Sorry, нежная bambino!
Среди кружев и мимоз,
не печалься, Коломбина,
я не стою горьких слёз.

В балаганчике уютном,
где любовь и простота,
трагик страсти и капризов
превращается в шута,
в кураже сиюминутном 
что бы ни сказала ты —
поскользнется на карнизе,
разобьется с высоты…

Лёд слюдой над снегом стынет,
Я желаю мира всем.
Так уходят из гостиниц,
уезжая насовсем.

Тихо трону, грустью скован,
как уволенный портье —
статуэтку из Китая,
складки плюшевых портьер,
флорентийского алькова
белоснежный балдахин…

Ciao, bambino, покидает
балаганчик Арлекин.

Птицелов Фрагорийский
Из книги ТЕМНАЯ ВОДА

Серия сообщений "Темная вода"