«Когда он [император Алексей V Дука] увидел монсеньора Пьеррона и его людей, увидел, что они, будучи пешими, уже проникли в город [Константинополь], то пришпорил своего коня и притворился, что мчится на них, но проскакал-то с полпути, устроив лишь видимость столь великого зрелища.
И когда все французы уже были внутри, все на конях, и когда император Морчофль [император Алексей V Дука], предатель, увидел их, его охватил такой страх, что он оставил там свои палатки и свои сокровища и пустился наутек в город…»
Робер де Клари. Завоевание Константинополя
Перед вступлением 1
В рамках нашего цикла у нас нет задач всесторонне рассмотреть плюсы и минусы поздней советской системы, детально разобрать все шаги и действия, например, закон о кооперации или «бархатные революции» КГБ в Восточной Европе. Небольшая статья вряд ли может вместить в себя весь спектр таких вопросов, мы остановимся только на реперных точках, важных для понимания развития цивилизации в это время.
Перед вступлением 2
1204 г. – год, когда западные воины захватили Константинополь и Византию. После этого удара страна так и не смогла восстановиться, всё больше угасала, превратившись в полуколонию генуэзцев, пока спустя 200 лет её жалкие остатки окончательно не поглотили турки-османы.
Вступление
До сих пор мы писали об «управленческих ошибках» в развитии нашей страны, в основе которых лежал фактор неадекватной оценки вызовов, угроз и окружающей действительности, следствием чего было отсутствие должной реакции при принятие управленческих решений. Это обстоятельство было тесно связано как с личными качествами правителей, так и той управленческой антисистемой, которая была сформирована правящим слоем. Химера, как понимал её Л. Н. Гумилёв, — система для отдельных социальных групп и антисистема для большинства.
Серьёзной проблемой был недостаточный анализ прошлого, и как следствие, непонимание процессов в историческом недавнем: так? восторги и похвальбы в адрес Петра I не прекращались весь период царствования Романовых, но чёткого анализа его преобразований для себя власть не сделала.
С 1917 г. вожди западного мира ощутили угрозу со стороны новой России в полной мере. Вчерашняя полуколония начинала формировать вызовы. Участие в гражданской войне Запада на стороне «старых сил» было ярким подтверждением этого, далее была война, развязанная Гитлером не только против коммунизма, но с целью захвата «жизненного пространства» и решения своих проблем за счёт колонизации земель России.
После победы во Второй мировой вопрос стал еще острее, речь уже шла не только о потерях для Запада, крушении колониальной системы, но и возможности деградации этой цивилизации под давлением внешних факторов. Холодная война стала первой всеобъемлющей войной нового типа по разрушению не военной и экономической мощи противника, а самосознания и психотипа, и объявил её не Советский Союз. Как писал президент Р. Никсон:
«Пока мы не поймём, что секретность — один из инструментов власти, мы будем изначально в невыгодном положении в геополитическом соперничестве с Москвой… Секретная операция — не самоцель, это средство достижения цели…»
В СССР после экспериментов 20-х готов ХХ в. стала складываться система (происходило это постепенно), в основе которой оказались всё те же органические принципы русской деревни или общины, как это ни парадоксально и неожиданно звучит. И это общество было действительно устроено демократично, вернее сказать, создано с элементами прямого народовластия: «мы здесь власть» – лозунг, звучащий сегодня на уличных протестах, буквально воплощался в жизни.
Как писал философ А. А. Зиновьев, автор знаменитого афоризма «целились в коммунизм, а попали в Россию», в основе организации населения был первичный коллектив (клеточка). Или, как считают многие другие исследователи, всё та же модифицированная русская община: «Жизнь людей в условиях такой организации формально проста, жизненные линии ясны и определённы». Централизованная и иерархическая система власти и управления (КПСС) обеспечивала безоблачное существование социуму. Советская система, казавшаяся для наблюдателя на Западе, а также для «внутренних эмигрантов», таких, как А. Солженицын, необычной и противоестественной (с точки зрения иной цивилизации), была для подавляющего числа живущих органической, естественной и проистекающей из исторического развития русского народа и других, подчеркну, братских народов СССР. Именно её разгром и привёл к развалу Советского Союза и реставрации:
Социолог Д. Лэйн в 1985 г. писал:
«…если легитимность рассматривать с позиции психологической приверженности граждан, то советская система столь же «легитимна», как и западная. Её следует анализировать в свете её собственной истории, культуры и традиции».
С 60-х годов важнейшим процессом в СССР стал процесс урбанизации общества и гражданской атомизации.
В тот момент, когда русское крестьянство достигло своего пика, когда парень из деревни в белой рубашке с галстуком и в костюме мог поехать отдыхать на курорт, как герой В. Шукшина («Печки-лавочки»), начался обратный отсчёт: на наш взгляд он не был неотвратим, но история распорядилась по-иному. Как раз при переходе от «простого сельского» общества к урбанистическому у масс произошёл «разрыв шаблонов».
Б.В. Марков в работе-предисловии «После Оргии» к известной книге французского философа Ж. Бодрийара «Америка» писал:
«В России снова случилась революция, начавшаяся с перестройки, и её можно понять как протест против материального благополучия, ибо последствия для экономики и политики оказались поистине катастрофическими».
Ключевым источником напряжённости была не экономическая или военная область, а система управления. Проблемы эти, в меньшей мере касались масс, задействованных в реальном производстве.
С одной стороны, система управления была крайне перенагружена задачами: нынешний губернатор по сравнению с его «коллегой» секретарём обкома — просто бездельник, перерезающий ленточки.
С другой стороны, управленцы на уровне «коллективного бессознательного» были недовольны оценкой их труда в условиях чрезвычайной требовательности к результатам их деятельности и контроля не только со стороны руководства, но и народа.
Такие же претензиями имела и «творческая интеллигенция», обоснованность их ставим за скобки.
Естественной реакцией на это была защита системы управления при помощи формализма и казенщины, и как следствие, падения самого уровня управления.
И этим планомерно пользовались наши противники, разрушая самосознание тех, до кого могли дотянуться, то есть до элиты.
В то же время в условиях сорока лет мирной жизни и изменения материального достатка, на фоне «бессознательного недовольства» происходило общественное расслабление. Номенклатуре, в отличие от других стран, не приходилось бороться за свои привилегии (пусть и смешные, по сравнению с сегодняшним днем), другим социальным группам бороться за работу, с ухудшениями условий труда и с конъектурой рынка, то же можно сказать и об армии, командование и офицерский состав которой допустили такое явление, как дедовщина. Как цитировал М. Горбачев В. И. Ленина в «Новом мышлении»:
«Таких революций, — которые, завоевав, можно положить в карман и почить на лаврах, в истории не бывало».
Таким образом, на что обращают внимание в том числе и западные исследователи, узловым пунктом был вопрос управления: реальной оценки ситуации или понимания ситуации и принятия решения по дальнейшему пути развития.
Сегодня можно с уверенностью сказать, страна стояла перед развилкой, и у страны было три пути, как у витязя на распутье: первый, и это отмечают западные аналитики, — ничего не делать, в условиях нового капиталистического кризиса 90-х, у страны был шанс выглядеть очень неплохо экономически. Второй — продуманное и спланированное обновление, а не «перестройка» с целью разгрома системы. Третий — реставрация или окончание революции, отказ от её завоеваний.
Ничего нового, правда, всё то же — выбор как у Николая Павловича или Николая Александровича, или Юрия Владимировича.
Экономические проблемы
Так, может быть, были какие-то глобальные проблемы с производством, кроме неэффективной сферы распределения и ценообразования на колбасу и мыло?
Есть недоверие советской оценки картины? Хорошо, посмотрим на это с другой стороны. Эксперт журнала «Time» Северин Билер в 1980 г. пишет о том, что СССР первое государство в мире, которое способно поставлять всему население масло, и… пушки, имея военный паритет с более развитыми странами. В 1984 г. известный экономист Дж. Кеннет Гэлбрэйт доказывал, что производительность труда в СССР выше, чем в США. О том, что гуру менеджмента Ли Якокка писал о высоком уровне образования инженеров в СССР, мы писали в предыдущей статье на «ВО». Даже в 1990 г. ведущий американский советолог Джерри Хаф отмечал:
«В сравнении с другими многонациональными государствами Советский Союз кажется достаточно стабильным…Сумятица в 1989 г. оказалась Горбачеву на руку… Эта сумятица пошла Горбачеву на пользу в экономическом отношении».
Несмотря на экономические и управленческие проблемы, вызванные «перестройкой» даже в 1990 г. экономика СССР показала серьёзный рост:
«Коллапс Советского Союза был вызван вовсе не объективными экономическими факторами, а интеллектуальными просчётами и ложными ожиданиями советской элиты».
(Марк Алмонд.)
Миф о цене на нефть
Миф о падении цен на нефть и связанном с ним экономическим кризисом не только бытует, но является краеугольным камнем идеологического обоснования отставания нашей страны. Я подчеркну, он неоднократно опровергался реальным анализом, но продолжает всплывать и всплывать в публицистике и даже правительственных докладах. Но ошибки в анализе данных ведут к ошибочным управленческим решениям!
Изменение цен на нефть в период конца СССР никак не влияло на структуру экономики страны и не могло быть причиной экономического кризиса.
Сегодня, когда Россия, как и другие бывшие советские республики, является сырьевым придатком «передовых стран», это оправдание скрашивает действительность. Но такая ситуация стала возможной только после распада СССР, а никак ни в период его существования.
Нефтегазовый комплекс, благодаря которому живёт современная Россия, создавался в период 60-70 гг. ХХ века.
Согласно «Статистическому ежегоднику за 1990 г.», ВНП СССР составлял 798 млрд. руб. в 1986 г. Далее он только рос, к 1990 г. составлял 1000 млрд. руб.
ВОП (валовой общественный продукт), сравнимый с ВВП (такого показателя в этот период не было) в 1986 г. был 1425,8 млрд. руб.
В то же время экспорт в 1986 г. составил 68,285 млрд. руб., или 11,68% от ВНП и 4% от «ВВП» (ВОП).
В то время как в РФ в 2018 г. при ВВП 1570 млрд. долларов экспорт составил (по данным ФТС) 452,066 млрд. долларов, или 29% от ВВП.
То есть что сравнивать: 4 и 29%, при этом нефть в экспорте занимает 58% (260,171 млрд. руб), или 260 171 тысяч тонн, 46% от добытой.
В 1986 г. было продано 21% нефти от добытой, или 1,6% от всего ВНП, а с учётом СЭВ — 8,2%.
Таким образом, расчёт только по нефти, в разрезе всего объема производства и экспорта показывает, что ни о какой «нефтяной игле» для СССР говорить не приходится, а уж тем более об экономическом кризисе, контуры которого появились только после начала несистемных реформ Горбачёва.
Проблемы, которые имелись в этот период в экономике, прежде всего были связаны не с производственной областью, хотя и здесь их хватало, а с областью распределения и расстановки приоритетов. Но это тема не относится к рассматриваемой сейчас нами.
Миф о поражении в гонке вооружения
Второй ключевой миф о причинах падения СССР – это поражение в гонке вооружений.
СССР постоянно жил под давлением реальной военной угрозы, в этих условиях руководство страны добилось к 80-м годам существенного паритета в военной области, что совершенно естественно и по-другому не бывает, за счёт социальной сферы. Приход к власти «голливудского ковбоя» усилил военную истерию, а его планы разорить Советский Союз, посредством гонки вооружения и создания СОИ были, как мы сейчас понимаем, блефом, но не так на это смотрели в 1980-х. Пока у власти были «толстокожие» старики со стальными нервами, паники не было и не могло быть, с приходом «молодого реформатора» взгляд на преимущества западной военной и экономической мощи возобладал, конечно, не обошлось здесь и без военного лобби, но ключевым в этой ситуации всё равно был Горбачёв. Некомпетентность и поспешность при ведении им переговоров, пренебрежение информацией, предоставляемой военными, дипломатами и представителями академической науки сразу же привели к существенным потерям для безопасности страны, но сейчас не об этом.
В конце концов, во-первых, распиаренная американская программа СОИ оказалась фейком, а советская космическая программа, как мы понимаем сегодня (например, «Буран»), не только не уступала, а во многом превосходила американскую. Потери достижений СССР в этой области — удар не только по России, но и по прогрессу всего человечества.
Во-вторых, спустя почти 25 лет военный потенциал (имущество и технологии) и разработки советского периода дают возможность сносно существовать бывшим республикам СССР. После экспорта сырья это вторая статья продаж РФ.
В-третьих, потенциал разработок и действующих моделей в ВПК СССР был такого уровня, что на его основе во многом были созданы новые современные ВПК у таких новых сверхдержав мира (цивилизаций), как Китай, и Индия.
Так была заложена основа современного китайского производства в сфере авиации, ЗРК, кораблестроения и космоса, на фоне бездумной и неоправданной продажи со стороны РФ и Украины новейших образцов техники и лицензий.
С продажи в 90-е годы ракетного советского двигателя РД120 украинским предприятием «Южмаш» и при участии его специалистов началось современное ракетостроение в КНР. Первый выход тайконавта в космос был обеспечен космическим скафандром «Фэйтянь», точной копией российского скафандра «Орлан-М».
Более того, КНР уже активно (где-то с 2015 г.) начинает конкурировать с Россией на мировом рынке вооружений, по направлениям, созданным, опять же, на основе заделов СССР, переданных Китаю «продавцами» из России. Китай вышел на 3-е место, имея 5-6% мирового рынка.
А с учётом безусловного лидерства КНР в производстве современной микроэлектроники и, добавим, полного отсутствия такого производства в РФ, в рамках 4-й промышленной революции, развитие ситуации спрогнозировать несложно.
Информационная революция
В конце 60-х г. ХХ века на Западе начался экономический (стагфляция: стагнация экономики на фоне инфляции) и общественный кризис, увеличилась его частота (4,3 года против 7 лет), «на загнивающем Западе», как писали советские газеты и как им отвечали остряки-антисоветчики: «чтоб я так загнивал», софистически подменяя понятия личного благосостояние отдельных лиц и развития благосостояния всего общества. Причины были такие же, как и перед I и II мировыми войнами:
1. Перепроизводство или производство того, чего не нужно.
2. Крайнее обострение борьбы за рынки сбыта.
3. Усиление противостояния за сырье, источники энергии и дешевую рабочую силу, из-за падения «западного ига» над колониями и наличие коммунистических стран.
Традиционное решение этих проблем посредством мировой войны было невозможно из-за наличия СССР, который не допустил бы такого варианта развития событий.
Эта ситуация привела к ряду серьёзных социальных сдвигов в западном обществе: революция в культуре и музыке, студенческие волнения, сексуальная революция, феминизм, падение системы апартеида в США, распад традиционной семьи, разгул насилия и преступности, антибуржуазные социальные течения, гибель мелкого фермера и лавочника, как носителя буржуазных ценностей.
Вот далеко не полный список изменений, вызванных кризисом западной цивилизации во второй половины ХХ века. Этот период американский философ Френсис Фукуяма вполне справедливо назвал «Великим разрывом».
Проблемы, многие из которых были похожи на советские, имели разные источники возникновения. И это надо четко понимать.
Сторонники так называемой конвергенции (сближения) двух систем советской и западной считали, что эта их схожесть как минимум даёт большее взаимопонимание и взаимопроникновение. Одним из наиболее ярых сторонников этой идеи в 60-х годах был «физик-лирик» Андрей Сахаров. Повторюсь, многие вещи и ситуации были похожими, но природа вещей, в силу абсолютно разного развития обществ была разной. Сторонники конвергенции, как аналитики, так и политики в СССР в период перестройки своим полным непонимание источников и причин проблем, внешне похожих на западные, с «водой выплеснули и младенца». Ослеплённые блеском упаковочной фольги, в лучшем случае плацебо, они приняли его за лекарства, а на самом деле приняли яд из этой упаковки.
Кризис Запада был преодолён благодаря всё тем же «старым добрым» решениям: появились новые рынки сбыта, источники дешевого сырья и рабочей силы.
Во-первых, потерпевшие поражения в «холодной войне» СССР и его союзники были включены как субъекты в структуру «глобального рынка» или экономическую сферу влияния западных ТНК как рынки сбыта и источники сырья и дешевой рабочей силы. Во-вторых, перенос производства в Китай создал существенную экономию с точки зрения формирования себестоимости, обеспечив дополнительный рост прибыли на Западе.
Всё это, в свою очередь, привело к структурным изменениям в сфере занятости на Западе: создавались рабочие места в области офисной и финансовой бюрократии (менеджмент, дизайн, маркетинг и пр.) и зависимой от неё сферы обслуживания и услуг, а наличие внешне эффектных технических новшеств, таких, как персональные компьютеры, факсы, цифровые копировальные машины и принтеры давали повод говорить о новой технологической революции.
Бесспорно, важнейшим элементом экономики этого периода становится развитие компьютерных технологий, но сами по себе они были лишь приложением к первым, стабилизирующим факторам экономики, перечисленным выше, не являясь пока ключевыми.
Таким образом, никакого глобального экономического или военного кризиса, никакого непреодолимого отставания в рамках информационной революции у СССР в 1985 г. не было. Более того, в период до 1990 г. наблюдается постоянный рост производства, и… кризис верховного управления, отразившейся на всей системе управления и общественного сознания.
Управление — главная причина развала СССР
Итак, как мы писали выше, в конце ХХ века таких трудностей, вызванных очередным экономическим кризисом западной цивилизации, в СССР не было. «Конечно были другие проблемы: искали что пожрать» — классическая систематическая ошибка отбора, когда на основании искаженного примера делают неверный обобщающий вывод.
Повторюсь, таких проблем, которые были источником «Великого разрыва», на Западе не было, поэтому и лекарство «прорабов перестройки» и «юных реформаторов» стало ядом для русской цивилизации.
Здесь как раз правители страны ничего не прозевали, как в ХIХ веке, но, стали не вовремя «дуть на воду», что привело также к плачевному результату: социальному и экономическому регрессу и острейшей потребности в новой модернизации.
Не экономические причины стали поводом разрушения СССР, а причины, связанные с управлением, вследствие которых начался экономический и социальный кризис, продолжающиеся по сей день.
«Молодой» лидер на деле оказался некомпетентным руководителем, уровень которого совершенно не соответствовал масштабу страны и цивилизации, за управление которой он принялся: он не совладал с разрушительными процессами, которые сам же и запустил (а по мнению многих, сам же и инспирировал). Конечно, не обошлось здесь, мягко говоря, и без западной «благотворительности».
Историк Марк Алмонд из Оксфорда с сарказмом писал:
«Возвеличенный и героизированный ими [западными лидерами], Горбачёв верил собственной пропаганде, совершая ошибку, которой никогда не делали его предшественники (хотя их часто и списывали со счетов как дряхлых, чересчур возвысившихся крестьян). После того как несколько поколений тупых аппаратчиков возвели Советский Союз в статус сверхдержавы, именно блестящий Горбачёв встал у руля страны и взял курс прямо на скалы».
1204 год русской цивилизации.
Конечно, законно возникает вопрос: что же это за такая страна или, как вы там говорите, цивилизация (?!), которая допустила такой коллапс?
В эпиграф я вынес цитату из записок крестоносца Робера де Клари, который живописует действия императора Алексей V, который имел в своих руках империю и армию и который не смог организовать действенное сопротивление и сдал столицу империи ромеев, тем самым запустив процесс постепенного умирания Византийской цивилизации, так что всё возможно в истории.
С другой стороны, в научной историографии открытым остаётся вопрос о том, как могла в период XIV-XV веков возвыситься именно Москва: любые рациональные доводы имеют контраргументы. Остается лишь одно главное объяснение. При прочих равных благодаря исключительно упорным и настойчивым великим князьям Москвы.
В рамках рассматриваемой теории сейчас не очень важен спор тех, кто считает, что развал СССР был предопределен или наоборот. Повторюсь, он вторичен.
Важно, то, что произошло в 1991 г., и это, безусловно, 1204 год русской цивилизации со всеми вытекающими. Из-за процессов, начавшихся в «перестройку» и продолжающихся в эпоху реставрации до сего дня, современная Россия в экономическом плане представляет на 2018 г. 1/10 от СССР, или 1/2 (1/4) от РИ! (Х. Фолк, П. Байрох) со всеми вытекающими социальными, военными и пр. возможностями. Добавим к этому: психологически и этнопсихогически это страна углубляющегося и разрастающегося «когнитивного диссонанса».
Незаконченная история?
Но вернемся к вопросу управления. Если в период ХIХ — начала ХХ веков проблема в управлении стояла в недооценке ситуации или параличе в принятии решения, то у «молодого генсека» проблема была в абсурдной перестраховке, которая вызвала «перестройку» в международных и внутренних делах (у страха глаза велики) и в конце концов капитуляцию перед Западом:.
Ошибочная переоценка окружающих угроз и вызовов, вследствие чего — излишняя реакция и принятие неадекватных управленческого решения. Как тихо заметил маршал Д. Т. Язов на церемонии подписания Договора по обычным вооружениям в Европе:
«Мы проиграли третью мировую войну без единого выстрела».
Все эти рассуждения о «новом мышлении» и идеи общеевропейского дома столкнулись с железной хваткой западных держав, знавших своё дело, четко осознававших свои интересы. Американцы, по мнению Анат. А. Громыко, увидели в «перестройке» «рычаг разрушения социализма». Целились в коммунизм, а попали в Россию! Госсекретарь Дж. Шульц вспоминал:
«Он [Горбачёв. – В.Э.] действовал с позиции слабости, мы же чувствовали свою силу, и я понимал, что надо действовать решительно».
Общеевропейский дом с точки зрения западной цивилизации обозначал только одно: поглощение стран восточного блока, получение контроля над новыми рынками сбыта, сырья и дешевой рабочей силы, что и было осуществлено. Это произошло, как писал М. С. Горбачёв в 1998 г., «на путях смены цивилизационной парадигмы, на путях выхода на новую цивилизацию». И это могло быть достигнуто только разрушением российской цивилизации.
Непонимание того, что произошло на самом деле, — еще один шаг к управленческой ошибке сегодня: непонимание исторического процесса не освобождает от аннигиляции.
Автор:
Ващенко Э.
14 сентября 2019
