Мои вибрисы почувствовали странное движение воздуха. И через мгновение пуля, нарушив мою целостность ушла в мягкие ткани хозяина. Ну вот, теперь во мне есть дырка, но ничего скоро она затянится. Хозяин почему-то стал передвигаться медленнее, а из отверстия, созданого пулей хлынула кровь, пачкая мой бесценный мех. Мытся, скорее мытся. Эй, хозяин меня надо помыть! Но он не слышал. Хозяин лежал не двигаясь, и из его умных глаз уходила жизнь. Что же теперь со мной буде?

   Пришли какие-то люди, связали веревкой конечности хозяина, подвесили на носилки и понесли куда-то. Потом была темная грохочущая машина. О как же меня трясло! Зато пока я ехала все эти ненавистные насекомые куда-то сбежали, ну и слава Богу. Свет, наконец-то свет. Опять пришли люди с носилками, занесли хозяина (естественно вместе со мной) в здание. Какое же неестественное сооружение, аж противно. Положили меня на холодный мраморный стол. Ой чует мое сердце, сейчас что-то будет. Пришел человек в синем халате(на врача не похож, хотя врач тоже ничего хорошего – опять меня прокалывать буду) поговорил с принесшими меня людьми, и те ушли. Потом человек стал меня измерять, сразу почувствовала себя такой красивой и нужной. Ой а зачем ему этот нехороший острый режущий предмет?

Н-е-е-е-е-е-е-е-е-т

Меня разрезали, о ужас, теперь на брюхе хозяина будет дыра.

Эй-эй-эй что вы делаете? Зачем скальпелем меня подрезать, отделяя от хозяина?

Хотя может так даже и лучше. Буду отдельно жить. А что? - хорошо не от кого не зависеть, красота.

    Пока я размышляла таким образом странный человек в халате, окуратно работая скальпелем, освободил заднюю часть туловища хозяина ОТ МЕНЯ, затем подлез к правому колену и перерезал сустав. То же он проделал с левым коленом, освободил хвост и в итоге полностью снял меня с задней части тела хозяин. Потом он стал обрабатывать переднюю часть. Перерезав локтевые суставы на левой и правой конечности, человек перешел к обработке головы. Отделяя  меня от черепа хозяина. Он сохранил мне только уши, губы и веки. В итоге я осталась полностью отделенной от уже бывшего хозяина. Как же это странно было смотреть на эту кучу костей и мяса. Никаких эмоций: ни сожеления, ни чувства утраты чего-то ценного – НИЧЕГО. Хотя нет,- пожалуй любопытство. Да, именно любопытство – что же будет дольше.

   А дальше была операция под странным названием мездрание – меня почистили и удалили остатки жира, мышц и пленки, которые оставались на внутренней стороне меня. Потом вывернув меня там где находилось то что еще осталось от ног бывшего хозяина, человек удалил мясо с голеней и передних конечностей.

   Вот теперь я почти полностью освободилась от пережитков прошлого. Я была свободна!

Но тут случилось невероятное – человек просто положил меня на стол и ушел.

Как? Куда? А как же Я? Что же будет со мной? Про меня забыли, меня бросили на произвол судьбы. Теперь я буду лежать тут пока не сгнию или пока меня не сожрут заживо ненавистные коже- и власоеды. О Боже! Бедная я, бедная…

В это время  человек в синем халате вернулся, неся с собой маникен, очертаниями напоминавший хозяина.

О как же я обрадовалась! Не забыли! Я нужна, Я полезна! Ура, ура, ура.

Потом меня одели на нового хозяина и аккуратно зашили разрез на брюхе, востановив мою целостность. Очень любопытное чувство смены хозяина – вроде бы ничего не изменилось (маникен очень четко повторял все особенности тела старого хозяина) но ощущался некий дискомфорт. Чего-то нехватало. Я поняла – нехватает теплоты, которую выделял прежний хозяин. Возможно я смогу привыкнуть, да, я даже уверена в этом. Это небольшая плата за ту заботу, которой меня окружил человек: он меня расчесал настоящей расческой, что ни в какое сравнение не идет с теми жалкими попытками почесаться о деревья; еще он опрыскал меня некими химическими веществами, которые хоть и были неприятно пахнущими, но все же их положительный эффект был несравнимо больше – они защищали меня от паразитов. Об этом я и мечтать не могла. Наконец-то меня перестанут мучить эти мерзкие беспозвоночные. Они больше не будут постепенно съедать меня, когда я изнываю от невозможности противопоставить им хоть что-нибудь, чтобы защититься. Теперь же как только эти мерзкие паразиты попробуют хотябы сесть на меня – они умрут, и я буду наслаждаться этим зрелищем. Как же хорошо, что я попала к этому замечательному человеку!

     Позже, меня перенесли в дом к другим людям, поставили на видное место, и все проходящие мимо любовались моей красотой. Но постепенно за мной перестали ухаживать: чесать меня никто больше не чесал, а вот опрыскивать – опрыскивали, но все реже и реже. И, когда через несколько лет, благодаря деятельности ненавистных власоедов, на мне стали появляться участки голой кожи, - меня попросту выбросили как какую-нибудь игрушку.

    А я лежала на помойке и вспоминала то тепло, которое мне дарил первый хозяин…