Сказ про то, как Плотя шла к Морю-Окияну.
Часть первая
Сто П(р)удово –ознакомительная.
Не на острове то было, да не на Окияне, да не на быстрой реке на Бурьяне, а в прудике провинциальном, ряской подернутым, да кувшинками приПАРАШенном. И жили в том пруду обитатели на морду разные, да на привычки все схожие. Все бы им червяков жевать (не переживать), комариков з(а)удастых похряпывать, да водицей, через спецсистему перегнанной прихлебывать. А потом и давай всем дружным прудовским хором песни орать на разные лады. Особо любимая в том пруду у всех песня ходила: «Не расстанусь к КОСОмолом, буду вечно я бухим!» Сказано? Сделано! Так и плавали бухими взад-вперед, а кто и по кругу, ввиду кружения головы-то…
Так это у кого она была(!) А то ить случалось, что и без голов обходились. Как проснуться поутру, шапку на морду напялят, или на туловище, а голову и позабудут вовсе! Голова, как водится, не обижалась на туловище, в следствие не просыхания оной от возлияния. Вообще ей обижаться то и некогда было, ей бы отоспаться родимой как следаваит. А вот мордаааааа….. морда – это да! Она не забывалась. Ну как можно без неё, без морды-то? Кто ж козьи морды друг другу строить будет? Кто морду кирпичём делать будет? А бить их друг дружке –кто? А? То-то! Вот спросонья, перво-наперво, морду на туловище и напялят. И вперед(или по кругу?) Да кто их разберет, кто какими фигурами плавает. Плавники скрипят, сжимая портфельчики с должностями. С какими должностями? Да с разнообразными! Первый из Первейших, Г(л)авнюк Г(л)авнючий, Поклон Прогибучий. Инструкциями тот портфельчик набит был до отказу: 1)Как плавать 2) В какую сторону 3)По сколько часов к ряду. По часам и корм подсыпали. А кто особо жаден до корма был, того, прикормив на червяка, подсекали.
ЧАСТЬ II
В(В)одная….
Главной героини в жисть прудовую.
Шла чередом жизнь тех обитателей. Мальки у них появлялись от радостных трудовых застолий и посиделок.
А вот выплывает на сцену наша героиня. Не так скажем и малек, но рыбка малая, пока несмышленая, в пруду зачатая, им же и вскормленная – Платвичка серебристая. Росла та рыбеха, своими родственниками оберегаемая, уж дюжа любопытной! И до всего ее носу дело было. Что ни день, нос и застрянет где-нибудь под корягой. И орет Плотя благим матом, зовет родственничков своих на помощь! Схватят они ее, как водится, за хвост и ну тащить из переделок разных. А потом спасенную обмывают с радости и песни застольные горланят на всю округу (с лягушками видать соревнуются в горлальном мастерстве).
Устали они спасать, да нос ее любопытный из под каждой коряги вытаскивать. Порешили так: Найти замену себе в виде мужа для нее: по рангу высокого, а по росту малого (это для удобства), коли бить его за дело станет, чтобы не подпрыгивала. А дел тех Крыс Внутрич делывал не мало! Т.к. имел привелиииикий вкус к жизни плотской, за что и бит был частенько и с пристрастием. Не злоблив был Внутрич, но жаден непомерно до рыбки халявной, да чешуи серебристой, карманы греючей.
Умаялась Плотя плавниками махать, Внутрича поучаючи. Да и шутка ли? Бицепсы то расти стали. Уж не на нежную рыбу она стала похожа, а все больше на Тайсона, вперемешку с училкой для умственно отсталых мальков.
Решила тогда наша рыба хрупкая положить глаз свой на новую боксерскую грушу… «Снегопад, снегопаааад, если женщина проооосит….» (нет, эта песня из другого сказа).
Так вот…. Пришелся ей по вкусу Линек – Сом Самыч – мужчина во всех отношениях приятный: пухленький, мурлыкать умел (то есть иностранным владел, видать раньше с Мур(а)ками водился). Стал он глазки Плоте «делать», а она ему в ответ. На том и порешили: быть ему новой боксерской грушей и перевоспитанником в одном флаконе. Одно плохо…. за слоем честно нажеванного сальца у Сом Самыча ниииичегошеньки, окромя скелета, не было. Целыми днями грелся Линек на солнышке, ряску пожевывал, да думу думал, про болото свое родное вспоминаючи. Не ДОБИЛАсь Плотя и до него. Махнула завитым химическим хвостиком по поверхности пруда……. и в омут. Утопиться хотела с горя сердешная, да не сумела, хорошо плавала, да и дышать под водой умела. Забыла о том горемычная!
А в омуте!!! оказалось столько живности (о чем она даже и не подозревала).
Какое же любопытство взыграло в Плотином ретивом теле! Вспомнила она о своем любопытном носе и давай его совать куда нипоподя, а уж куда поподя и подавно. УФ! Поди разберись, прямо базарный день!! «Подходи, не скупись, покупай живопись!»
Немало с тех пор времени прошло, немало чешуи полиняло. А парад женишков проходил стройными шеренгами, отдавая честь, хлопающей длинными ресницами и густо краснеющей от обилия внимания к своей персоне Плоте. Были здесь и Кваки Задаваки в жилетах парчёвых с перламутровыми пуговицами, и Караси касках с крестами размалеванными, и мачообразные Карпы в сомбреро с гитарами, и Лещи в косоворотках с самокрутками в зубах. Закопалась в «товаре» Плотя по самые жабры. «Ойй… и скушно мнееее!!» взревела рыба голосом нечеловеческим! Умаялась бедная, решила отдохнуть, да поспать малехо.
Расстелила водоросли пуховые, взбила валенок под головой и впала в забытие, т.е. забыла все, что хотела забыть. Бывало проснется, перекусит, чем Нептун послал и давай чудеса вытворять, из себя волшебную злотую рыбу «выделывая». Впала видать наша рыба в детство, за разными сумнительными занятиями ее стали замечать. То пузыри она мыльные дует на завалинке, то свистульки да куколки лепит разные. «Тронулась сердешная..» - говорили люди умные да сурьезные.
«Спала» так она долго и сладко. Во снах смотрела страны заморские дивные, пруды, озера, реки да моря - не чета своему пруду.
Часть III
Просыпальная. С конем морским, а на коне том – Амур Благородный – рыба развеселая да удалая во всех отношениях….
Спит наша Плотя и в ус себе не дует. А чего в него дуть – то? Чай не труба – транбон какой.
А тут прошел слух по всей округе, дескать «спит» рыба Плотя – вся наряженная, напомаженная, временем не тронутая (тока разумом), ждучая коня белого на прынце ( нет, наверно наоборот, прынца белого на коне).
Дошел сей слух до Амура Благородного, умом не обиженного, душою любви(м)обильного, нравом доброго, щедрого да развеселого. И решил он (в последний раз) счастья попытать, подругу всей жизни подбираючи. А надо вам сказать, что не здешних краев урожденным он был. Все по рекам и морям бурным плавал, за что бескозыркой да пудовым золотым якорем награжден был. Вот теперь и подумывал, в кого бы тот якорь бросить и не прогадать?
Сел он на конька морского – ретивого да озорного, вдарил шпорами под бокаааа…. конь летит стрелоооою (ну ладно, эту песню допоем попозже..), врубил пятую скорость и помчался во весь опор.
«Судьба придет и на печке найдет» - говорят у нас в пруду. Так и с Плотей случилось. Барахталась она, барахталась, весь хвост себе обтрепала об коряги, а так и не добилась ничего. Спать только завалилась – тут тебе и на! «Вставай, говорит Амур! Я, говорит, за тобой, краса ненаглядная прискакал, на Море – Окиян тебя с собой увезти хочу!». И чмок ее в уста сахарные. А надобно вам доложить, что дееейственное это средство супротив глубокого сна или обморока, говорят (а также супротив кариеса и шизофрении).
Потянулась заспанная Плотя, зевнула…… «Ах, говорит, какая чешуя!! А глаз Амуров как горит! А стать то какая! Плавники сильные да умелые, голову(по всему видать) не снимает на ночь, спать ложась. А конь-то, конь-то какой, весь белый, да в серебряную крошку (видать съел чего-то)».
Подхватил Амур Благородный расчувствовавшуюся Плотю плавниками своими сильными, стащил с руки ее перчатку боксерскую, а вместо той рукавицы убойно – перевоспитательной на плавник повесил камень брыльянт – красоты невиданной (аж на 27 карат!) Обняла его Плотя плавниками лебедными, запрыгнули они на коня счастливые и помчались в замок Амуров у моря синего. Стали там жить-поживать, омаров и устриц жевать, да сухим красным запивать.
Вот и сказу конец. Ай да Плотя – молодец! (нет, не Плотя , а Амур молодец, Плотя – девица).
А еще говорят, что дуракам (ну и дурам тоже) всегда везет. В том вам подтверждение от сказа сего.
28.05.2012г.
