Владимир Шнюков 31.03.2010
В начале марта этого года в Костомукше встретились четыре довольно известные костомукшанам персоны: гендиректор ЗАО "Северсталь-ресурс" Грубман, гендиректор "Карельского окатыша" Воробьёв, глава Карелии Катанандов и глава Костомукши Шаповал. Эти приятные во всех отношениях господа публично жали друг другу руки, улыбались фотокамерам и подписывали какие-то бумаги.

Встреча этих господ названа в городских официальных СМИ (впрочем, других в городе и нет) "событием огромной важности не только для Костомукши, но и для всей Карелии", поскольку подписанные бумаги являлись не чем иным, как так называемым четырёхсторонним соглашением, которое говорит о том, что (цитирую газету "Горняк" от 12 марта 2010 года) "правительство Карелии взяло на себя обязательство содействовать в привлечении дополнительных средств в Костомукшу из тех налогов, которые будут перечислены комбинатом сверх уже запланированных". Только если эти горожане полагают, что хозяин градообразующего предприятия проникся социальной ответственностью и решил заплатить в карельский бюджет какие-то дополнительные налоги, которые платить не обязан, а губернатор тоже проникся и решил отдать эти деньги Костомукше - то это, увы, заблуждение.

Хотя впечатление, что подписанты движимы исключительно заботой о Костомукше - создаётся при чтении-смотрении-слушании материалов на тему данного соглашения. Но это иллюзия. Речь в данном случае идёт просто о том, что некоторые из налогов "Карельского окатыша" (налог на прибыль, на доходы физических лиц, на пользование недрами и прочие), которые комбинат платит в республиканский бюджет, зависят от объёмов производства, а поскольку ОАО "КО" под плач руководства о кризисе и убытках объёмы знай себе наращивает (и двадцатимиллиардные дивиденды хозяину выплачивает), то и налогов это ОАО обязано дать больше.

Подчеркну - обязано. А что касается перечисления этих денег из республиканского в местный бюджет, то здесь всё дело в схеме финансирования: часть положенных Костомукше налоговых денег идёт от предприятий города не напрямую в местный бюджет, а сначала в республиканский. А затем уже карельская власть даёт их Костомукше. При этом может и не дать: мэру надо покланяться губернатору, а пуще того - сплясать что-нибудь верноподданническое.

Возможно, названное четырёхстороннее соглашение избавляет городского главу от подобной пляски. Тогда спрашивается: а для чего мастерить какое-то соглашение, если в нём идёт речь о том, что и так делаться должно? А вот чтобы ответить на этот вопрос, стоит перелистать некоторые страницы истории Костомукши. Ведь названное четырёхстороннее соглашение - а первое такое было заключено в августе 2005 года - событие действительно по-своему знаковое для Костомукши, имеет предысторию, можно сказать, детективную. Это история о том, как карельская власть продавала Костомукшу миллиардеру Мордашову.

Итак, листаем.

Страница первая. Конфузия гендиректора Вяткина

Февраль 2000 года, вторник. Генеральный директор ОАО "Карельский окатыш" Николай Леонтьевич Вяткин, выступая на конференции трудового коллектива комбината, клятвенно заверил, что никуда и никогда он из Костомукши не уедет, поскольку душой прикипел, корни пустил. Среда той же недели. По городу прокатился слух, что Николай Леонтьевич исчез из Костомукши в неизвестном направлении. Народ заволновался, поскольку в некотором роде Вяткин был народным любимцем. Четверг той же недели.

В Костомукше появился начинающий российский миллиардер, ещё далеко не полновластный, но всё же уже хозяин Костомукшского ГОКа Алексей Александрович Мордашов. Он вышел к костомукшскому народу (в фойе первого этажа ДК "Дружба") и чётко, внятно объяснил, что Вяткина он снял, а если народ будет настаивать на возвращении любимого директора, то он, Мордашов, вынужден будет назвать истинную причину опалы генерального.

В общем, из речи Мордашова напрашивался вывод, что Николай Леонтьевич взял у Алексея Александровича денег. Взял не спросясь. И много.

Какое отношение имеет изгнание Вяткина к теме нашего разговора? Самое прямое. Гендиректор "Карельского окатыша" Николай Вяткин весьма дружен был с губернатором Карелии Сергеем Катанандовым. А поскольку Костомукшский ГОК - главный поставщик налогов в карельский бюджет, то дружба эта строилась, понятно, на финансовой основе. Надо сказать, украсть в то время в "Карельском окатыше" было что, комбинат не бедствовал.

Как помним, в августе 1998 года случился дефолт, что повергло многих россиян в нищету и уныние, покупательная способность зарплат и пенсий обвалилась. Но российские предприятия, немалую часть своей продукции поставлявшие на экспорт, оказались в шоколаде за счёт резкого роста курса доллара. "Карельский окатыш" - в их числе. Годовой отчёт ОАО "КО" показывает в графе "чистая прибыль по отгрузке" за 1997 год убыток 189,9 миллиона рублей, а за 1998 год - уже прибыль 109,7 миллиона рублей. Что, видимо, и подвигло Николая Вяткина произнести свою историческую фразу: "Наш комбинат обречён на процветание!". Так что рулить, в смысле финансовых потоков, Николаю Леонтьевичу было чем.

Он и рулил - по своему усмотрению, не очень советуясь с хозяевами. Но если рулил мимо Череповца, то и мимо Костомукши тоже - было бы большим преувеличением считать, что от того финансового благополучия "Карельского окатыша" работникам что-то перепало.

Среднемесячная зарплата работника "КО" в 1997 году составила 1848 рублей, в 1998 году - 2426 рублей, то есть формально выросла на 31%. Но если до августа 1998 года мясо в костомукшских магазинах стоило в среднем 12 рублей за килограмм, то к концу года - 30 рублей, сахар был 4 рубля - стал 14, масло было 20 рублей - стало 70, и так далее. То есть с учётом сумасшедшей инфляции реальная зарплата сократилась в разы.

Но, тем не менее, в памяти многих костомукшан Николай Вяткин остался человеком щедрым, демократичным. Он возродил цеховые праздники-гулянки во Дворце культуры, прекращённые прежним, московским руководством; причём гуляли с таким размахом, как никогда прежде, и гендиректор с удовольствием в тех гулянках участвовал. Он выделял деньги ветеранам, спортсменам, одиноким матерям. Он всегда был готов к задушевному общению с народом, прямые эфиры с генеральным местная телекомпания транслировала только что не каждый день. Так что, допускаю, многим костомукшанам было жаль Вяткина.

Известно, что накануне своего появления в Костомукше Алексей Мордашов побывал в Петрозаводске, имел встречу с первыми лицами Карелии. Детали той встречи не разглашались, но нетрудно догадаться, о чём шла речь. Правительство Карелии владело 20% акций "Карельского окатыша", на основании этого могло иметь своих людей в совете директоров. Не считаться со столь крупным и влиятельным, с точки зрения административного ресурса, акционером Мордашов не мог. Надо было убедить Катанандова и его ближайшее окружение принять отставку Вяткина, который стал уже фактически ставленником карельского правительства. Убедил.

Но пришлось идти на определённый компромисс. В результате этого компромисса председателем совета директоров ОАО "Карельский окатыш" стал первый заместитель председателя правительства РК Виктор Масляков.

Страница вторая. Молчание председателя Маслякова

Виктор Николаевич Масляков обличьем смахивал на могучего бульдога (не поймите превратно, бульдог - симпатичный пёс). И хватка у него бульдожья. Во всяком случае, в совете директоров "КО" сразу дал понять, что он здесь не для декорации, он - главный. В общем, делись "Северсталь" с карельской властью, а не то - за нами и налоговая, и прокуратура, и президенту можем кое-что шепнуть. Территория, мол, наша, карельская, на ней руду добываете. И гремел так бас Виктора Николаевича на заседаниях совета директоров где-то с год.

А потом настал месяц май. 26 мая 2001 года. Новое появление Мордашова в Костомукше. Но на этот раз вместе с Катанандовым. Официальная цель визита - перспективы ГОКа. Ну, а истинную цель Алексей Мордашов озвучил на пресс-конференции, состоявшейся в тот же день в Звёздном. Взорам журналистов предстали четверо: по центру Мордашов и Катанандов, по правую руку от Катанандова - Масляков, по левую от Мордашова - Олег Михайлов, недавно назначенный гендиректором "КО".

И вот тогда Алексей Мордашов во всеуслышание заявил, что на предстоящих через одиннадцать месяцев выборах "Северсталь" будет поддерживать Сергея Катанандова и сделает всё, чтобы он был переизбран на второй срок, потому что - далее следовало перечисление достоинств Сергея Леонидовича: какой он умелый хозяйственник, дальновидный стратег, мудрый политик.

Сергей Леонидович смущённо улыбался, иногда тоже говорил что-то лестное про "Северсталь": социально ориентированная она, о городе Костомукше заботится, и прочее. Олег Михайлов не сказал почти ничего - впрочем, при его статусе ему и надлежало молчать, находился так, "для мебели". Но самое удивительное - молчал Масляков. Большую часть пресс-конференции он вообще просидел отвернувшись, глядя в угол, словно происходящее здесь его уже изрядно достало.

А вскоре, в июле 2001 года, министерство природных ресурсов РФ совместно с правительством РК провели конкурс на право использования недр Корпангского железорудного месторождения. И лицензию на 20 лет с правом продления получила "Северсталь" в лице ОАО "Карельский окатыш".

Конечно, Костомукша могла рассчитывать, что за разработку недр на её территории с "Северстали" что-то причитается, недра даром частным фирмам не раздаются. Да, могла рассчитывать, имела такое право. Автору этих строк довелось видеть бумагу, согласно которой за право пользования недрами Корпанги "Северсталь" обещала, помнится, построить в Костомукше два многоквартирных дома, бассейн и ещё что-то. Как помним, ничего подобного построено не было.

Так что же получила Костомукша? А получила она - не важно, хотела ли - избрание губернатора Катанандова на второй срок. А Виктор Масляков замолчал. А вскоре и вовсе ушёл из совета директоров. Заменивший его на посту председателя министр госсобственности РК Сергей Денисов вёл себя смирно.

Страница третья. Фальшивый аукцион

23 июня 2004 года. В Петрозаводске состоялся аукцион по продаже госпакета акций "Карельского окатыша", то есть тех самых 20%, принадлежавших правительству Карелии. Правительство объяснило продажу акций дефицитом республиканского бюджета. Стартовая цена пакета - 9 миллионов долларов. В итоге госпакет купило некое ООО "Восход-2003" из Череповца за 9,2 миллиона долларов. Из высказываний аналитиков по поводу этой продажи вывод напрашивается однозначный: акции проданы по беспрецедентно низкой цене.

"Исходя из недавних сделок с акциями ГОКа, весь "Карельский окатыш" мы оцениваем в 350 - 400 миллионов долларов, поэтому 9 миллионов за 20% - это очень мало", - говорил, в частности, аналитик "Альфа-банка" М. Матвеев (газета "Ведомости" от 24 июня 2004 года).

То есть реальная рыночная цена 20-процентного пакета - 75-80 миллионов долларов. Впрочем, костомукшанам аналитики и не нужны, они прекрасно помнят, по какой цене скупались у горожан в те годы акции "Карельского окатыша". В 2005 году цена доходила уже до тысячи долларов за штуку. А всего акций ОАО "КО" существует 1 096 400 штук. То есть весь пакет акций "Карельского окатыша", исходя из этой цены за акцию, можно оценивать в миллиард долларов!

Итак, карельское правительство по бросовой цене продаёт акции уже прибыльного на то время, идущего в рост предприятия. Как-то не согласуется этот факт с заверением, что акции продаются для пополнения скудного карельского бюджета - чего же тогда по дешёвке сбрасывать, как будто избавиться от них хотели?

И не лучше ли было эти акции вообще не продавать - с учётом прогнозов на финансовое состояние "Карельского окатыша" в ближайшие годы, которое в связи с ростом цен в металлургии ожидалось исключительно благоприятным, что и подтвердилось в полной мере. Со своим пакетом акций правительство Карелии вполне могло претендовать на распределение прибыли, дивидендов. В этом случае, без сомнения, денег для бюджета можно было выручить гораздо больше, чем при продаже акций даже по настоящей рыночной цене. Но случилось именно так - карельское правительство фактически подарило свои акции "Северстали".

С чего бы такая щедрость при дырявом-то бюджете?

Страница четвёртая. Командовать парадом будет он

Точка в нашей истории поставлена в ноябре 2008 года. Сначала 1 ноября Алексей Мордашов, теперь уже единственный акционер "Карельского окатыша", сначала упразднил за ненадобностью совет директоров - чтобы не путался под ногами, а затем 13 ноября обязал "Карельский окатыш" выплатить ему, единственному акционеру, дивиденды в размере 22 миллиарда 499 миллионов 993 тысячи 820 рублей. И выплатить в срок до 13 ноября 2009 года. Деньги, конечно, забрал, и теперь работникам комбината, видимо, долго придётся вкалывать задарма, отрабатывая хозяйские дивиденды.

Таким образом, Алексей Мордашов ясно показал, что он - единственный и полновластный хозяин костомукшского ГОКа, а значит и города, поскольку как была Костомукша моногородом, так и осталась. И теперь костомукшане должны думать лишь об одном - как бы, не дай бог, не рассердить хозяина. А то ведь осерчает, да и отдаст город - да вот хотя бы жене своей бывшей, которая через Европейский суд требует с Алексея Александровича 500 миллионов долларов за развод. А что - отдать ей акции "Карельского окатыша": на, мол, любимая, только отвяжись. И кто этому сможет помешать? Может, правительство Карелии? (шутка).

Люди из разряда тех, которые не раз на дню напомнят окружающим: "я человек серьёзный" - возразят, что никогда ничего подобного Мордашов не сделает, потому что ему надо вкладывать средства в производство, чтобы дальше наращивать капитал. Чушь, господа! Наши олигархи - нормальные, живые люди, не роботы. В девяностые годы, зарабатывая свой капитал, они рисковали сесть в тюрьму, получить пулю. И теперь, добившись желаемого, так и будут в чулане складывать миллиард к миллиарду, уподобясь пушкинскому скупому рыцарю? Зачем, они вполне осведомлены, что на том свете им миллиарды как бы ни к чему.

Или, может, флотилия супер-яхт Романа Абрамовича - вложение денег в производство? Или покупка Михаилом Прохоровым баскетбольного "Нью-Джерси Нетс"? Нет? Ну, тогда батальон элитных проституток, доставленный Прохоровым в Куршевель - это наверняка умелое вложение денег в развитие производства "Норильского никеля".

Но Алексей Александрович Мордашов, как умный человек, и тем более - как член попечительского совета Большого театра, прекрасно понимает, как важно выглядеть в глазах Кремля олигархом социально ориентированным. Вот и составляются всякие помпезные соглашения, должные показать социальную ответственность владельца предприятия, но фактически ни к чему его не обязывающие.

Так и в случае с "Карельским окатышем". После того, как в 2004 году Мордашов полностью лишил правительство Карелии возможности как-то воздействовать на ОАО "КО", в 2005 году и было заключено первое так называемое четырёхстороннее соглашение, которое затем под фанфары подписывалось каждый год.

Это соглашение - замена костомукшанам не построенного жилья, не отремонтированных дорог, не созданных новых рабочих мест.