Катерина, дочь человеческая, влюбилась аккурат на макушку лета. Влюбилась в златовласого сида, встреченного ею на одном из каменистых холмов.
Сид сидел на прогретом солнцем валуне и расковыривал разошедшийся на обуви шов.
- Блин, проходила бы ты мимо, девушка, - сказал он, даже не обернувшись на нее. – Беги от меня так быстро, чтобы сердце выпрыгивало из груди.
И Катерина побежала. Она бежала и бежала, сбивая ноги о камни. Что же касается сердца, то оно действительно выпрыгнуло. К ногам, обутым в рваные ботинки.


- Мама, на северных холмах я встретила сида и влюбилась в него.

Мать ничего не ответила, только нахмурила брови и отправилась за разлей-травой, исцеляющей мелкий домашний скот от докучливых паразитов и девиц от волшебной любви.



***

- Пришла все-таки, - тоскливо сказал сид.

- Пришла, - вздохнула Катерина.

- Ну чего стоило тебе тогда пройтись соседним холмом?.. Помахала бы мне издалека рукой, крикнула бы свое «эге-гей» и жила бы себе преспокойно, бегая по вечерам с каким-нибудь парнем по высокой траве. Нет, наткнулась, влюбилась, теперь вот будешь глазами своими меня пожирать.

- Буду, - просто сказала Катерина, пожирая глазами сида. – Я люблю тебя.

- Вот-вот, и я о том же, - невпопад ответил сид.



***

- Странный ты. Если не люба я тебе, чего ты тогда на этом холме сидишь, как привязанный. Знаешь ведь, что я все равно сюда ходить буду.

- В том-то и дело, что привязанный теперь я. Твоей любовью. Теперь либо ты меня должна разлюбить, либо я тебя полюбить.

- Полюби, сид, полюби! – радостно закричала Катерина.

- Ага, щас, - изысканно ответил сид.



***

- А ты вообще кого-нибудь или что-нибудь любишь?

- Конечно, люблю, - ответил сид. – Я вообще фонтанирую любовью ко всему сущему. Моя любовь легкая и золотистая, как лепесток этой.. как ее… купальницы. Или лютика. Вот, к примеру, когда случается ветреная погода, я раскидываю руки и смеюсь, а моя любовь поднимает меня выше всех холмов и несет вместе с ветром. Иногда версты три-четыре могу пролететь.

- А моя любовь тяжелая, - прошептала Катерина. – Она похожа на камни, по которым я ступаю, когда иду к тебе. Она похожа на землю, потому, что такая же неохватная. Моя любовь не поднимает меня над холмами, я еще крепче врастаю в них, чтобы никакая сила не сдвинула меня с пути к тебе.



***

В этот раз сид был не один. Рядом с ним на замшелой каменюге восседал какой-то незнакомец.

- Вот, мой сородич - с гордостью представил незнакомца сид. - Смотри, какой! Он у нас самый красивый, в него однажды сама Озерная леди влюбилась.

- Может,- продолжал сид, - ты тоже в него влюбишься, а? Взамен меня.

Самый Красивый Сородич, переживший любовь Озерной леди, поймал взгляд Катерины и безмятежно улыбнулся.

В одну секунду девушка поняла, почему сама Озерная леди остановила свой выбор на этом темноволосом сиде. Нет, не потому, что он Самый Красивый, а потому, что от его глаз, от его улыбки исходило настоящее летнее тепло. Катерина чувствовала, как из ног ее уходит усталость, словно она вошла в прохладную озерную воду, и как расслабляются плечи.

- Он чудесный, - прошептала Катерина. – Волшебный. А у тебя волосы лохматые и нос слегка курносый.

- Ну, тогда я пошел, - отчего-то раздраженно буркнул златовласый.

- Погоди! – встрепенулась Катерина. – Я с тобой!

Она подбежала к своему любимому и схватила его за руку, кинув последний благоговейный взгляд на того, кто улыбался как само Лето.

- Ха! – тут же заорал наш сид, победоносно глядя на сородича. – А ты что думал, улыбнешься ей разок и девка сразу растает?



***

Сид ждал уже больше часа, наблюдая за тем, как удлиняются и густеют тени. Наконец, смутное напряжение, похожее на внутренний зуд, заставило сида вскочить.

Так и есть. Разлюбила!

Легким и широким шагом абсолютно свободного существа он спустился с холма.



***

- Разлюбила, да?

С вящему ужасу сида легкий и широкий шаг завел его в человеческую деревню – к дому Катерины.

Та раскачивалась на самодельных качелях, ела яблоко и смотрела на розовеющие облака.

- Разлюбила? Нет. Как я могу разлюбить тебя? Тебя, которого я встретила на самую макушку лета. Тебя, пахнущего золотистыми яблоками и травами. Тебя, у которого лучший на свете курносый нос и светлые вихры.

- Почему же тогда ты не пришла?

- Помнишь, ты сказал, что твоя любовь воздушная, как пыльца? Я тогда ответила, что моя любовь похожа на камни, на землю. Вот это настоящая любовь, думала я. Она заставляет вставать и идти к своему любимому, пусть он даже за сотни верст. Ты спрашиваешь, почему я не пришла сегодня? Потому, что ко мне пришла любовь, легкая, как солнечный свет. С такой любовью никуда не надо идти. Любимые всегда рядом.

Катерина отбросила огрызок и непринужденно взлетела с качелей.

- Помнится, ты бахвалился, что можешь версты три-четыре пролететь. Спорим, меня хватит на добрый десяток?



(c) Buran
http://www.diary.ru/~icemint/p40754145.htm