И БЫЛО УТРО

Холл в отеле был большой но тихий. Людей было немного: ночь как-никак, при чем достаточно поздняя. Единственным, что нарушало тишину, был истошный крик:
-А ну поставь на землю! Придурок! Извращенец! Ведь все равно сейчас уронишь!
-Ты не пойдеш босиком по полу. Он гранитный.
Причина была как всегда проста и предсказуема, несомый на руках юноша совершенно самостоятельно выбрался из большого лимузина, но возле тротура влез обоими ногами в огромную лужу из разряда непросыхаемых. Легкая обувь промокла насквозь и напоминала два мини-бассейна. После поспешного снятия в них обнаружились даже маленькие головастики. Пострадавшему даже показалось, что один ехидно ему подмигнул красными глазенками. И как прямое следствие теперь Ватануки, а это был именно он, был несомым на руках на виду у всего холла. Это свело на нет смутную надежду проскользнуть в номер незамеченными. Он только обреченно закатил глаза, увидев стайку девушек, хихикавших в углу, искоса поглядывая на новоприбывшую парочку.
-Они везде водяться, эти яойщицы, или Юко – сан специально раставляет боевые посты на моем жизненном пути, пробурчал парень.
-Какая разница, - спокойно ответил ему Домеки, немного передвигая затекшие руки.
-Козел!!!! Кто позволил тебе лапать меня за... !!!! – договорить Ватануки не успел, так как его удар в живот заставил другого разнять руки и кричащий парень оказался на том самом мраморном полу с мозаикой в виде стаи бабочек. Идеальную укладку мозаики бедняга оценил собственным лбом, на котором отпечаталась одна из них.
-Вот теперь нас точно заметили,- заметил оправившись от боли Домеки. И его друг был готов поклясться, что видел на этом спокойном лице сарказм.
Не дав Ватануки сказать еще что – то, почти наверняка не совсем печатное, он снова подхватил его на руки и быстро удалился в открытые двери лифта.
-Хорошо, что хоть лифт не прозрачный, - мрачно отметил про себя Ватануки.
Коридор был освещем мягким фиолетовым светом и казался почти бесконечным. Они нашли свой номер и, отрыв двери, Ватануки удивился черной пустоте за ними. Эта пустота не была страшной, скорее приглашающей, да и Отганяющий Духов был близко (даже слишком близко).Ватануки без колебаний шагнул внутрь.
Номер сразу же осветился приглушенным коричневатым цветом, на фоне которого контрасно выделялись огромных размеров кровать с пологом и занавесками расшитыми бабочками. На столике рядом стояли знакомые предметы и такие вещи, о предназначении которых Ватануки боялся даже думать. Как например, красивая кожанная плеть и кованный ошейник, усеянный шипами. Так же в другой стороне был бар со столиком, на котором стояла ваза с деликатесами и остывающим в ведерке шанпанским. Второй кровати или хотя бы диванчика в поле зрения не наблюдалось. Все в лучших традициях дамских романов, несколько из которых читал Ватануки, в смутной надежде поразить когда-нибудь Химавари. Но жизнь рассудила иначе, или это все-таки судьба.
Нервно косясь на кровать, он прошел к бару. Випить, это как раз то что сейчас нужно, чтобы окончательно не сорваться с катушек.
-Никогда бы не подумал, - сказал удивленный голос за спиной. При ближайшем рассмотрении лицо лучника можно было назвать даже приятным.
-Чему ты так радуешся, разве ты не видел номер когда снимал?
-Это женщина сказала, что комната приобретает тот вид, какой пожелает первый, кто зашел.
-Опять Юко-сан!!Это не я!!!Я не извращенец вроде тебя!!!Тут какой-то трюк! – яросно мотая головой кричал юноша. На столе рядом лежала булочка, выпавшая у него изо рта от шока. Крайне апетитная бесхозная сладость.
Чем не преминул воспользоваться Домеки.
-Опять воруеш мою еду!!! Своей мало?
-Поделиться?, - Домеки поднес кусочек прямо ко рту друга. Тот видимо от шока принял предложение, укусив при этом за палец. Но не больно, скорее приятно, и у Домеки возникла идея:
-Еще?
-Угу.
Поводив сладостью перед самым носом парня, его друг ловко кинул ее в рот. Ватануки не долго думая ухватился за торчащий изо рта кончик, и все-таки остался буз деликатеса. Но при этом... получил намного больше, чем ожидал.
Второй поцелуй был сладким, намного более уверенным и отнють не целомудренным. В ход пошли языки, а ноги начали подгибаться. В горизонтальном положении парня держали только руки, каким – то чудом уже залезшие под верх костюма. О потребности в кислороде временно забыли, но тут Домеки вдруг остановился...Ватануки нехотя разлепил глаза (когда только он спел их закрыть) и вопросительно взглянул.
-Не бойся.Все будет как ты хочеш или никак.
Тут до Ватануки дошло в чем дело: его трясло как осиновый листок, так что зуб на зуб не попадал.
«Страх не такая уж большая плата за что-то настоящее, некоторые платят намного больше», промелькнули в уме слова хозяйки магазинчика, сказанные одному из клиентов. Все – таки, она иногда говорит разумные вещи, но только когда трезвая – быстро поправил себя парень.
Еще раз взглянув в блестящие карие глаза всего в нескольких сантиметрах от себя, Ватануки понял, что способен отдать больше чем собтвественный страх: он может отдать всего себя без остатка, и быть уверенным что его жертву оценят по достоинству.
-Хочу ..., - тихо прошептал он ловя губами сладкую крошку у самого уголка рта.
-Идиот.
Это был последнее разумное слово сказанное за ночь. Все остальное было ощущениями. В основном прикосновение и обаняние, так как глаза Ватануки поклялся не отрывать до конца. И почти сдержал свою клятву.
Были костюми, на которых слишном много застежек, прохладные простыни и блаженная темнота.
Хочу запомнить это, эту ночь и горячие пальцы на моей коже, поцелуи образуют влажную дорожку по груди, спускась ниже, все ниже и еще ниже, и еще большая красноватая луна за его плечами, когда он все-таки открыл глаза то ли от боли то ли от счастья...
Потом Ватануки был даже немного благодарен своей работодательнице, которая любит раскидывать свою яойную мангу по всему магазинчику. По крайней мере он примерно знал, чего ожидать...
Хотя реальность превысила все самые смелые мечты, даже те в которых он сам себе боялся признаться. И теперь эта реальность довольно смотрела ему в глаза, совершенно отчетливо улыбаясь и крепко обнимая за талию, заставляя положить голову на плечо, пресекая все попытки к бегству. Не такие уж активные попытки, к стати.
-Завтра....
-Спи идиот, это будет завтра.
С таким тоном не поспориш, особенно если он сопровождаеться поцелуем. Почти нежным, и сладким до боли в груди.
Утро началось с сигнальной сирены. Оказалось, что это звонит телефон. Звук правда быстро затих, но сон был безвозвратно потерян. Открыв глаза, Ватануки сразу же быстро их закрыл. Вид практически голого полусонного Домеки рядом, протягивающего ему трубку, - это черезчур для утренних нервов.
Пару раз поморгав, и даже протерев глаза для надежности, Ватануки понял, что видение никуда не денеться, и взял наконец трубку. Домеки сонно уткнулся ему в плечо, но парень быстро понял, что это наименьшая из его проблем.
В трубке до боли знакомый голос пожелал им обоим доброго утра и ненавязчиво напомнил о том, что сегодня рабочий день и никакая ночная гулянка не должна препятствовать трудовым будням. Не желая слушать никаких возражений, ему приказали явиться через 2 часа и дали отбой.
Все свое мнение по этому поводу пришлось высказывать подушке, которая пахла приятным знакомым запахом. Подожите, это же туалетная вода, которую они недавно выбирали вместе с Химавари в подарок этому придурку на день рождения.
-Эй!- казала подушка, Ватануки приподнял голову, и увидел что говорила не подушка, а умытый и немного взьерошенный Домеки.
Странно и немного приятно было видеть его таким, еще немного сонным, с непричесанными волосами, торчащими во все стороны, и полотенцем на бедрах, а чуть выше полотенца был... Небольшой, но без сомнения засос...
Ватануки застонал и бухнулся назад в постель. Он не хотел вспоминать как получился этот... засос, но память уже подсовывала ему картинки с прошедшей ночи. Одна краше другой: вот одним только пальцем проводят по ребрам, заставляя прогнуться дугой, под который быстро проскальзывает рука и приподнимает выше, вот совершенно бесстыжий язык касаеться шеи, груди, спускаеться к пупку и еще ниже... От перенасыщения емоциями Ватануки почти рыдал, даже не стараясь понять от стыда или от чего-то другого....
Череду воспоминаний прервал спокойный голос:
-Сам умоешся или тебе помочь.
В обладателя голоса полетела подушка. Как обычно цели она не достигла, а напоролась на стойку с ножами и разлетелась мелким пухом по всему полу.
Домеки тем временем уже осуществлял свою угрозу и нес парня в ванну. Не слушая никаких протестов, он усадил его на край ванны, положил одежду рядом и дипломатично закрыл двери.
Кое-как приведя себя в прийстойный вид, Ватануки отважился выйти из-под зашиты кафеля и итальянской сантехники.
Номер имел впечатляющий вид, будто по нему тайфун пронесся. Или если быть точным обильные пуховые осадки. Хорошо хоть убирать не прийдеться, - подумал Ватануки, втайне надеясь никогда не увидеть выражение лица того, кто заминаеться уборкой в таких местах.
Домеки уже во всю уничтожал остатки вчерашних сладостей, и Ватануки поспешил присоедиться отганяя все мысли о том какого рода силы они сейчас восстанавливают. Но шеки все равно покрывали предательским румянцем.
Это не могло не пройти незамеченным, но не вызвало сарказма, как того ожидал юноша. Домеки просто наклонился, смахнул крошки у него с лица и прошептал на ухо:
-Нам уже пора.
До магазинчика добирались своим ходом. Транспорт был переполненый людьми, спешашими на работу, и Ватануки благоразумно решил, что обогащать свой опыт новыми позициями он пока не согласен.
Магазинчик все еще стоял целый и невредимый, не смотря на те сотни проклятий в его адрес, которые были высказаны как мысленно так и вполне вербально.
А у его хозяйки как и ожидалось с губ не сходила самодовольная и ехидная усмешка.
-Как плату за вчерашний наряд, карету и прекрасного принца герой - любовник должен будет сегодня приготовить салат Оливье.
-Это традиционная европейская кухня, и где я вам найду в Токио варенную колбасу, да еще и майонез.
-Все уже есть, можеш приступать. А я пока внимательно послушаю твоего принца, вдруг у него есть какие – то вопросы, с которыми он стесняеться обратиться...
-Я уверен, что вы будете банально выспрашивать все грязные подробности, будто не поставили где –то в потолке скрытой камеры.
-Разумееться поставила, но личное мнение совершенно бесценно...
Видя, что разговор выходит на слишком скользкий грунт, Ватануки поспешно ретировался на кухню. Там как и было обещано, лежали все ингридиенты. Судорожно вспоминая рецепт из какой – то кулинарной программы, виденной раз у Домеки в гостях по спутниковому телевиденью, Ватануки принялся за дело. Все было бы быстрее но пришлось, то и дело вытаскать Мокону из разных кастрюль за уши и совать под струю воды для очистки.
Закончив со всем и вымыв Мокону с мылом от последнего заплыва в емкости с майонезом, Ватануки выложил все на тарелки и пошел назад.
Предчувсвие было самое нехорошее, и оно его не обмануло.
Довольная ведьма тут же принялась есть так, что аж за ушами трещало и так между делом сказала Домеки:
-Судя по тому, что ты расскал, у тебя есть единственный выход, чтобы сберечь честь моего подопечечного, это взять его замуж.
От этих у Ватануки потерял твердую землю под ногами, и грохнулся прямо на пол. Миска с салатом, описав плавный пируэт, оказалась прямо у него на голове.
Ну а Домеки, ответил как всегда рассудительно:
-Разумееться. Но сначала, познакомлю его с родителями.