мужчины
Общался с разными людьми. Когда они были мне интересны.
Тогда же взял в привычку записывать впечатления.
Как правило героями мох мемов были мужчины. Стоит ли объяснять почему. Вот небольшая часть наблюдений.
Кое что я уже публиковал, кое что выходило в виде заметок, кое что публикуется впервые и очень много лежит в Москве в неразобранных листах исписанных моим - курицалапой - почерком.
Ваня Соколовский: (Ваня слева, в центре Леша Борисов.
группа "Ночной Проспект")
Поздняя осень.
Час или 2 ночи.
До этого были гости.
Разошлись.
Сижу один, перечитываю "Вальс на прощание" Кундеры, допиваю остатки коктебельского "Бастардо",
таскаю с тарелок что осталось - кусочки рокфора на ржаных сухариках, какое-то печенье.
Звонок в дверь.
Открываю.
На пороге стоит небольшого роста, покачиваясь, человек-колобок, в шапке съехавшей на бок,
и с большой черной расстегнутой сумкой из которой торчат какие-то провода,
шнуры - всякая музыкальная дребедень.
Улыбка - шире и добрее не бывает.
Иван!
Вошел и твердо, раздельно произнес:
- Я телом пьян, но умом трезв.
Умудрился трижды поздороваться с моим сыном, разбить что-то на кухне,
уронить шапку, погладить собаку,
и плюхнуться в мое любимое кресло в кабинете.
До утра пили вино, болтали -
а чем еще могут заниматься 2 пьяных философа ночью.
И не было душевнее на земле человека и не было прекраснее разговора.
Умер он молодым, 15 мая 2005 года... и возник в тот день вакуум в моей душе,
и не исчезает до сих пор.
Веничка Ерофеев
Свидетелем этого случая не был, но рассказывал мне его сам Веничка Ерофеев.
Поэтому не верить - не могу, оснований нет.
Со мною историю слышали еще двое - Володя Муравьев (тот самый - переводчик Толкиена) и Слава Тихонов ("певец и первенец").
Было все на какой-то даче, рассказывает Веничка - недалеко от г. Жуковский.
Все ушли, а Веничку заперли внутри, чтобы не смылся и не запил где-то на стороне.
Поздняя осень. Грачи улетели.
Дача генеральская. Двухэтажная. На втором этаже большая застекленная веранда.
Конец восьмидесятых. Перестройка.
Веничка слышит: на вверху какой-то стук - типа как в окно стучат.
Поднимается. Выходит на веранду.
Действительно.
Во дворе огромная яблоня. Ветвями прямо в окна.
На яблоне сидит мужик с огромной бородой и раскачивает древо.
Ветки бьют по стеклам рамам стенам. Шум страшный..
И картина хармсогорическая.
Венедикт Васильевич окно открыл и мужика впустил.
Оказалось - это Лев Копелев, известный русский писатель...
С. С. Аверинцев.
1991 год. Прихожу к Сергею Сергеевичу домой. Встречает:
горло перевязано шарфом, под мышкой толстая книга. Очки.
До этого встречались два раза, не часто.
Вспомнил, оживился. Напоминаю ему про рукопись:
перевод "Суммы Теологии" Фомы Аквинского - договаривались,
что Аверинцев переведет его для моего издательства на русский.
По его же заверениям дело двигалось к завершению работы.
Долго ищем сначала в отсутствии его жены вдвоем, потом вместе с супругой.
Рукописи нет.
Хотя все уверены , что еще вчера она лежала на столе...
Так вот и нет до сих пор...
******
Когда он умер 21 февраля 2004 года в Вене, вся наша страна захлебывалась
юбилеем владельца ансамбля "Машина Времени".
Говорят, только по культуре в ночном выпуске новостей, кто-то обмолвился о наступившей пустоте мира.
У жителей моей страны в том месте, где живет у нормального
человека душа, как видно, вырос и навсегда остался большой и толстый андрей макаревич.
Олег Григорьев.
Когда он пришел в русскую словесность, казалось, что в нашей поэзии все уже произошло.
И ничего нового быть не может.
Среди прочих он был дружен и с питерским художником-графиком Светиком Островым.
Олег как всегда сильно под шофе вечером поднимается в мастерскую Света.
Мастерская у него выходит углом на Невский. Там Свет до с их пор рисует и живет.
Последний этаж.
Лестничная площадка.
Перила углом.
Олега заштормило и он, покачнувшись, задевает острые концы лестничных перекладин.
Звонит в дверь.
Входит.
Говорит спотыкясь на словах:
Я ударился об угол...
Значит...мир не очень кругл.
Теперь это хрестоматия.
Все у него легко становилось поэзией и стихами.
Любая дрянь жизни. Любая неприметная гадость бытия.
Всё рассыпалось бриллиантами, все сверкало и казалось легким.
... что-то вспомнилось как однажды в Париже с Васей Шумовым (была такая группа "Центр")
ночью на набережной Сены взяли на прокат вилосипедный тандем, такой, на котором можно ездить лежа,
и по Парижу...лежа... с дымящимися папиросками...
... утро. сижу с Бароном во дворе у Комовского. Коктебель.
Барон в это время обычно трезв.
Говорит:
... и это не я такой умный - это вокруг одни невежды....
Настоящее его имя мало кто и помнит.
А зовут Барона - Николай Орестович Жемчугов.
Что самое интересное, по происхождению действительно из остзейских баронов,
с пышной родословной и замысловатой, прямо-таки павлиньей, геральдкой.
И не беден: В недешовом Коктебеле прикупил в свое время пару домов, где живут теперь все кому не лень.
Да и в Риге вернули ему 2 многоэтажных доходных дома в центре города, принадлежавших когда-то его семейству.
Мы друг другу симпатичны и Барон когда не слишком пьян или просто трезв, заглядывает ко мне попиздеть..
Так же было и в тот раз.
Утром.
Заходит.
На чай.
Присели.
Разговариваем.
- Знаете, Авель, - говорит Барон, обращаясь ко мне через стол на открытой веранде,
где впрочем, никого, кроме нас было,
- Что, Николай Орестович? отрываюсь я от чая,
- Знаете, милейший, заговрил он с мармеладовскими интонациями,
- что я никогда еще не пил никакой водки, кроме паленой..
Никогда. понимаете??... и жив.
Бердников
.у меня был знакомец, замечательный поэт и эрудит
Алексей Аркадьевич Бердников...
Сейчас ему уже за 70 и проживает со своей супругой в Канаде..
Так вот, в свое время работал он в издательстве "Советская Энциклопедия",
откуда был уволен в середине 80-х гг с такой парадоксальной формулировкой :
" ... оскорбительно эрудирован..."
Бахытка
Один мой старший товарищ когда-то попробовал написать Дамский роман -
сам он поэт.
Живет в Канаде.
Бахыт Кенжеев, может кто и слышал.
Хороший поэт.
Сидел сочинял 2 или 3 недели.
Сочинил.
Там все было: и красивая длинноногая блондинка (впоследствии девственница),
и молодой высоконравственный вмеру ебливый олигарх
и мудаки бандиты и автомобили и енд абсолютный хеппи..
Когда он читал его нам - мы плакали от смеха - прекрасно сделан был...
Так вот никто из издателей не взялся его печатать.
ни под каким соусом -
все в один голос говорили как заведеные одну и ту же фразу
- слишком хорошо написано..!!!
- Слишком хорошо...!!
- не поймут.....
....что самое интересное: я, имея за плечами
серьезный опыт издательской работы - полность с ними согласен...
Мужчины
Душный экватор.
Зима.
Борт яхты "Святая Мария".
Индийский океан.
Идем на Юг к Чагосу на всех парусах.
Впереди еще как минимум трое суток утомительного ничегонеделания.
Ночь.
Душный экавтор.
В тесных каютах нечем дышать, жарко, не уснуть.
Вся наша команда (четверо, считая меня), наверху.
Лежим на палубе под мачтами на полосатых матрасах.
Вдыхаем густой жирный черный тропический воздух.
Я по левому борту, Толян Таврический на баке,
Макс возле надстройки, головой на север, а другой Анатолий,
Иванов - известный путешественник - по правому борту - напротив меня.
Лежим на спине, смотрим как блуждают в снастях живые коричневые звезды.
Иванов тихо и мерно посапывает трубкой.
В бытность свою он состоял в звании чемпиона Москвы по трубочнуму курению.
А это дорогого стоит. Толя выкурил на соревнованиях трубку за два с половиной часа -
всех перекурил.
Так что надежное посапывание с правого борта создавало на "Святой Марии"
атмосферу уверенности в завтрашнем дне.
Я уже давно не курю; просто растянулся на спине под парусами, закинув руки за голову.
Смотрю на звезды. Вдыхаю сладкий аромат "Кэптана".
Густые южные небеса.
Мачты над головой описывают мерные, глубокие дуги.
Слежу за ними глазами.
Учу созвездия:
Канопус... Скорпион.. Южный крест... ...
... Южный Крест ... Скорпион... Канопус..
Молчим...
Так в тишине проходит может быть час, может быть больше.
Наконец трубка товарища всхлипывает последний раз и он осторожно,
бережно выколачивает пепел в океан (тук-тук-тук), глубоко вздыхает и спустя ещё минуту говорит:
" Да а а а... (пауза)
Всё зло от женщин... "
В ответ молчу.
Мачты над головой описывают мерные, глубокие дуги:
Канопус... Скорпион.. Южный крест...
... Южный Крест ... Скорпион... Канопус..
......Мужчины
Коктебель.
...Князь Ю. под шофе бредет с берега в море.
Пляжное мелководье Литфонда.
Вокруг, везде словно крабики, суетятся просто дети и дети советских писателей.
Визжат в прибое, резвятся, плещут друг на друга водой.
Иногда достается и Князю.
Князь: (Громко и доходчиво объясняет им, сопровождая свою реплику манерным,
но безрассудно красивым жестом правой руки):
Дети, суки Ёбаные, не брызгайтесь на меня водой! Она же холодная.!
Другой мой приятель - вы его не знаете - был очень правильный аудио пират, он издавал компакт диски,
на которых по кругу, где обычно гравируются юридические страшилки
и запретительные надписи типа: нельзя передавть по радио, копировать,
транслировать, видеть, гнать дышать, обидеть..и тд...
Так вот, на этом круглом месте он справедливо и остроумно писал просто и лаконично,
крупным 10 (возможно) кеглем:
All Rights Belong Tо People -
что означает:
!ВСЕ ПРАВА ПРИНАДЛЕЖАТ НАРОДУ!
Сейчас, когда пиратство сошло на нет, он работает поваром в дорогом московском ресторане.
Но убеждений своих не поменял...
Юрий Михайлович Лотман
Тарту. Летний вечер в гостях у Ю.М. Лотмана
Чай, разговоры.
В соседней комнате раздается шум, наподобие того, который издает упавшая на пол книга.
Юрий Михайлович: Это Зарочка за словом в карман полезла.
Классовая ненависть
Книжный рынок в олимпийском.
Сентябрь.
Москва.
Мой друг Володя Рынкевич (перводчик Мартина Бубера, Ницше и пр пр.)стоит у столика с научными изданиями.
Разглядывает книги.
Слышит откуда-то справа снизу женский голос спрашивает:
- А что это такое? Когнитивная психология7
Владимир оборачивается.
Видит мужчину и женщину обычного вида.
Коричневыя пальто. Вязаныя шапки. Целофановыя пакеты в левой руке.
Рост небольшой.
Он чуть наклоняется к ним и в силу неизвестных науке причин ласково и непринужденно начинает объяснять:
- когнитивная психология - это такое и такое и еще вот такое когда так.
А еще бывает когда это то тогда уже то....
Женщина с ненавистью глядя в лицо Владимира, шипя, с ненавистью, говорит сквозь зубы:
- Хорошо вам. Образованным!!!
Евгений Федорович (Женя Казанцев)
Познакомились мы у нас в студии на Студенческой улице.
Самое начало 90-х.
Смутное время распродажи. Сладкий аромат стяжательства и тотального беспредела.
«Звуки Му» к этому времени перестали существовать.
Был новый проект.
Назывался «Мамонов и Алексей».
Я спустился в подвал студии.
На ярком желтом диване сидел худой пронзительный человек с бас-гитарой и курил косяк.
Не скажу, что сразу узнал его.
Уже потом, позже вспомнил – и СВ и Воскресение и легендарный Карнавал,
в котором играли сразу три хороших музыканта Барыкин, Кузьмин и Казанцев.
К слову сказать: администратором на побегушках в "Карнавале" был некто Миша Шафутинский.
Миша время от времени просился к микрофону.
Женя ему не позволял.
Говорил как всегда резко, но только правду: «Миша. Ты ведь не умеешь петь!»
Казанцев был злобен, худощав, умен.
Болел запоями и одиночеством.
Мы общались с большими перерывами, хотя по настоящему любили друг друга.
Ему почему то нравилось петь вместе со мною, не смотря на полное,
как тогда казалось, отсутствие у меня слуха и голоса.
Пели мы обычно по дороге в деревню.
Она занимала часа 3-4.
Я вел машину. Потом Женя что-то запевал я подтягивал.
Так и ехали.
С песнями. До самого дома.
Летом я стал вывозить Женю в Крым.
У него были плохие легкие.
И ему казалось, что он умирает от туберкулеза. И еще он считал, что Крым ему полезен.
А потом он бросил пить, уверовал в Бога и почти перестал играть музыку.
Его иногда приглашали на сессии.
Но то, что штатный музыкант должен был наигрывать 2 смены, Женя делал за час.
Это не нравилось продюсерам.
Помню как кто-то из них выговаривал Валерии ( или может Анжелике Варум– я их всех путаю)
– как мы можем платить такие деньги какому-то сессионному музыканту за час работы.
Какой-то сессионный музыкант – Евгений Федорович Казанцев
– входил в это время в десятку лучших бас-гитаристов нашей страны и Европы.
Он перестал отвечать на приглашения.
Стал жить пенсией по инвалидности и подаянием.
Зимой перед Новым Годом я всегда старался подкинуть ему немного денег.
Чтобы праздник был настоящим
Весною обычно в конце апреля он обязательно приходил ко мне домой.
Сидел на диване, разглядывал иконы.
Мы разговаривали.
Пили чай.
От денег он никогда не отказывался. но брал их с большим достоинством. Равный у равного.
И именно столько сколько нужно, т.е совсем немного - ,
чтобы доехать до Крыма, и если была возможность еще чуть чуть, чтобы мог прожить там какое-то время.
Также было и в тот злополучный год.
В начале мая он уехал под Евпаторию.
В июне я уехал в Коктебель.
А конце июня Женю уже неживого привезли в Москву.
Так мы разминулись.
Незадолго до смерти он записал две пластинки странных песен
– очень похожих на те, которые мы с ним пели сидя в моей машине по дороге в деревню Ефаново.
Без музыки, без сопровождения.
Просто голос и стихи. Там было несколько совершенных и чудных мелодий.
Одна из них называлась "Ангел" на стихи Лермонтова
- Петр пытался спеть «Ангела». - Рассказывал Женя, - Не получилось.
Говорит, - сложно..
Действительно сложно.
Евгений Федорович даже не считал, что это он написал музыку.
Авель, - говорил он мне.,- когда издашь пластинку, на обложке пусть будет крест.
И пусть будет написано «НАПЕЛ И ЗАПИСАЛ ЕВГЕНИЙ КАЗАНЦЕВ»
Пластинку я так и не издал.
До сих пор.
Но записи всюду вожу с собою
Слушаю их часто и дарю всем, кто просит.
А сейчас они есть в открытом доступе в сети.
И даже возить с собой уже ничего не надо.
А на фото слева на право:
Алеша, Евгений Федорович, Петр Мамонов и Андрюша Надольский
Володя Бибихин
Помню как ко мне в издательство с рюкзачком за спиной. с лицом покрытым трехдневной щетиной
пришел Володя Бибихин и принес первые пять глав "Бытия и Времени"
Мартина нашего Хайдеггера, перевод которых только что закончил.
Положил мне на стол и сказал, косноязыча как всегда, и, глотая слова:
- Я не знаю, может возьметесь, если это кому-то интересно будет читать....
Известный ленинградский переводчик Иван Алексеевич Лихачев,
Человечище, которое знало восемнадцать языков и совершенно
симметрично просидело восемнадцать лет в тюрьме.
По году на каждый язык, считая мертвые.
Потом имел в паспорте минусы, и благодаря им работал где-то в городе Горьком дворником.
Рассказывают, что когда туда явилась французская делегация,
состоящая естественно только из французов, он походя сказал что-то великолепным литературным,
забытым даже для этих буржуа выговором,
на что сопровождающий КГБшник заметил "Смотрите, какие у нас дворники!".
Был естественно педерастом, но педерастом особенным.
Иван Алексеевич предпочитал инвалидов. Одноногих инвалидов,
которых в послевоенные годы было предостаточно.
Мой друг, Князь Ю (обращаясь к Лихачеву): - Почему вы любите только одноногих мужчин?
И.А: - Юрочка, Вы не представляете, что такое трепет культи!
Незадолго до смерти (а умер он, я хочу подчеркнуть, глубоким стариком)он так пошутил на одре:
- Юрочка, я с детства травмирован православием...
И тогда же он, вспоминая негров, (инвалидов, естественно) сказал такое.:
- Юрочка, ты знаешь , черные культяпки гораздо аппетитнее розовых ...
А ещё ему приписывают вот эту фразу: Русский никогда не скажет "в Украину"!
А вот ещё один незнакомый мне мужчина прошел мимо охранников во дворе.
Залез по стене на третий этаж.
Отдавил форточку на кухне и пролез в квартиру.
Украл бутылку водки, будильник, кухоное полотенце и секлянный стакан с толстым дном.
Опять пролез в форточку, спустился вниз по стене, что, как известно, намного сложнее,
и наконец был прият внизу местными ментами и свезен на луноходе в околоток.
Менты стакан, полотенце, будильник вернули хозяевам, водку выпили.
Жулика осудили и дали год.
А вот если бы судьей был я, то непременно выдал бы фигуранту премию сто тыщь рублей
с формулировкой "За усердие" и отпустил с миром.
Такой трудолюбивый целеустремленный мужчина большая редкость и бриллиант
среди общего количества экзистенциального говна, в котором тонет этот мир.
Ваня Соколовский: (Ваня слева, в центре Леша Борисов. 
Веничка Ерофеев
С. С. Аверинцев. 
Олег Григорьев.
Бердников 
Бахытка
......Мужчины
Юрий Михайлович Лотман
Володя Бибихин
