Скажу, потому что не могу не сказать - вот уж поистине, наболело, душит, распирает изнутри, женщины вообще редко осмеливаются громко заявлять такие вещи, а тем более пускаться в пространные объяснения, почему именно; я не боюсь - я говорю во всеуслышание: я обожаю мужчин. Это невероятные существа. Это просто неисчерпаемый источник вдохновения, изумления, восхищения; это извечный предмет женского изучения, поскольку как в начале этого изучения, так, видимо, и в конце, о них не будет известно ровным счетом ничего определенного. Женщины, занимающиеся полевыми исследованиями повадок и образа жизни мужчин в среде их обитания, верно, порасскажут об этом больше, чем я: я-то скорее сторонний наблюдатель, маленькая девочка с косичками, зачарованно, затаив дыхание следящая за красивыми павлинами по эту сторону толстого пуленепробиваемого стекла. Но я могу точно сказать: это что-то потрясающее.
...Я люблю в них все: их стриженые круглые затылки, их холостяцкие квартиры, в первых из которых, среди небрежно, но с шиком раскиданных дорогих подушек вас могут угостить сыром бри и предложить два сорта хорошего вина на выбор, а во вторых вас тожественно поприветствуют полчища живых и мертвых тараканов и горы грязной посуды (однако вы не будете любить обладателя такой квартиры меньше - почему?..); я люблю манеру их речи, торопливую, переполненную метафорами или же выразительную, профессионально-рассказчицкую, но обязательно дополненную богатой мимикой и артикуляцией - а как же, мы же так любим артистов; я люблю их широкие ладони с матовостью смуглого аристократического загара на тыльной стороне - ммм, - люблю их теплые, толстые, грубой вязки свитера, их дорогие рубашки, и вообще обожаю по-настоящему стильно одетых мужчин - их мало, так мало! - я люблю их запахи, терпковато-манящие, свежие, яркие и чуть уловимые, которые уносишь с собой на волосах и потом, через много тысяч часов, пойманная шлейфом этого аромата, ты его непременно узнаешь, и замрешь, оглянувшись - неужели он? - о, эти запахи, они иногда бывают настолько явственно, физически осязаемыми, что ты по ним запоминаешь все свои влюбленности... О да, я люблю мужчин так, как люблю, пожалуй, только книги и ванильные коктейли, как люблю старые черно-белые фильмы и ощущение тотального, непреодолимого безграничного одиночества; мужчины - это мифология, это опорные пункты памяти, это ориентиры и гетевские “блуждающие огоньки”, заводящие путников в дальние леса, это колюще-сладкое чувство где-то у тонких стенок сердца - “я люблю тебя”, это маленькие спилберговские “E.T.”, которые вечно ищут свой пресловутый “дом...дом...” и которых ты никогда не поймешь, потому что они не проще, примитивнее, слабее тебя, они просто принципиально другие, а разгадать этот иной принцип никому из дочерей Евы не придется никогда.
Но именно этой инаковостью они так и завораживают. Своими широкими плечами и спинами, своими глубокими, бархатно-низкими голосами, своими непослушными челками и ресницами, в которых играет бликами солнце, своими властными, бескопромиссными “ты никуда не пойдешь” и “замолчи” (в тот же самый момент обрывая тебя поцелуем на полуслове). Да, и еще - не знаю как вас, а меня они умиляют как никто, и в последнее время именно это чувство стало преобладающим. Они умиляют своим вечным мальчишеством, своим непроизвольным напряжением бицепсов в момент, когда ты берешь их под руку, своим по-детски вожделеющим закусыванием губ при виде машины своей мечты - Господи, да всем, всем, начиная с того, как они запускают пятерню в шевелюру в момент глубокого замешательства, и заканчивая непроизвольным выбрасыванием вперед руки с предостерегающе выставленным указательным пальцем, когда им в голову приходит какая-то страшно важная мысль - Боже, в них столько десткости, даже в самых взрослых, самых серьезных и сильных: они хмурят брови, когда сосредоточенно читают книги, совсем как трехлетние дети, учащиеся разбирать разные буквы, они кладут ладошки под щечку, когда спят, даже если засыпали в какой-нибудь очень маскулинной рекламной позе, позе усталого хищника, насладившегося добычей, они обиженно надувают губы, когда ты говоришь им, что тебе нужно срочно бежать, и строят рожи, когда рассказывают о последствиях недавней попойки - я люблю их за это, за все вместе и за это в частности, наверно, это давно вышло из моды и вообще это неблагодарное дело - жутко портит нервы и приносит много разочарований, в особенности когда этим корыстолюбиво пользуются, но я ничего не могу поделать, это моя слабость, мой неисправимый недостоток - я люблю мужчин в самом высоком, неподдельно-нежном, настоящем смысле, я ими любуюсь, как играющими сиамскими котятами, как античными статуями, как маленькая большеглазая девочка через стекло любуется огромными красивыми павлинами с восточными орнаментами на хвостах...
