Телефонный счет за международные переговоры оказался не таким уж внушительным, как ожидал. Четыре раза по полторы-две тысячи секунд. Четыре раза орального единения. Устного обмена. Вокального контакта. И все. Остальное – лишь мерное клацание клавиш под заунывный рев десятков вентиляторов в глубинах офисных компьютеров. Ах да, еще были около сотни входящих сообщений за три дня. И недоумевающие взгляды окружающих в ответ на немотивированные улыбки в метро, супермаркете, на работе. Просто смс пришло…

Сегодня пообщались пару часов впервые за два дня. Мейлами поперебрасывались. Пишу, что «все прошло», но к концу разговора понимаю, что лучше бы вообще ничего не отвечал на первое письмо. Не ворошил угасший было костер. Не дул на жерди, едва сомкнувшие свой черный золистый панцирь вокруг по-прежнему пышущего жаром нутра. Не дай бог, все начнется заново. Впрочем, уже не начнется. Номер давно стерт из телефонной книжки, а старый дневник удален.

9 входящих писем за сегодня.

«Он мне понравился в самом начале, потому что во многом тебя напомнил», - всплывает перед глазами снова и снова.

«Вiдпусти, я благаю вiдпусти,
Бо не можу далi йти я.
Вiдпусти, я благаю вiдпусти,
Я не хочу бiльше йти…»