Она спит в Доме Мертвых, в глубоком, темном, далеком склепе и сознание ее - тающая и пропадающая снежинка. Но моторный цикл, который называется Временем, открывает картину прошлого, проносясь мимо, и там, в том самом зеркале, появляются битвы последних дней. Озирис и ушедший Сет. И там же зеленый смех Брамина, Брамина - сумасшедшего поэта. Вряд ли такой Лорд может подойти Ведьме Лоджии. Лучше не просыпаться. Спать целый век, а там видно будет. Здесь, среди пыльных мумий и выгоревших гобеленов, на самом дне Дома Мертвых, где никто не имеет имен, и не ищет их, и не будет искать, здесь: спать. Спать, и пусть мир продолжает заниматься своими делами, не ведая о Красной Леди, которая - Жажда, Жадность, Жестокость, Мудрость, Мать и Любовница изобретений и насильственной красоты.

   Создания Света, Создания Тьмы танцуют на ноже гильотины, и Исида боится поэта. Создания Света и Создания Тьмы раскидывают по всей вселенной людей, машины и богов, и Исида в восторге от этого танца. Создания Света и Создания Тьмы рождаются в бесчисленных количествах и умирают в одно мгновение, могут опять ожить, могут не оживать, и Исиде это нравится.

   Видя эти сны и страхи, служка прижимается к ней еще плотнее, маленький служка, который «Плачет В Ночи».
   Рев проносящегося времени становится постоянным, что тоже можно считать за форму тишины.


©Роджер Желязны.