Два смых любимых стиха этого автора.
Эдгар Аллан ПО.
*Ворон*

Борясь с усталостью и сном,
Я предавался размышленьям
Над текстом древнего ученья,
Листая пожелтевший том,
Как вдруг раздался шорох странный,
Промолвил я: "Какой-то странник
Стучится тихо в двери спальни,
Скребется, как полночный вор,
И мрак ночной скрывает двор";

Я помню сумрак декабря,
В камине угольки моргают,
Их тени кружатся, порхают -
Ленор покинула меня!
В тоске расвета ожидая,
Слепую боль унять пытаясь,
Взывал я тщетно к башням рая,
Где дремлешь ты, моя Ленор,
Навек забыв земной простор;

Пурпурных штор змеиный глас
Рождал в душе моей кошмары,
Пытаясь сердца адский пляс
Сложить в привычные удары,
Я повторял: "Ведь это странник
Скребется тихо в двери спальни,
Полночный гость играет ставнем,
И молит в дом впустить его -
Стучит, и больше ничего".

Окрепнув духом, я сказал:
"Monsieur, Madame, прошу прощенья,
Под треск камина я дремал
Со свитком древнего ученья,
А вы так робко, будто странник,
Скреблись, стучались в двери спальни,
Да кто ж вы, кто вы, гость мой странный?" -
Но притаилась у окна
Лишь ночь, божественно темна.

И на ладонях тишины
Стоял я долго у порога,
Мне голову кружили сны,
Как злые духи-недотроги,
И голоса поднять не смея,
Мечту заветную лелея,
Прогнать пытаясь рой сомнений,
Я имя прошептал - Ленор...
Но эхом мне ответил двор;

Горела тягостным огнем
Душа моя... К теплу камина
Вернулся я в уснувший дом,
Желая снова сесть за книгу,
Но вновь услышав шорох странный,
Как будто кто-то трогал ставни,
Решил сорвать покровы тайны -
То ветер ходит по домам,
Стучится в окна тут и там;

Во тьму я ставни распахнул,
И тут величественный ворон
Крылами воздух всколыхнул,
Незваний гость бесцеремонный;
Как призрак юности моей,
Истлевших в прах безгрешных дней,
В ночи явился, как злодей,
И внутрь порхнув, уселся он
На бюст Паллады, как на трон;

Его надутый, мрачный вид
Меня немало позабавил -
О ворон древний, твой визит
Печали тень бежать заставил...
Хоть неопрятен твой наряд,
И перья в стороны торчат,
Ты позади оставил ад,
Где кости скал грызет вода -
И молвил ворон: "Никогда!"

Тому, что птица изрекла,
Поистине я удивился,
Хотя, казалось, что несла
Та речь в себе немного смысла;
Вы согласитесь - это странно,
Когда сидит над дверью спальни
Зловещий ворон, гость нежданный,
Однако что за ерунда:
То имя разве - никогда?

Но неподвижен ворон был,
Молчанье стало мне ответом,
Как будто душу он излил,
Прокаркав хрипло слово это;
Но прошептал я еле слышно:
"О странник, ты меня покинешь,
Как юности мечтанья сгинешь",
И разобрал не без труда
Насмешливое - "Никогда!"

Упало слово в тишине,
Как ком земли о крышку гроба -
О ворон! В царствии теней
Хозяин твой, сраженный роком!
Давно надежду он оставил,
И песнею печаль восславил,
В тоске сжигающей истаял -
В песок ушла любви вода
И не вернется никогда;

Но что хотел ты мне сказать,
Порочная, лихая птица?
Пытаясь тайну разгадать,
Я на подушки опустился.
Напротив важный гость суровый,
Впиваясь в бюст венцом терновым,
Следил за мной зрачком лиловым,
И тень его пятном легла
На мрамор ясного чела;

Струился свет на мягкий бархат,
И я в каком-то полусне
Перебирал в уме догадки,
Как четки юношеских дней;
И тишины не нарушая,
Летел я мыслью к башням рая,
На гриву ветра припадая,
Но только серый листопад
Кружился в сумраке палат;

Казалось, воздух стал плотнее,
И сладкий, терпкий аромат,
Волнующий, как шепот хмеля,
Смягчает быль былых утрат;
Ужель святое провиденье
Дарует мне благословенье,
Душе истерзанной забвенье,
И белокрылый серафим
С небес спускается, незрим?

О птица зла, пророк Геенны,
Хотя ты послан Сатаной,
Ответь - найду ли избавленье,
Смогу ли обрести покой?
Кошмар сплетает паутину
Средь комнат и веранд пустынных,
Лишь ты один, неустрашимый,
Осмелился придти сюда -
Но крикнул ворон: "Никогда!";

Открой тогда, во имя Бога,
Пророк, бродяга мрачных гор,
Вознесшись в райские чертоги,
Смогу ли я обнять Ленор?
На сердце давит мне разлука,
Душа моя иссохла в муках -
Согрею ль вновь любимой руку
В своей руке? Но гость ночной
Застыл над дверью, как немой;

"На этом мы должны расстаться -
Вскричал я. Друг ты иль злодей,
Хотел бы я один остаться
И боле лжи не знать твоей.
Ты спальню тотчас же покинешь,
И вновь во тьму глухую сгинешь,
Не медля ни секунды, вынешь
Свой клюв из сердца моего,
Исчезни - больше ничего!";

Увы! Напрасные надежды!
Застыло все, как в давний день,
И свет струится, как и прежде,
Пятнает пол пришельца тень;
Как демон спящий, над дверями
Впивается он в бюст когтями,
И холодом из окон тянет,
И ночь блуждает по дворам,
Роняя слезы тут и там...

Смогу ли я обнять Ленор?
На сердце давит мне разлука,
Душа моя иссохла в муках -
Согрею ль вновь любимой руку
В своей руке? Но гость ночной
Застыл над дверью, как немой;

"На этом мы должны расстаться -
Вскричал я. Друг ты иль злодей,
Хотел бы я один остаться
И боле лжи не знать твоей.
Ты спальню тотчас же покинешь,
И вновь во тьму глухую сгинешь,
Не медля ни секунды, вынешь
Свой клюв из сердца моего,
Исчезни - больше ничего!";

Увы! Напрасные надежды!
Застыло все, как в давний день,
И свет струится, как и прежде,
Пятнает пол пришельца тень;
Как демон спящий, над дверями
Впивается он в бюст когтями,
И холодом из окон тянет,
И ночь блуждает по дворам,
Роняя слезы тут и там...

*Линор*
О, сломан кубок золотой! душа ушла навек!
Скорби о той, чей дух святой - среди Стигийских
рек.
Гюи де Вир! Где весь твой мир? Склони свой темный
взор:
Там гроб стоит, в гробу лежит твоя любовь, Линор!
Пусть горький голос панихид для всех звучит бедой,
Пусть слышим мы, как нам псалмы поют в тоске
святой,
О той, что дважды умерла, скончавшись молодой.

"Лжецы! Вы были перед ней - двуликий хор теней.
И над больной ваш дух ночной шепнул:
Умри скорей!
Так как же может гимн скорбеть и стройно петь о той,
Кто вашим глазом был убит и вашей клеветой,
О той, что дважды умерла, невинно-молодой?"
_Peccavimus_: но не тревожь напева похорон,
Чтоб дух отшедший той мольбой с землей был
примирен.
Она невестою была, и Радость в ней жила,
Надев несвадебный убор, твоя Линор ушла.
И ты безумствуешь в тоске, твой дух скорбит о ней,
И свет волос ее горит, как бы огонь лучей,
Сияет жизнь ее волос, но не ее очей.

"Подите прочь! В моей душе ни тьмы, ни скорби нет.
Не панихиду я пою, а песню лучших лет!
Пусть не звучит протяжный звон угрюмых
похорон,
Чтоб не был светлый дух ее тем сумраком смущен.
От вражьих полчищ гордый дух, уйдя к друзьям,
исчез,
Из бездны темных Адских зол в высокий мир
Чудес,
Где золотой горит престол Властителя Небес".

Настроение сейчас - Грустное
В колонках играет - Пикник