она отдыхает годами
или сезонн
от слов
шагов
и плодов
на поверхность выходит песок
а может бывшая любовь
пересмотренная на сковородках халяв...
она
добрее и терпимее нас
знак елочки...
земля
через клевер инталий походов в зыбь
у тельняшки
где грелись в отчаянии
подгребая к экосистеме под названием
углеводная шизнь...
экран напртив
с хрониками акаши
для всех кому холодно....

роман опиум
из брацкого камня
вернет ворованное по ошибке
они спутали зеркальность с кошерностью
как он абстягу с искусством
как и я
как и я
звезде по барабану
и вернет
если намерений колючий бардачок
не пуст
мое халдейское рожденье
его раввинский четверик 29...
в жидовском озере лилит
а может просто круги в чернеющей воде
из новой линьки фаз
не долево а радиально
и это
не переболтать бинтами мертвых вод
ведь там где человек мадрас они живые во времени


да
перепутать
пустоту осознанного отрешения от кодлы мира
с эгоизмом
легко
мир прет быком в уходы из него

на этом и поймали пчелу
но бог не фраер
черенок лопат

я не зорву
ждать буду пустынно
как ветер песни дюн
помешивая диарамовость кафе


дрова покойников
и особенно покойниц
горят как звезды

тесла и пшено

я буду ждать...
не приходи

через очко советского капучино
смотрю
на арбалетовость
но не как ты их видел
бумага змеево стремится
в конус завернуться
плечами периметра в шаль
туда ссыпаются минуты не с кафе
не с ресторанов
а с задрипанного зала
в козлищах отоплений
баррикадами от батарей
и ки больных и топких рук

когда б не соболь той больницы
машины оставались бы собой
распять на свете
не так уж плохо....

а помнишь
каряя отрава сублимаций
в бумажном испещренном формулами
молоке
теперь
когда я долго на нее смотрю отсюда
там
море....

уйти

уйти
стать тенью праздника
не ненавидеть
не любить
течь мышью времени
в прости
и гулкое прощай
детей за стенкой
родившихся не зна
что
кто то рядом
стукачом стихов
уйти...

время
это лишь повод
для ностальгий

про пустой..камень..на...прошлом....
да
унего былзолотойпаркерот него....

и не хотелось
ни в слова
ни на колени
а просто
проглотить фонарь его
как жезл
и тихо плакать вслет
ар тек
а ветер жрал ладони...

про пустой..камень..на...прошлом....
да
унего былзолотойпаркерот него....

и не хотелось
ни в слова
ни на колени
а просто
проглотить фонарь его
как жезл
и тихо плакать вслет
ар тек
а ветер жрал ладони...

чей ме.н.талл сильнее
слабее
побеждает дерево
ложась под него к нашим последним снам
и затылкам
поднимайтесь...

слухавка
инструктаж
бинты стихов...былое

..бои с неведомым собой
внутри себя
и внешним
обход плацдарма карты бывшего
чужой шнурок
пакетик
ноги
воздух
каменной пыльцой
уродливое небо цвета синьки
/тогда еще без боли от тассаев/
просыпанной случайно на пол
и клякса мысли
мы еще не расстаёмся
как отыграть калитку
от холодного и злого снега

а вот и
я упала...

аж..
там цинк
о мо холоднй профиль
перетекает в степь бумаги
и запятые листьев еще помнят
обратную сторону стекла...
холопово
не видеть утренней звезды
из летки или у горизонта
скрести ть сны кубиков
на сахарной ладони
чемодана
пришедшего
своим же ходом
на попутке мела из металла
так снятся детям...
игрушки...

знаешь
я видела там одно живое деревооооо
не бойся нового гота...

ходка снов
пробежками металла
добавит н..
и вспомнить о лимане
и трауре
в моей истории он
белый
падает в ладони...
и все же
это негатив
когда проявится под красным фонарем
снег будет черным...