искусстве. Об искусстве, которое лежит там, где услада его -  на грани между «да» и «нет».

          Песнь наша – о Керамике.

               О Керамике, сотворившей человека, давшей ему горячую пищу, Дом и Храм.

              О Керамике, навсегда сохранившей в себе первые рукописные знаки, начертанные вначале на податливых глиняных пластинах - они стали древними Книгами, передающими накопленные знания следующим поколениям.

             О Керамике, запечатлевшей образ Спасителя – единственный прижизненный, нерукотворный. Ныне зовут его «Спас на черпии» (черепице) или «Спас на керамии», празднуя 29 августа третий, «ржаной» Спас.

                    Родилась ты в недрах таинственного Времени, от божественной Пламенной любви.

  «Есть шестьдесят цариц и восемьдесят наложниц, и девиц без числа, но единственная она, голубица моя…» Много испытал: и металл, и финифть, и эмаль, и дерево, и стекло. Но только она, голубица моя, послушная и пластичная, всегда готова выполнить волю своего Повелителя. Любую волю – самую прихотливую. Но только она прельстила своей покорной красотой. «Дщерь именитая! Округление бёдер твоих…дело рук искусного художника…Как ты прекрасна, как привлекательна, возлюбленная! Влеки меня…будем восхищаться и радоваться тобою…»