Xupyprep обратиться по имени
Пятница, 05 Декабря 2008 г. 15:32 (ссылка)
Фиксация на оральной стадии развития
А, вот и апофиоз ВАшего прищелкиВАния. Продолжайте развиВАтся.
Закон 3. „Молитву „Кадиш“ дозволяется читать лишь там, где десять евреев находятся вместе, а это должно быть таким образом, чтобы ни одна нечистая вещь, как напр., навоз или акум, не разделяла их друг от друга“.
На самом деле, в Шулхан-Арух (Орах Хаим 55, 20), речь идет о том, может ли человек, находящийся вне синагоги и слышащий важнейшие в ритуале молитвы, кадиш и кедушу духовно приобщиться к молящимся произнесением „аминь“. Для лиц, знакомых с богословской литературой других исповеданий (а для этого не надо вовсе ходить далеко, к средневековой схоластике), ничего странного в этом отвлеченном богословском вопросе нет. Д-р Юстус подчеркивает только соединение навоза с акумом, два, будто бы, одинаково нечистых предмета, которые являются по талмудической терминологии „разделителями“ между молящимися, В пятом, пересмотренном по Эккеру издании (Judenspiegel), действительно ставится еще точка над „И“. „Christ ind Kol ist atso gleichbedeiitend“ (т. е. христианин и навоз почитаются, следовательно, за одно и то же). Если обратимся к Туру, то увидим, что там этого закона совсем нет. Он прибавлен Иосифом Каро, на основании мнений высказанных в разные времена разными учеными (в палестинском Талмуде), при чем многое о навозе, высказано было одним, а об акуме другим и по совершенно другому основанию. Сжатость Шулхан Аруха. И отсутствие мотивировок сблизили разнородные предметы, и они же дали возможность автору обобщить навоз и акум под понятием „нечистая вещь“. Если бы Эккер знал Талмуд, он бы увидел, что в таких, требованиях сжатости вызванных сочетаниях, ничего обидного не усматривается. Как один из сотни примеров, укажем на Мишну, Биккурим 2, 2, (в русском переводе Талмуда, т- I, стран. 377), где известная, одаренная святостью пища запрещена „евреям не священникам, и скоту“. По логике автора, выходит, что для Талмуда, „не священник и скот однозначущи“. Что касается применимости этого закона к современным христианам, те легко произвести такой простой опыт: придти в синагогу и стать между молящимися, отделяя собою некоторых от чтеца (кантора), и посмотреть: будут ли они произносить „аминь“ во время „кадиша“ или „кедуши“ (о времени чтения этих молитв скажет ему любой ребенок), или нет. На пришедшего, понятно, никто никакого внимания не обратит, хотя бы все знали, что это - христианин.
Закон 4—о том, что еврей во время молитвы освобождается от обязанности совершить поклон, если навстречу идет христианин с крестом,
составлен в духе Талмуда, предписывающего избегать всякого действия, которое может подать кому-либо повод заподозрить вероотступничество еврея. Едва ли можно видеть в этом законе что-либо предосудительное, как нет ничего предосудительного в „Правилах святых Апостолов“, где христианину запрещается под страхом отлучения входить в синагогу молиться (правило 65), или есть опресноки (правило 70) и т, п. Автор немного сгустил краски. В тексте (Орах Хаим 113, 8) сказано: „Если кому пойдет навстречу акум с крестом в руке, в то самое время, когда он молится и ему надо совершать поклон, то пусть поклона не совершает“. Д-р Юстус переводит: „когда попадется навстречу акум с крестом, тогда еврею строго запрещается наклонять голову, хотя бы именно в эту минуту он молился“.
Закон 6. „Еврей, сделавшийся акумом, проклят, до такой степени, что даже когда он жертвует в синагогу свечи, или нечто подобное, то принимать их, воспрещено“. (Орах Хаим 154, 11, Прим.).
На самом деле, по переводу Эккера, в тексте Шулхан Аруха значится: „если, кто-нибудь который, перешел в акумы, дарит воску или свечей для синагоги, то запрещено зажигать их“
Зачем д-ру Юстусу понадобилось вводить „проклятие“, да еще в такой форме, что человек не знающий о чем идет речь, может подумать, что непринятие свечей есть высшая степень проклятия. Зачем он вместо „воска“, ставит более широкое, „нечто подобное“. Зачем, наконец, ему надо было незажигание свечей, превратить в более грозное „неприятие“, всякому понятно. Без этого текст Шулхан Арух ничего зазорного не представляет: человек изменил вере своих отцов, и неприлично, что бы его свечи горели в синагоге во время молитвы. Можно было бы привести из законодательных книг других исповеданий более страшные предписания не только о прямых вероотступников, но и просто зашедших в синагогу, зажегших там свечу или принявших от еврея пасхальный пресный хлеб. Едва ли где в настоящее время этот закон Шулхан-Аруха исполняется. В синагогах зажигают свечи, не справляясь о том, кто их пожертвовал: еврей, или вероотступник.
Эккер по поводу этого закона пишет, что в тексте Юстуса „зажигать“, по смыслу тождественно с „принимать“. Противоположное в комментарии „Маген Авраам“, где сказано: „это следует принимать от акума“.
Выходит, что Эккер лучше понимает текст Шулхан Аруха, нежели „Маген Авраам“, Однако, если бы он заглянул в источники, откуда разбираемый закон почерпнут, он бы увидел, что речь идет именно о возжжении свечей, и притом в синагогах, во время молитвы. В пятом издании этот „закон“ выброшен.
Закон 10. „Вечером, накануне(1) шабата, каждый, увидев освещение, обязан говорить: „Слава Тебе, Господи, Создавшему свет“. Но где свет выходит из храма акумов (в подлиннике: из христианской церкви), там воспрещено благодарить Бога за пользование таким светом“. (Орах Хаим 298, б. Прим.).
1) У д-ра Юстуса: „…в субботний вечер“. Действительно (же), речь идет об обряде „гавдала“, совершаемом не накануне, а на исходе субботы.
На самом деле в указанном месте Шулхан Аруха значится; „He читают славословия над огнем. Возженным для идола“.
Закон, как и вся глава, откуда он выхвачен, говорит об обряде „гавдала“ совершаемом на исходе субботы над огнем, удовлетворяющем известным требованиям(1). Он не включен в Шулхан Арух Иосифом Каро, а взят Исерлесом, в качестве примечания из Мишны (Брахот 8, б),
1) О них см. русский перевод Талмуда. Т. 1 стр. 31
Автор заменил идола, „христианской церковью“. Поэтому, он вынужден обратить огонь (т. е, светильник), возженнный для идола, в свет, выходящий из церкви“(1) Он вынужден заявить, что молитва читается над освещением (а не над огнем, как на самом деле), вынужден совсем скрыть, что речь идет об обряде „гавдала“, совершаемом в синагоге или дома над источником света и вынужден дать совершенно произвольную мотивировку закона.
1) Еврейское слово „ор“, значит иногда и „свет“, но в применении к „гавдале“, оно означает только „огонь“ В Торе, как и в Талмуде, имеются длинные рассуждения о пригодности для гавдалы огня „ор“ язычников. (Огня в печи, огня отдыхающего в субботу, и т.д.)
Dr_Lecktor обратиться по имени
А вы батенька, забавник - комменты удаляете! Понедельник, 01 Декабря 2008 г. 17:39 (ссылка)
