В тот весенний день, когда полная луна заливала серебром берега Ганги, Дакшинешварский храм пробуждался в особенной радости. 1 марта 1885 года, в праздник Дол Ятра — бенгальский Холи, день рождения Шри Чайтаньи Махапрабху, — воздух был наполнен ароматом свежих листьев и предвкушением божественной игры. Шри Рамакришна, сидя на маленькой кровати в своей комнате, погрузился в глубокое самадхи. Преданные — Махимачаран, Рам Датта, Маномохан, Набаи Чайтанья, юный Нарендра и верный М. — молча сидели на полу, не отрывая глаз от его неподвижной фигуры, озарённой внутренним светом.

 

Когда божественный экстаз немного отступил, Тхакур поднялся и вышел из комнаты. Он направился к храму Радхаканта, где на подносе лежал яркий цветной порошок — абхир, символ весны и любви. С величайшей нежностью Рамакришна взял щепотку порошка и нанёс его на изображения Радхи и Шьяма, затем простёрся ниц в поклоне. Далее он поднялся по семи ступеням к святилищу Матери Кали, вошёл внутрь и предложил цветной порошок Ей. Вернувшись, он прошёл через кирпичный двор, неся с собой поднос. В своей комнате он коснулся порошком всех картин — кроме своей собственной фотографии и образа Иисуса. А затем, с улыбкой ребёнка, он вышел на веранду.

 

Там сидел Нарендра, беседуя с другими. Рамакришна нежно нанёс цветной порошок на его тело. М. тоже получил свою долю священного абхира. И наконец, Тхакур прошёл среди всех преданных, лично коснувшись каждого ярким порошком весны. Преданные в ответ склонялись к его стопам в безмолвном салюте. Так в тот день Холи превратился не в шумную игру толпы, а в тихий ритуал бхакти — любви, которая окрашивает душу в цвета преданности.

 

Днём разговоры текли легко, как речная вода. Тхакур шепотом делился с М. заботами о молодых учениках, а затем попросил Махимачарана прочитать гимны из «Маханирвана-тантры». Звуки хвалы Богу наполнили комнату. Затем Набаи Чайтанья запел киртан. И вдруг Рамакришна сам присоединился — его тело, ещё недавно неподвижное в самадхи, закружилось в танце. Преданные последовали за ним, и веранда наполнилась радостью, песнями и движением.

 

В конце, сияя от переполнявшей его любви, Тхакур сказал слова, которые навсегда остались в сердцах учеников:

 

«Пение имени Господа с любовью — вот единственное, что нужно. Всё остальное не имеет ценности. Према и бхакти — это реальность, всё прочее — нереально».

 

Так Рамакришна и его ближайшие ученики отмечали Холи в Дакшинешваре — не шумной забавой, а живым воплощением бхакти. Цвета весны становились цветами божественной любви, а сам фестиваль — напоминанием о том, что весь мир — это игра Матери, окрашенная в краски преданности. Позже, уже после ухода Тхакура, ученики в Белур Матх сохранили эту традицию: пение, танец и тихая радость, передавая дух того весеннего дня из поколения в поколение.

 

Всё это записано очевидцем — Махендранатхом Гуптой (М.) в «Шри Шри Рамакришна Катхамрите» (том 2, раздел 23).