Глава 6
- Пей, детка, пей, - прокряхтел женский голос, и Линка с трудом заставила себя повиноваться, глотая неприятную жидкость, напоминающую болотную жижу. Нет, дело не в том, что она ее когда-либо пробовала, но если б такое произошло, девушка была уверена, что вкус оказался бы схож с тем, что разливался по горлу. - Вот так, хорошо. А теперь поспи…
Прохладная ладонь легла на лоб, прогоняя жар, который выступал на коже бисеринками пота. Веки казались неимоверно тяжелыми.
- Хейя?... - недоверчиво прошептала Линка, но так и не дождалась ответа, погрузившись в сон, подаренный самим адом и той, другой, принесшей себя в жертву.
И это были кошмары, в которых она убегала, убегала от зверя, который когда-нибудь настигнет ее… …Холодно, слишком холодно. Снег жжет голые ноги, но я продолжаю идти все дальше, через этот лес, к месту, что зовется домой.
Горячо, слишком горячо. Это сердце, оно бьется с каждым ударом все сильнее, разгоняя по заледеневшему телу кровь.
Больно, слишком больно, чтобы признать ошибку, совершенную когда-то. Но я буду идти вперед, по волчьим следам, в Ведьмин Круг, он зовет меня, призывает открыть врата, так долго остававшиеся закрытыми. И я обязательно дойду, пусть даже пройдет вечность, я сделаю это, чтобы завершить свой путь, догнав собственную тень…
Тихое пение разбудило Линку. Открыв глаза, она уставилась в спину женщины, увлеченно взбивавшей масло. Ее голос был мягок и нежен, как голос матери. Но нет, мать никогда не пела ей в детстве.
- Кто вы?
Замолчав, женщина обернулась, не выпуская из рук небольшой кувшинчик, и улыбнулась.
- Ну как тебе спалось, детка? Нашла ли ты ответы на свои вопросы?
Удивляться чему бы то ни было казалось теперь глупым и неуместным, поэтому Линка предпочла не делать этого. Привстав, она облокотилась на услужливо приподнятую подушку.
- Нет, не нашла, лишь еще больше запуталась, - со смешком ответила девушка, наблюдая за тем, как женщина накрывает на стол. Три миски, три ложки и чашки. Значит, здесь живет кто-то еще.
- Меня зовут Миесс, а мою дочь - Вирна. Ей всего пять, но она невероятно смышленая и все схватывает на лету, - рассмеялась она и вновь оглянулась через плечо, перехватив озадаченный взгляд. - Ты хочешь что-то спросить, верно? Увы, но далеко не на все я смогу дать тебе ответ.
- Почему я здесь? - наконец, после долгого молчания, спросила Линка и, откинув одеяло, спустила босые ноги. За окном сияло солнце, пели птицы, звенела сама природа, и ничто не напоминало о том, «что было». И все же, память жила в сердце, открывая взору ужасающие картины. - В вашем доме.
- «Он» принес тебя, детка, - будто это было само собой разумеющимся, отозвалась Миесс.
- Вы говорите о чудовище, убийце, что преследовал меня?
Удивленно моргнув, женщина села на лавку и сложила руки на коленях, глядя на Линку недоверчивым взглядом.
- Нет, я говорю о твоем Эльрике.
- О ком?
Дверь резко отворилась, ударившись о стену, отчего Линка и Миесс невольно вздрогнули, оглянувшись на маленькую девчушку, стоящую на пологе и сжимающую в охапке целый букет ромашек. Сияющие зеленые глаза блестели, а с губ срывалось прерывистое дыхание - видно, Вирна долго бежала. Рядом серой мышкой замер маленький мальчик с черными волосами и такими же глазами, которые смотрели холодными угольками с бледного лица.
- Вот это Эльрик, - указала она на ребенка и покачала головой, когда тот отступил назад, прячась за спиной Вирны.
- И он спас меня?? - изумленно выдохнула Линка, насторожено изучая мальчика, который не то, что спасти, найти бы ее смог лишь заблудившись. Было в нем что-то беззащитное, но при этом неуместно мрачное.
- Нет, не он. Это Эльрик моей дочери, не твой.
Обняв подбежавшую дочь, из рук которой повалились цветы, женщина улыбнулась и поцеловала ее в лоб. Мальчик же медленно подошел и сел на лавку с другой стороны стола, не смея поднять головы.
- Не мой? - глупо переспросила Линка, чем заслужила звонкий смех, принадлежавший девочке, рыжие кудряшки которой то и дело закрывали румяное лицо.
- Конечно, нет, глупая! - произнесла она и тут же получила от матери легкий подзатыльник. - Ой, извините.
Надо же, мать Линки за такие слова от души ударила бы ее, наверно, а Миесс лишь улыбнулась в ответ непоседливости своей дочери. Наверно, именно такой и должна быть настоящая семья. Семья, которой у нее никогда, в сущности, и не было.
Внимательный взгляд Эльрика заставил девушку повернуться. Посмотрев ему в глаза, она увидела в них саму себя, но будто совершенно другую. Это походило на зеркало, искажающее все, что отражалось в нем. Оно затягивало в свою пустоту и не позволяло вырваться. Подчиняясь какой-то невидимой силе, Линка протянула руку и царапнула пальцами воздух, чувствуя тепло, исходившее от странного существа, на губах которого появилась едва заметная улыбка, придавшая взгляду холодную отчужденность.
- НЕТ!
Резкий окрик заставил вздрогнуть и опустить руку - мир вновь стал прежним, приобретя краски и наполнившись самой жизнью. Миесс стояла, загораживая дочь, глаза обеих были широко распахнуты.
- Что она делала, мамочка, - непонимающе прошептала Вирна, держась за юбку матери и с любопытством выглядывая из-за ее спины. Однако Миесс явно понимала, что происходило. - Что она делала с моим Эльриком?
Нахмурившись, женщина потрепала рыжие кудряшки дочери и, через силу улыбнувшись, подтолкнула ее в сторону двери.
- Знаешь, детка, твои цветы очень красивые, но если ты не поставишь их в воду, они завянут, - ласково произнесла она, наблюдая за тем, как Вирна послушно подхватила валявшиеся на полу цветы и выбежала из дома. Мальчик поднялся и направился за ней следом, в последний раз глянув на Линку тяжелым взглядом, в котором было так много. Он будто разговаривал с ней, но слов девушка разобрать не могла, как бы ни старалась сделать этого. Когда дверь за его спиной закрылась, Миесс медленно подошла к своей гостье.
- Я не верю тому, что вижу, - с придыханием прошептала женщина и прижала руку к губам, не способная удержать волнения. - Зачем ты позволила ему овладеть твоим разумом?
Линка абсолютно ничего не понимала, поэтому лишь смотрела на Миесс, не способная вымолвить ни слова. Что-то мешало ей, застряв в горле горьким комом. Глаза невольно опустились к горящей огнем ладони, на которой был выжжен странный знак. Пальцы дрогнули и он начал исчезать, сливаясь с кожей.
- Что с моей рукой..., - голос прозвучал глухо, девушка сама удивилась этому. Брови сошлись на переносице, глаза подернулись поволокой.
- Детка, неужто ты и правда не знаешь, кем являешься? - встревожено прошептала Миесс, словно сказанное было тайной за семью печатями. - Твоя мать не рассказывала тебе о Ведьмином Круге?
- Моя мать простая крестьянка, - ответила Линка и тут же засомневалась в собственных словах. Козетт никогда не любила ее, равно как и брат с сестрой. А отец - тот и вовсе не желал признавать ее существования. - Хотя… Теперь мне начинает казаться, что это не так. Но тогда… кто же я?
- Твое имя Линка, не так ли? Ты ведь знаешь, что оно означает?
- Да. Оно значит «Преданная Стае».
- Так и есть, ты Ли’ин, часть нашей стаи, что бежит лишь вперед, защищая свою свободу и силу, рожденную из сердца и пронесенную через всю жизнь. Ты ведьма и этим все сказано, одна из нас, такая же, как я или Вирна. Этого не нужно бояться.
- Я не боюсь, скорее не понимаю, - натянуто прошептала Линка и вновь села на кровать, не способная устоять на ногах. - Мне снятся сны, в них женщина, и она умирает от лап чудовища, которое гонится за ней через зимний лес. Я чувствую, как ее ноги утопают в холодном снегу, будто сама бегу сквозь ночь, освещенную красной луной…
Вздохнув, Миесс присела рядом и приобняла девушку за плечи.
- Это ведь не сны, верно?
- Это прошлое. Оно не уходит от нас и не дает себя забыть, преследуя во снах - такова наша судьба. Платя за великую силу, мы, тем самым, жертвуем покоем своей души. Очень немногие из нас смогли найти его.
Повернувшись к женщине, Линка заглянула в глаза, такие же невероятно зеленые, как и у нее самой. Глаза ведьмы, глядя в которые люди так часто крестятся.
- Я хочу знать, что произошло, когда… Ну, с моей рукой. Мне казалось, что вы испугались, - неуверенно произнесла девушка и облизала пересохшие от волнения губы. Казалось, что вот, именно сейчас раскроется какая-то страшная тайна, частью которой она является - Все было как в тумане, я видела лишь глаза Эльрика, они звали меня.
- Это сила Ключницы, она звала тебя из глубины Эльрика моей Вирны. Сила, дарованная нам Всевышним, подарила нам так же и стражей.
- Стражей?
- Да, много тысяч лет назад, когда первая ведьма, назвавшая себя Ключницей, создала Ведьмин Круг, пролив в нем свою кровь, чтобы закрепить договор между Богом и дьяволом. Она была вольна распоряжаться дарованной силой, не боясь после смерти попасть в ад за одно лишь «обладание» ею. В ответ ей было дано существо, Эльрик. И чем сильнее была ведьма, тем сильнее был само это существо. По мере того, как ведьм становилось все больше, Ключница решила обезопасить мир, отняв у «теней» две трети их силы от той, что была у самой ведьмы.
- Но зачем?
- Эльрики имеют власть над своими хозяевами, потому что являются частью их. Если они сильнее самой ведьмы, то могут высвободиться, а в мире людей им нужно лишь одно - кровь Ключницы. Они чувствуют ее, способны влиять на сознание. И чем могущественнее сама Ключница, тем сильнее ее Эльрик. И тем проще самой ведьме влиять на остальных. Это… сложно объяснить словами.
Линка запуталась окончательно. Все смешалось в ее голове и превратилось в кашу. Эльрики, ведьмы, Ключница - все зависят друг от друга.
- Миесс, вы сказали, что меня принес мой Эльрик. Почему я раньше никогда не видела его?
- Скорее не замечала, - пояснила женщина и, убрав руку с плеча девушки, кого-то поманила. И будто выйдя из воздуха, перед Линкой появился человек. Он был точной копией маленького Эльрика Вирны, только более взрослый, подстать самой Миесс, которая поднялась и встала рядом, чтобы можно было посмотреть на них обоих со стороны. - Они появляются лишь когда мы хотим этого, если же нет - остаются незаметны нашему глазу. Они знают нас, наши страхи и желания, способные руководить ими. Именно поэтому Ключница и отняла часть их силы, чтобы они не смогли пойти против ведьм.
Черные глаза Эльрика пристально смотрели на Линку, вглядываясь в ее душу и словно протягивая руку, которую так хотелось принять.
- Они убили твою мать. - Слова отрезвили девушку, заставив тряхнуть головой. Туман прояснился, и она смогла вновь увидеть стоящую рядом Миесс. Казалось, та знала, что творилось с Линкой, но даже не пыталась помешать. - Она была ведьмой, и Эльрик взял над ней верх, потому что его хозяйка отказалась от борьбы, желая спасти тебя. Ей нельзя было иметь ребенка, но небеса распорядились иначе.
- Что это значит?
- Когда у ведьмы рождается ребенок, его Эльрик очень слаб, но со временем он становится сильнее. Однако у Ключниц все иначе, их Эльрики появляются уже взрослыми и сила их велика настолько, насколько сильна сама ведьма, точнее, какой она когда-нибудь станет.
- Но вы же сказали, что эти существа на две трети слабее…
- Да, - с натяжкой произнесла Миесс и вздохнула, отпустив своего Эльрика, который исчез так же быстро, как и появился. - Да, это так, но взамен того, чтобы все остальные ведьмы смогли жить спокойно, ее собственный Эльрик был по силе равен Ключнице. Это была… борьба духа, я бы сказала.
- Все равно не понимаю, ведь меня принес мой Эльрик, верно?
- Д-да…, - каждое новое слово давалось женщине все тяжелее. - Это сложно объяснить. Мы зависим от наших Эльриков, они могут спасти нас, если мы умираем, но при этом обладают собственным разумом и могут не сделать этого, если чувствуют, что наши силы на исходе. Тогда они способы высвободиться и Ключница сможет заключить их в «зеркало», откуда не будет возврата.
- Но мой Эльрик пытался убить меня после того, как сделал это с моей матерью. Так почему же ее собственный Эльрик не защитил ее?
- Все дело в том, что… Ключница не смогла совладать сама с собой и, чтобы уберечь своего ребенка, скрепила печатью своего Эльрика. И твоего тоже, но лишь на время.
- Но он убил тех, кто пытался продать меня. Я видела себя его глазами.
- Он все еще был скреплен печатью и не пошел дальше твоих подсознательных желаний.
- Я запуталась, - обреченно произнесла Линка, услышав не менее воодушевляющий ответ.
- Я тоже…
Посмотрев на Миесс, Линка невольно рассмеялась над тем, какое у той было озадаченное лицо. Женщина тоже улыбнулась, понимая, сколь нелепы и хаотичны ее объяснения.
- Когда-нибудь ты поймешь, - прошептала Миесс, но все это стало неважно, когда дверь домика вновь отворилась и появилась Вирна. За ее спиной уже не было Эльрика, но девушка продолжала чувствовать его присутствие, будто странное существо все так же наблюдало за ней, протягивая невидимую руку…
…Ночь была спокойной. Лежа в постели, Линка смотрела в окно, за которым на небе сияла яркая, слепящая глаза луна. В голове роились тысячи мыслей, но все они сводились к одному - Эльрик. Миесс сказала, что тот принес ее. Это значит, что он и спас, но вот только от кого? От самого себя? Глупо как-то. Если Эльрик хотел убить, то почему не сделал этого? Возможно, есть какая-то причина?
Приподнявшись на локте, девушка уставилась в самый темный угол комнаты и нахмурилась, чувствуя себя невероятно глупо.
- Ты здесь?… - Ответа не последовало, зато по спине скользнул холодок. Да, кто-то был рядом и смотрел, очень внимательно смотрел на Линку испытывающим взглядом. - Я… разрешаю тебе появиться.
Вздрогнув от пронзительного воя проснувшейся на улице собаки, она прижала одеяло к груди и, подтянув колени к подбородку, обхватила их руками. На душе было неспокойно. Нет, не то чтобы скребли кошки или что-то подобное, просто…
«Ты хочешь знать, верно?» - Замерев, Линка прислушалась к ночной тишине, неуверенная в том, что прозвучавший голос и правда произнес эти слова. От волнения дышать стало тяжелей. - «Да-а-а, ты хочешь знать…»
Кровать прогнулась за спиной, но девушка не обернулась, снова увидев себя «его» глазами. Это было странное ощущение, почти неуловимое, за него цепляешься, чтобы оно не ускользнуло, но то не подчиняется людским законам. Когтистая рука потянулась к согнутой спине, но так и не коснулась ее, палец неощутимо скользнул вдоль позвоночника вниз, и Линка невольно поежилась, почувствовав покалывающее тепло.
- Почему я вижу себя через тебя? - дрогнувшим голосом прошептала она.
«Потому что хочешь этого», - невозмутимо отозвался Эльрик, склонив голову на бок. - «Ты всегда хотела быть внутри меня, даже тогда, когда твоя мать прятала тебя в чащобе леса»
Облизав губы, девушка зажмурилась, чтобы не видеть ни себя, ни окружающего мира, она ощущала лишь проникающее под кожу тепло, обволакивающее сердце своей властной рукой и сжимающее его все сильнее и бездушней. Казалось, еще несколько мгновений и нельзя будет вздохнуть полной грудью.
«Я знаю, что ты боишься, чувствую твой страх»
Резко, так, чтобы нельзя было вернуть ничего назад, Линка обернулась и открыла глаза. Прерывистый вздох сорвался с губ, и в комнате наступила тишина. Взгляд смотрел в пустоту…
- Где ты, - тихонько позвала она и с силой зажала уши руками, когда в голове раздался смех, низкий смех Эльрика. - ГДЕ ТЫ?!!
«В твоих… снах…»
