В недрах собственного компьютера отрыла зарисовку из детства. Месяца два назад делала. Это в общем-то, даже не творчество, просто попытка вспомнить, зарисовать...сохранить, пока я помню все свое детские чувства-мысли. Может, потом пригодится...
'Вечер. Шторы плотно сомкнулись, и тканый цветочный узор оживил фантастических монстров. Если прищуриться, можно увидеть, как они шевелят лапками. А чуть выше, где ткань цепляется за карниз - Дон. Холмик – ямка – холмик – ямка… в ямках что-то синее и глубокое. Да, наверное, это Дон. А, может, кусочек небо. Но лучше, все-таки, Дон. У окна – письменный стол и дедушкина лампа. Белая и длинная. Он сам ее вкрутил. Лампа дневного света, называется, только свет почему-то совсем не дневной, а обычный, электрический. Сейчас она закрыта школьной папкой, что б глаза не резала. Из-за этой папки в комнате живут тени. От мебели, от игрушек… даже от меня! А в углу поскрипывает пол. Это котенок, только он не живой, а призрачный. Наша Мурка родила недавно, двух живых малышей и мертвого. Наверное, его душа бродит. Интересно, есть у кошек душа? Что бы забыть о котенке, начинаю разговаривать сама с собой. Сначала вслух, потом про себя, потом снова вслух. Джим, человечек из LEGO, говорит вместе со мной. Так интересно – вроде играешь сам, а, кажется, что все игрушки дышат, разговаривают, живут. И у каждой – свой характер, своя судьба. Голосов много, спокойно. Играю я с закрытыми глазами, почти засыпаю. Вдруг вспышка, шум, удар! Вскрикиваю! Под одеяло. Искры? Пожар? Зачем так светло? Мама! Мама! Ничего, это папка упала. Сейчас я поправлю. Спи. Ляг со мной! Ну, пожалуйста! Я телевизор смотрю. Тебе уже восемь, спи.
Одна. Игрушки молчат, словно боятся. А мама ушла. Там, в гостиной, большая люстра, и телевизор, и очень-очень светло… и бабушка с дедушкой. А я одна. Вспоминаю сказки про сирот. Вдруг мама меня разлюбит? Душно. Холодно и душно. Стены давят. Тени давят. А внутри все болит. Не голова, не живот, где-то в другом месте. И мучает. Да, это, наверное, и называется мучением. Снова душно. Встаю. Босиком иду по паркету. Теплый. А ковер шершавый и пыльный. Рядом с тумбочкой лежит перышко. Белое, из подушки. Я его раньше боялась. Я всех перышек боялась и плакала. А теперь не боюсь. Коридор. Очень темный. И в кухню дверь открыта. Вдруг там кто-нибудь есть? Кто-нибудь страшный? Или в туалете… или в ванной?.. Бегу, закрыв глаза. У входа в гостиную торможу, топчусь на месте. В телевизоре нарядные тети. Мама сидит на диване, дедушка в кресле. Шум и яркий свет ослепляют. А слезы равно текут. Мама! Мамочка! Не бросай меня!!! Да кто ж тебя бросает, горе луковое? Я же здесь, в соседней комнате, фильм посмотреть хотела. Ну, чего ты плачешь? Идем со мной, мама! Ладно, ладно, иду".