Имя Якова Серебрянского теперь не очень известно. А между тем именно он был организатором захвата в Париже руководителя РОВС генерала Александра Кутепова - тогдашней надежды белой эмиграции. Он же организовал похищение во Франции архива Льва Троцкого и еще целый ряд операций.

Если полистать подшивки советских газет за 30-е годы, то там можно найти указы о награждении Якова Серебрянского "за выдающиеся заслуги перед партией и правительством за выполнение особо важных правительственных заданий". Его считают своим учителем многие асы разведки. Например, Абель. Среди чекистов о нем ходили легенды. Но и как многие другие сотрудники советских спецслужб того времени он по надуманным обвинениям был арестован, причем трижды, и умер в тюрьме.

Важным центром советской разведки была Особая группа при председателе ОГПУ, которую чекисты именовали по имени ее руководителя "группа Яши". Она была совершенно самостоятельна и независима от иностранного отдела - ИНО ОГПУ в своей деятельности. 10 лет ее возглавлял Серебрянский. "Группа Яши" опиралась только на агентов-нелегалов. Она не имела своих сотрудников в дипломатических миссиях и торговых представительствах.

Яков Исаакович Серебрянский родился в Минске в 1891 году в бедной еврейской семье. Его отец был подмастерьем у часовщика. В 1908 году окончил 4 класса городского училища. С юных лет сочувствовал революционному движению. Его, еврея, особенно возмущала гнусная и преступная политика царизма в отношении народа, к которому он принадлежал. Страшно негодовал по поводу пресловутой черты оседлости. Однако примкнул он не к сионистам. Якова привлекли эсеры, их радикальное крыло. И он вступил сначала в ученическую организацию эсеров, а в 1908 году в партию эсеров-максималистов. В качестве боевика принимал участие в нападении на сотрудников охранки, организовавших в Минске, Гомеле и других городах еврейские погромы. В мае 1909 года за "хранение переписки преступного характера" и по подозрению в соучастии в убийстве начальника минской тюрьмы Серебрянский был арестован.

Один год Яков провел я тюрьме, после чего был выслан под административный надзор в Витебск, где работал электромонтером на электростанции.

В августе 1912 года Якова призвали в армию. Служил рядовым 122-го Тамбовского полка в Харькове. Когда началась Первая мировая война, попал в действующую армию на Западный фронт в составе 105-го Оренбургского полка. 7 августа 1914 года во время неудачного наступления русских войск в Восточной Пруссии получил тяжелое ранение. После госпиталя был демобилизован. С февраля 1915 года работал электромонтером на нефтепромыслах Баку. После Февральской революции активно участвовал в деятельности местной организации эсеров, его избрали членом Бакинского совета, работал в Бакинском продовольственном комитете. Был избран делегатом Первого съезда Советов Северного Кавказа от партии социалистов-революционеров-эсеров.

В марте 1918 года - начальник отряда Бакинского совета по охране продовольственных грузов на Владикавказской железной дороге.

В 1918 году на квартире своего друга и коллеги по Бакинскому совету и эсеровской организации Яков познакомился с его 18-летней сестрой Полиной. Впоследствии она стала его женой и разделила все трудности непростой и опасной жизни разведчика.

Вскоре Бакинская коммуна пала - город заняли английские интервенты. В это время Серебрянский подружился с Яковом Блюмкиным. Этот бывший левый эсер, участник убийства в 1918 году немецкого посла Мирбаха, теперь стал видным чекистом. Во время Гилянской экспедиции тот его взял с собой в Персию. По рекомендации Блюмкина Серебрянского назначают начальником одного из подразделений Особого отдела персидской Красной армии в городе Решт.

После падения Гилянской республики Серебрянский оказывается в Москве. В мае 1920 года его принимают на службу в центральный аппарат ВЧК. С августа 1920 года он оперативный сотрудник Особого отдела, а затем секретарь административно-организационного отдела ВЧК. Однако служба Якова в центральном аппарате длилась недолго. Уже в августе 1921 года он уходит из ВЧК и поступает учиться в электротехнический институт. Работая в ВЧК, Серебрянский продолжал поддерживать связь со своими старыми друзьями-эсерами. И это обернулось для него большими неприятностями.

2 декабря 1921 года Яков пришел в гости к своему приятелю правому эсеру Давиду Абезгаузу и угодил в устроенную там его недавними коллегами-чекистами засаду. Три месяца он провел в тюрьме. Следователей интересовала его возможная принадлежность к правым эсерам, деятельность которых была под запретом. Следствие установило, что с этой партией Серебрянский давно порвал и в ее деятельности участия не принимает.

21 марта 1922 года президиум ОГПУ вынес постановление: Серебрянского из-под стражи освободить, но взять на учет и лишить права работы в политических, розыскных, судебных органах, а также в Наркомате иностранных дел.

Яков, выйдя на свободу, устроился на работу заведующим канцелярией нефтетранспортного отдела треста "Москвотоп". Однако вскоре вновь был арестован. На этот раз по подозрению во взяточничестве. Некоторое время находился под следствием. Оно не подтвердило предъявленных ему обвинений, и Серебрянский был освобожден. В октябре того же 1922 года Серебрянского принимают на работу в редакцию газеты "Известия". Он давно сделал свой политический выбор, еще в 1918 году, когда порвал с эсерами и начал работать в ВЧК. В октябре 1923 года Серебрянского принимают кандидатом в члены РКП(б). И вновь в судьбу Серебрянского вмешался Яков Блюмкин. Он собирался выехать в Палестину в качестве резидента разведки ИНО (Иностранного отдела) ОГПУ. Подыскивал себе заместителя. Очень обрадовался, узнав, что Серебрянский состоит уже в партии большевиков. Он предложил своему тезке ехать с ним в Палестину. Серебрянский согласился.

ИНО и отдел кадров ОГПУ приняли предложение Блюмкина, и Серебрянский был принят на работу особоуполномоченным Закордонной части Иностранного отдела ОГПУ. Ранее принятое постановление президиума ОГПУ о нем было отменено.

В декабре 1923 года два Якова - Блюмкин и Серебрянский выехали в Яффу (Тель-Авив). Перед отъездом их принял заместитель председателя ОГПУ Менжинский. Он поставил задачу по сбору информации о планах и действиях Англии и Франции на Ближнем Востоке. Обратил особое внимание на необходимость активной вербовочной работы.

В июне 1924 года Блюмкина отзывают, и его на посту резидента заменил Серебрянский. Теперь руководство разведки поставило перед ним задачу - создать глубоко законспирированную сеть. И с этой задачей он успешно справился. Известно, что он завербовал большую группу иммигрантов - уроженцев России А. Ананьева, Ю. Волкова, Р. Эске-Рачковского, Н. Захарова, А. Турыжникова и др. Именно они составили костяк его боевой группы, известной позднее как "группа Яши" (см. А. Колпакиди, Д. Прохоров. "КГБ: спецоперации советской разведки", М., АСТ, 2000).

В 1924 году к Серебрянскому присоединилась его жена, Полина Натановна. Не будучи официальным сотрудником ИНО ОГПУ, сопровождала его в многочисленных зарубежных поездках. Полина была членом партии с 1921 года и работала до отъезда в Краснопресненском райкоме РКП(б).

В 1925-1928 годах Серебрянский - нелегальный резидент ИНО ОГПУ в Бельгии и во Франции. В 1927 году он приезжал в СССР - прошел партчистку и был принят в члены ВКП(б). Весной 1929 года вернулся в Москву и был назначен начальником 1-го отделения (нелегальная разведка) ИНО ОГПУ (см. А. Колпакиди, Д.Прохоров "Все о внешней разведке" М.., "Олимп", 2002).

В. Менжинский, возглавивший ОГПУ после смерти Ф. Дзержинского, назначил Серебрянского начальником созданной им Особой группы при председателе ОГПУ. Это специальное разведывательное подразделение действовало независимо от ИНО. Перед этой группой была поставлена задача - глубокое внедрение агентуры на объекты военно-стратегического характера в Западной Европе, США и Японии на случай войны, а также проведение диверсионных и террористических операций (см. "Ветераны внешней разведки России" М. 1995).

Летом 1929 года Политбюро ЦК ВКП(б) одобрило намеченную руководством ОГПУ операцию по захвату председателя Российского общевоинского союза (РОВС) генерала А. П. Кутепова. Этот союз раньше возглавлял генерал П. Врангель, а после его внезапной и таинственной смерти возглавил Кутепов. И РОВС резко активизировал свою деятельность. Увеличилась засылка на территорию СССР боевиков-террористов. Это вызвало определенную тревогу в Москве. Кремль, да и сам Сталин, преувеличивали силы и возможности белых эмигрантов. В такой обстановке в ОГПУ возникла идея похитить генерала Кутепова.

Вместе с заместителем начальника Контрразведывательного отдела (КРО) ОГПУ С. Пузицким Серебрянский выехал в Париж для руководства этой операцией. 26 января 1930 года сотрудники "группы Яши" в самом центре Парижа втолкнули генерала в автомобиль, сделали инъекцию морфия и доставили на борт советского парохода, стоявшего в порту Марселя. Полиция Парижа сбилась с ног в поисках похитителей генерала. Искала его и контрразведка РОВС. Однако Кутепов исчез как в землю провалился. Правда, после долгих поисков свидетеля все же нашли. Сторож клиники, расположенной на улице Удино, Огюст Стеймец, видел из окна клиники большой серо-зеленый автомобиль на углу улиц Удино и Руссель и около него двух высоких молодых мужчин в желтых пальто. Неподалеку стоял полицейский. Чуть дальше красное такси. Когда генерал Кутепов (его свидетель опознал по фотографии) поравнялся с машиной, к нему подошел полицейский и что-то спросил. Не успел Кутепов раскрыть рот для ответа, как люди в желтых пальто втолкнули его в автомашину, в нее же сел полицейский. Автомобиль, а за ним красное такси на большой скорости понеслись в сторону бульвара Инвалидов. Больше Кутепова никто никогда не видел - то ли слабое сердце генерала не выдержало стресса, то ли наркоза дали больше чем надо. Он скончался от сердечного приступа на борту судна в сотне миль от Новороссийска. За эту операцию Серебрянский был награжден орденом Красного Знамени (см. В. Абрамов. Евреи в КГБ. М., "Эксмо", 2005). До середины 60-х годов причастность советских спецслужб к похищению Кутепова не афишировалась и даже отрицалась. Лишь в 1965 году в газете "Красная звезда" впервые рассказали об этой операции. А подробности ее проведения были опубликованы только в 1997 г. в 3-м томе "Очерков по истории российской внешней разведки".

По завершении операции Серебрянский приступил к созданию автономной агентурной сети в различных странах для ведения разведывательной работы на случай войны. За границей лично завербовал более 200 человек. Уже к середине 30-х годов группа Серебрянского имела за рубежом 16 нелегальных резидентур (212 агентов) главным образом в нацистской Германии, Франции, США и на оккупированной японцами территории Восточного Китая. Приведем только один пример. В Сан-Франциско жил советский агент "глубокого оседания". В свое время он получил деньги от советской разведки для окончания медицинского факультета во Франции. Необходимость в нем возникла в 1942 году, когда агент как врач оказался близок к семье Оппенгеймера - "отца" американской атомной бомбы. Этого агента лично готовил и вел Серебрянский (см. М. Болтунов. Короли диверсий. М., "Вече", 2001).

В 1931 году Якова арестовали в Румынии, но вскоре освободили, и он продолжил нелегальную деятельность. В 1932 году выезжал в США, в 1934 году - в Париж. 13 июля 1934 года был утвержден руководителем спецгруппы особого назначения (СГОН) при НКВД СССР.

В 1935 году Серебрянскому было присвоено звание старшего майора госбезопасности. Его ближайшими помощниками в спецгруппе были Альберт Сыркин и Самуил Перевозников (оба тоже евреи).

В 1935-1936 годах находился в командировке в Китае и Японии.

Когда началась Гражданская война в Испании, Москва оказывала всестороннюю помощь правительству республики в борьбе с войсками генерала Франко. В частности, была организована поставка оружия Мадриду. При этом часть его нелегально закупалась в Европе. Этим занималась спецгруппа Яши. Так, в сентябре 1936 года сотрудники этой группы закупили у французской фирмы "Девуатин" 12 новых военных самолетов. Их доставили на аэродром недалеко от франко-испанской границы. Потом под видом летных испытаний их перегнали в Барселону (см. А. Колпакиди, Д. Прохоров. Внешняя разведка России. М., "Олма-Пресс", 2001).

Объектом особого внимания Лубянки, в частности "спецгруппы Яши", был сын Троцкого Лев Седов, проходивший в ОГПУ-НКВД под псевдонимом Сынок. Лев Седов по поручению отца занимался практической подготовкой первого съезда 4-го Интернационала, который должен был состояться летом 1938 года в Париже. Этот Интернационал призван был объединить сторонников Троцкого, которых было не так уж мало. В Москве решили осуществить такую же операцию, как когда-то с Кутеповым, в отношении Седова, его задумали похитить. Всерьез занялись разработкой плана этой операции. Ее проведение поручили Серебрянскому. План похищения был детально разработан. Были точно установлены все маршруты его перемещений по Парижу, на месте предполагаемого захвата несколько раз проводились репетиции похищения. Были два варианта. Один из них предполагал доставить Сынка в СССР морем. Для этого приобрели небольшое рыболовецкое судно, а вблизи порта в одном из городов на севере Франции сняли домик, в котором поселилась семейная пара агентов НКВД. По второму варианту намечалось использовать самолет, который был куплен группой Серебрянского. Был и опытный летчик, завербованный сотрудниками спецгруппы.

Похищение, к которому тщательно готовились, не понадобилось. Лев Седов в феврале 1938 года умер после операции по удалению аппендицита, которую провели в Париже в частной клинике русских врачей-эмигрантов. Есть все основания полагать, что сыну Троцкого "помогли умереть" советские спецслужбы и причиной его смерти является отравление.

Подготовка похищения Седова была не первой операцией Серебрянского, связанной с Троцким. В ноябре 1936 года сотрудники его группы с помощью агента Зборовского (Тюльпан) похитили часть архива Международного секретариата троцкистов. Несколько ящиков с документами были переданы легальному резиденту ИНО в Париже и переправлены в Москву.

Серебрянский и его группа в 1937 году направили в Центр подробнейшую информацию о Вооруженных силах гитлеровской Германии, включая дислокацию дивизий вермахта, частей ВВС и Военно-морского флота. Были добыты и также направлены в Москву сведения о новых образцах вооружений, которыми оснащается германская армия. Серебрянский прямо указывал - Германия готовится к войне с СССР - и приводил множество фактов, подтверждающих этот вывод разведчика.

Летом 1938 года Серебрянский был отозван из Франции и 10 ноября вместе с женой арестован в Москве прямо у трапа самолета. Ордер на его арест был подписан Л. Берия.

В ходе следствия, которое вел будущий министр МГБ В. Абакумов, а на более поздней стадии - С. Мильштейн и П. Гудимович, Серебрянского подвергли т. н. "интенсивным методам допроса". На первом протоколе допроса 12 ноября 1938 года есть резолюция Берия: "Тов. Абакумову! Крепко допросить". После такой резолюции на допросе 16 ноября 1938 года он был избит и вынужден дать не соответствующие действительности показания о своей якобы преступной деятельности. На допросе в 1954 году Серебрянский показал, что еще до суда, т. е. на предварительном следствии он отказался от показаний, в которых признавал себя виновным и оговаривал других. Следствие тянулось долго.

4 октября 1940 года следователь ГУГБ НКВД СССР лейтенант Перепелица составил обвинительное заключение, которое мы приведем полностью. Оно дает представление о методах работы НКВД и об обстановке того времени.

"Обвинительное заключение.

10 ноября 1938 года органами НКВД был арестован подозреваемый в шпионской деятельности Серебрянский Яков Исаакович.

Проведенным по делу следствием установлено, что Серебрянский в прошлом активный эсер, дважды арестовывался ОГПУ. И при содействии разоблаченных врагов народа проник в советскую разведку.

В 1924 году, будучи в Палестине, был завербован эмигрантом Покровским для шпионской деятельности в пользу Англии. В 1927 году Серебрянский по заданию английской разведки перебросил из Палестины в СССР группу шпионов- террористов в лице Турыжникова, Волкова, Ананьева, Захарова и Эске. Через Турыжникова Серебрянский передавал английской разведке шпионские сведения о политическом и экономическом положении Советского Союза.

В 1933 году Серебрянский был завербован разоблаченным врагом народа Ягодой в антисоветскую организацию, существующую в органах НКВД.

По заданию Ягоды Серебрянский установил шпионскую связь с французской разведкой, которую информировал о деятельности советской разведки за кордоном, добывал сильнодействующие яды для совершения террористического акта над руководителями партии и Советского правительства".

Вот такое обвинительное заключение.

Как видим, никаких фактов, только общие слова ничем не подтвержденные. С таким же успехом можно было написать, что Серебрянский был агентом вторгшихся на Землю марсиан.

Такое же обвинительное заключение было предъявлено и его жене Полине Натановне.

7 июля 1941 года Военная коллегия Верховного суда СССР приговорила Якова Серебрянского к расстрелу, а его жену Полину к 10 годам тюремного заключения за то, что не сообщила о враждебной деятельности мужа.

Были арестованы в тот же день, что и Серебрянский, Альберт Сыркин и его жена Вера. Сыркин был помощником начальника Специальной группы особого назначения - "группы Яши". Его и жену осудили к расстрелу и немедленно приговор привели в исполнение. Немного позже был арестован другой помощник Серебрянского Самуил Перевозников. И тоже осужден к расстрелу. Жена его Инна Натановна покончила жизнь самоубийством.

Однако приговор, вынесенный Якову Серебрянскому, не был приведен в исполнение. Началась Великая Отечественная война. Разведка испытывала острую нужду в квалифицированных кадрах. По ходатайству начальника 2-го отдела НКГБ СССР Судоплатова и благодаря вмешательству Берии Серебрянский решением президиума Верховного совета СССР был амнистирован, с него сняли судимость, восстановили в органах НКВД и в партии.

Вот как об этом пишет генерал Павел Судоплатов в своих мемуарах:

"В начале войны мы испытывали острую нехватку квалифицированных кадров. Я и Эйтингон предложили, чтобы из тюрем были освобождены бывшие сотрудники разведки и госбезопасности. Циничность Берии и простота в решении людских судеб ясно проявилась в его реакции на наше предложение. Берию совершенно не интересовало, виноваты или не виноваты те, кого мы рекомендовали для работы. Он задал единственный вопрос:

- Вы уверены, что они нам нужны?

- Совершенно уверен, - ответил я.

- Тогда свяжитесь с Кобуловым, пусть освободит. И немедленно их используйте.

Я получил для просмотра дела запрошенных мною людей. Из них следовало, что все они были арестованы по инициативе и прямому приказу высшего руководства - Сталина и Молотова. К несчастью, Шпигельглас, Карин, Мали и другие разведчики к этому времени были уже расстреляны" (см. Павел Судоплатов. Спецоперации. Лубянка и Кремль. 1930-1950 годы. М., "Олма-Пресс", 1999).

Так среди других на свободе оказался Яков Серебрянский. Месяц до этого он провел в камере смертников. Когда в его камере появился начальник тюрьмы, он решил, что это конец. Но когда услышал об отмене приговора, своим ушам не поверил, до того это была радостная неожиданность для человека, давно потерявшего надежду на такой исход. После освобождения из заключения жил в 1941 году в гостинице "Москва". Получил месяц отпуска. Затем приступил к работе.

В первый же день войны Судоплатову было поручено возглавить всю разведывательно-диверсионную работу в тылу германской армии по линии органов госбезопасности. Для этого в НКВД было сформировано специальное подразделение - Особая группа при наркоме внутренних дел. В состав этой группы вошел и Яков.

С 3 сентября 1941 года Серебрянский - начальник отделения во 2-м отделе НКВД, с января 1942 года - начальник 3-го отделения 4-го управления, в задачу которого входила вербовка агентуры в странах Западной Европы и США. С конца 1943 года - в Особом резерве 4-го управления НКВД-НКГБ. Серебрянский всю войну служил в 4-м управлении, лично участвовал во многих разведоперациях. В 1945 г. ему было присвоено звание полковника (см. А. Колпакиди, Д. Прохоров, "Все о внешней разведке").

После войны министром госбезопасности вместо Меркулова был назначен в 1946 г. Виктор Абакумов, тот самый который в свое время вел дело "врага народа" Серебрянского и зверски пытал арестованного, выбивая из него ложные показания. Чуть ли не в первый день своего появления на новой должности Абакумов заявил Судоплатову, что тот "вызволил своих дружков из тюрьмы в 1941 году и помог им избежать заслуженного наказания". В результате Серебрянскому и его сотрудникам, которые были арестованы в конце 30-х годов, но уцелели и опять работали в разведке, пришлось подать в отставку. 29 мая 1946 года полковник госбезопасности Серебрянский был уволен на пенсию по состоянию здоровья.

После смерти Сталина Берия стал первым заместителем председателя Совета министров и одновременно министром внутренних дел. В состав МВД вошло и бывшее министерство госбезопасности. Некоторые чекисты, работавшие под его руководством и находившиеся в отставке, были возвращены и приступили к работе в МВД.

В мае 1953 года Павел Судоплатов предложил Якову Серебрянскому вернуться на работу в МВД. Сначала он был сотрудником 9-го (разведывательно-диверсионного) отдела МВД, а с 31 июня 1953 года - Второго главного управления МВД (внешняя разведка). Однако уже 8 июля 1953 года его уволили в запас министерства обороны, а через три месяца арестовали... как участника заговора Берии. И вновь судьба была неблагосклонной к Якову. Была арестована и его жена. В 1955 году ее освободили, его продолжали держать в тюрьме, хотя он перенес два инфаркта.

Как следователи ни старались, но фактов участия Серебрянского в заговоре, ни прямых, ни косвенных, не обнаружили. Прокуратура СССР решила вернуться к приговору 1941 года. Он был признан обоснованным, и дело 1941 года было направлено в Верховный суд СССР с предложением заменить ему расстрел 25 годами тюрьмы.

Утром 30 марта 1956 года старший следователь Главной военной прокуратуры Цареградский прибыл в Бутырскую тюрьму. Он распорядился доставить к нему на допрос заключенного Серебрянского. Однако допрос пришлось прервать, едва начав. Яков почувствовал себя очень плохо, начался сердечный приступ, и он умер прямо на допросе.

Много лет жена Якова Полина Натановна добивалась реабилитации мужа. Однако он был реабилитирован только тогда, когда председатель КГБ Андропов узнал о его трагической судьбе из подготовленного по его указанию первого учебника по истории советской разведки. Приговор 1941 года по делу Серебрянского был снова отменен Верховным судом СССР по вновь открывшимся обстоятельствам и недоказанностью обвинений. Позже его посмертно восстановили в партии.

7 февраля 1972 года Полина Серебрянская получила письмо от заместителя начальника финансово-планового отдела КГБ СССР о том, что Управлению КГБ по Москве и Московской области дано указание выплатить ей единовременное пособие в связи со смертью мужа Серебрянского Якова Исааковича в сумме 333 рубля 33 коп.

К 110-летию со дня рождения Якова Серебрянского вышла книга И. Линдера, С. Чуркина "Диверсанты. Легенда Лубянки Яков Серебрянский" (М., Рипол Классик, 2011). До сих пор в его биографии много загадок, "белых пятен". В книге использованы новые документы, и хотя объем ее велик (688страниц), авторы еще много чего интересного не могли рассказать о герое своего повествования - до сих пор многие документы о Серебрянском и "группе Яши" не рассекречены и некоторые операции, в которых они участвовали, остаются тайной. Россия, как и прежде СССР, все еще живет под грифом "совершенно секретно". Правда, надо признать, что и в других странах разведки не очень спешат расстаться со своими тайнами.

Несколько лет назад вышел документальный фильм о деятельности советской разведки в 30-х - 40-х годах "Разведка, о которой знали немногие". 4-я серия полностью посвящена Якову Серебрянскому и его группе разведчиков и диверсантов.

"Засекреченная любовь. Любить Яшу" - так называется фильм Валерия Удовыченкова о Якове и Полине Серебрянских, об их любви и беспредельной преданности друг другу. Полина не только всегда сопровождала мужа в его опасных командировках, но и часто принимала участие в операциях, проводимых "группой Яши".

Серебрянский был человеком среднего роста, внешность имел обыкновенную, но обладал большим мужеством и всю жизнь любил одну женщину - свою жену Полину.

Ложно обвиненный Яков побывал и "врагом народа" и "государственным изменником" Серебрянский посвятил свою жизнь службе в разведке. Многие историки его считают создателем советской разведывательно-диверсионной службы (см. Михаил Болтунов. Короли диверсий. М., "Вече", 2001).

Мы не собираемся идеализировать героя нашей публикации. Он был сыном своего "смутного времени", находился под мощным прессом обстоятельств. Деятельность советской разведки - это переплетение трагического и жестокого, светлого и темного. Можно забыть о трагическом и воспеть только героическое, как это делала коммунистическая пропаганда. Можно выпятить только темное, чего тоже было в избытке. Однако вряд ли верно и то и другое. Но разве можно забыть о подвигах разведчиков, в частности того же Серебрянского, в борьбе с германским нацизмом. Значение их вклада в Победу трудно переоценить.

 

Иосиф ТЕЛЬМАН

Еженедельник "Секрет" http://www.jewish.ru/history/press/2011/09/news994300547.php