Дрюне выдали MasterCard и стали переводить деньги туда.
Привыкший к черному налу Дрюня, направляясь в первый раз в жизни к банкомату, волнуется и решает проконсультироваться у Санчо.
- У тебя карточка давно?
- Давно.
- Каким боком её вставлять?
- Вставляй так, чтобы ноготь большого пальца лежал на «яйцах мастеркарда».
- А он её целиком заглатывает?
- Да.
- А возвращает потом?
- Да.
- Все равно я очкую, дай твою – потренироваться.
Однажды доктор Джонс выступал в Америке с лекциями о толковании сновидений, и затронул тему эгоизма сновидений. Одна ученая дама восстала против такого ненаучного обобщения и заявила, что "...автор может судить лишь по сновидениям австрийцев и не имеет права возводить такое обвинение на сновидения американцев. Она лично может гарантировать, что ее сновидения все строго альтруистичны".
Однажды Фрейд с коллегой из Берлина прогуливался по улицам Бреславля и увидел табличку с надписью "Д-р Ирод". Фрейд заметил: "Надо надеяться, что он не педиатр".
Я когда маленький был - любил залезть на папу, сидящего на полу возле маленького ч/б «Рекорда», и всякий спорт смотреть. Без папы смотреть было непонятно и неинтересно, так как папа болел неистово и комментарии его мне очень помогали. С тех запомнились имена лишь некоторых спортсменов(сейчас я их назову и станет понятно почему запомнились). Был такой советский прыгун с трамплина Гарри Напалков (между прочим, единственный ЧМ в этом виде за всю историю СССР и России). Он еще выступал в лыжном двоеборье. Так вот, смотрим: чешет наш лыжник по трассе, а папа орет как зарезанный: «Гарри Напалков, Гарри Напалков!!!». Мне, естественно, слышится: Гарри на палках. Я, конечно, понимаю, что Гарри, вообще-то, на лыжах, а палки то у него как раз в руках, но великодушно молчу и не поправляю папу. Гарри – побеждает…
И, конечно, невозможно забыть великого советского саблиста, самого титулованного фехтовальщика ХХ века Виктора Кровопускова. Ну, оно и понятно, с такой-то фамилией… Последний раз я вспомнил всё это когда Володенька Бессчастных не забил японцам, а сейчас вот снова как Шварцнеггер вспомнил все и записал. Может, кто прочтет…
Помню, было мне лет 10-11, когда я увидел у отца туалетной полочке
одеколон «Тоска». Я тогда еще не слушал Пуччини и мне это название показалось странным…