В колонках играет - Ульяна Каракоз_Ангелы здесь больше не живутНастроение сейчас - Фиговое-Я заболелаГлава 5
…А ребенок все кричал и кричал, не способный замолчать. Детские легкие заполнялись ледяным ветром, но женщина, стоящая по колено в снегу, будто не понимала этого, глядя в глаза застывшего напротив существа. Это была молчаливая борьба, в которой победил бы лишь сильнейший, побежденного же ждала неминуемая смерть.
- Отдай мне ее, ведьма.
Рычание было хриплым и каким-то булькающим, будто что-то застряло в горле чудовища, раскрывшего свою клыкастую пасть.
- Нет!
- Я все равно убью тебя и доберусь до нее, так сохрани же хотя бы свою жизнь!
- Твоя слова лишь ложь, а смертоносное дыхание все равно коснется моего лица, так пусть же я спасу хотя бы свою дочь! Я накладываю печать, что скует твое тело и разум!
- Я еще вернусь, ведьма!
- Да, но это произойдет не раньше, чем когда она будет способна остановить тебя!
Поднятая вверх рука, взметнувшийся огнем багряный знак пятиконечной звезды и кровь, очень много крови, залившей все вокруг и превратившей снег в растекающиеся вокруг красные ручейки.
Тихий вой сливался с тихим плачем ребенка, который смотрел на склонившееся над ним существо. Нет, это был уже не зверь, человек, чьи холодные зеленые глаза взирали с бледного лица. Дрожащие пальцы тянулись к розовым щечкам, губ коснулась голодная усмешка, приподнявшая уголок рта.
- Разве ты не благодарна своему спасителю? - Голос был низким и обволакивающим, проникающим в разум и будто охватывающим его. - Выпусти меня из своего прошлого, позволь явиться пред тобой и преклонить колени.
Ребенок, будто заслушавшись, замолчал и улыбнулся, протянув маленькую ручку, которая с силой ухватила дрожащие пальцы. Изумрудные глазки сверкали, напоминая драгоценные камни.
- Вот так, а теперь назови мое имя. Назови его!
Рассмеявшись, новорожденная согласно кивнула, словно подчиняясь воле незнакомца, и…
Телегу с силой тряхнуло, и Линка, едва не свалившись с нее, проснулась. Перед глазами вновь и вновь всплывал образ существа, убившего женщину, которая попыталась защитить свое дитя. И кровь…
- Эй, что тебе нужно, путник! Уйди с дороги!
Голос принадлежал явно недовольному вожаку. Приподнявшись, девушка посмотрела на дорогу, но увидела лишь его широкую спину.
- Тебе сказали, вали, мужик, - поддержал своего главаря еще кто-то, но Линка лишь по хриплому бульканью и крикам остальных поняла, что происходит что-то нехорошее. Григуор вскочил со своего места и, сжав в руке дубину, кинулся вперед. Со всех сторон полетели проклятия, затихшие через несколько мгновений, которые показались девушке вечностью. Она уже начала понимать, скорее почувствовала, нежели увидела, что там, впереди, стоит человек, скрывающий свое лицо. И она уже знала почему - зеленые глаза смотрели на нее изнутри, и в то же самое время Линка видела все происходящее «его» глазами.
Вот когтистая лапа сжимает горло вожака, затем сдавливает - медленно, наслаждаясь каждой секундой мук, которые отражаются во взгляде деревенщины, не знающей, что есть сила и власть. Кровь брызжет из ран, крик даже не срывается с губ, поглощенный невыносимой болью, застилающей мутный взор умирающего, валяющегося в пыли дороги.
Как в видении…
И «его» глазами она видела себя, сидящую на телеге и ожидающую своей участи, такой же, какая настигла ее мать, убиенную диким зверем, которому сама Линка протянула руку из своих снов.
Мотнув головой, словно желая отогнать видение, девушка спрыгнула на землю, зная, что «он» видит это, медленно подходя сзади и растягивая губы в голодной усмешке. Еще шаг и он смог бы прикоснуться вытянутой рукой до ее плеча, и Линка, оцепенев, ничего не могла сделать. Что-то сковало ее, не позволяя пошевелиться - оно было сильнее.
- Я не называла твоего имени, - неожиданно четко и спокойно произнесла она, приподняв подбородок и глядя прямо перед собой, но видя «его» глазами собственную спину. Дурман становился все сильнее и внутри разрастался безудержный гнев, который испытывало это существо. Мир пошатнулся, существо будто покачнулось, отступив на шаг, но все еще не желая уходить.
- Ты позвала меня, ведьма, - прорычал зверь, но голос был человеческим. - Позвала, и я пришел.
- Чего ты хочешь от меня?
- Выпусти, сними печать, - хрип перешел в надрывный вой, глаза заволокло кровью. - ВЫПУСТИ, ВЕДЬМА!
И неожиданно Линка поняла, что уже не чувствует грань между этим существом и собой, все смешалось, стянувшись в тугой клубок. Как бы она ни трясла головой, туман не рассеивался, затягивая в себя и цепляясь своими холодными пальцами за разум. Не было спасения от этих рук, кроме как уйти.
Уйти во мрак самой…
