Оказать протекцию Тютчеву Амалии не составило труда.

---

Однажды, в солидном возрасте 66 лет, камергер Императорского двора Тютчев Фёдор Иванович, председатель комитета цензуры при Министерстве иностранных дел, прогуливался по набережной Карлсбада. Среди отдыхающих было много старых знакомых. После одной из встреч он написал практически без помарок:
Я встретил вас — и всё былое
В отжившем сердце ожило;
Я вспомнил время золотое —
И сердцу стало так тепло…
Как поздней осени порою
Бывают дни, бывает час,
Когда повеет вдруг весною
И что-то встрепенется в нас, —
Так, весь обвеян дуновеньем
Тех лет душевной полноты,
С давно забытым упоеньем
Смотрю на милые черты…
Как после вековой разлуки
Гляжу на вас, как бы во сне, —
И вот — слышнее стали звуки,
Не умолкавшие во мне…
Тут не одно воспоминанье,
Тут жизнь заговорила вновь, —
И то же в вас очарованье,
И та ж в душе моей любовь!..

---

До сегодняшнего дня исследователи гадают, кого же встретил Тютчев на той прогулке. У нас с вами не может быть сомнений: он встретился со своей феей. Феи любят появляться неожиданно! А нам остался поэтический шедевр…

31 марта 1873 года произошла последняя их встреча. Тютчева сразил апоплексический удар, врачи не оставили надежды на выздоровление. На следующий день Фёдор Иванович написал дрожащей рукою несколько строк дочери Дарье: