Несколько секунд осталось до неба,
Я улетаю на несколько дней,
Город большой, ну а мне одиноко.
И без тебя еще больше больней.

Друзья на минуту, а может и меньше,
Быть может так надо, не я им судья.
Конечно, так правильней жить в этом мире,

Где каждый старается жить за себя!
Ах, если бы можно было вернуть,
Друзей что не увижу никогда.
Но, прошлое назад не повернуть.
У них другие судьбы, города.

Ведь горечь утраты намного сильнее,
Когда понимаешь – таких уже нет.
И сам быть стараешься – лучше, честнее,
И жалко так много потраченных лет.



Я жизнь свою наполнил злобой
Себе назло, назло другим.
И, закрываясь этой робой,
Останусь навека таким.

Ненавижу я долгие речи пустые,
Ненавижу, когда мне пытаются лгать.
Тишина лишь одна мне покой подарила,
Никого в этой жизнии не хочется знать.

Ты сам взошел на эшафот,
Ты осознал ошибку.
Готовый к смерти наперед,
Изобразил улыбку.



Как жить на этом свете мне?
Меня ж никто понять не хочет
Никто не ценит настоящую любовь,
Любовь что есть в моей душе и сердце.
Она там не живет, а выживает
Она тускнеет с каждым днем
Ее судьба все больше убивает
Все меньше сил ей оставляя для борьбы.

И вот с очередным ее ударом
Моя любовь теряет прежнюю красу
Она не будет теперь романтична
Забудет вкус тех теплых, ласковых и нежных слов
Которые я рассказать готов был каждой
Любой что мне ответила б любовью на любовь
Но не судьба, мою любовь убили
Убили раз и навсегда.



Жизнь одна, а отношения людей бесценны!
Не торопитесь говорить грубые слова.
Подумате, над смыслом жизни!
Пусть даже ты или она, не прав или не права!!!


I'm sentimental, if you know what I mean;
I love the country but I can't stand the scene.
And I'm neither left or right.
I'm just staying home tonight,
Getting lost in that hopeless little screen.
Leonard Cohen.
Я сентиментален, если вы понимаете, что я имею в виду;
Я люблю страну, но не переношу то, что в ней происходит.
И я не левый и не правый.
Просто я сижу сегодня дома,
Пропадая в этом безнадежном экранчике (англ.).
Леонард Коэн.


Нет! Я ни вижу смысла жизни и я не знаю почему...
Быть может я дремал и думал что люблю,
А может разум мой устал от силы, что любовь мою питала,
А может, просто разум мой устал.
Но воскресая в забытье, я думаю о вечности... в могиле



Коль женцина тебя не любит,
коль нет огня в её груди,
руби с плеча,
как узел рубят - будь мужественным - уходи.
Оставь старанья, хлопни дверью,
сознайся - женщина права: нельзя в песок сажать деревья и на воде писать слова

Опасайся плениться красавицей, друг!
Красота и любовь - два источника мук.
Ибо это прекрасное царство не вечно
Поражает сердца и - уходит из рук




Я подвешен верёвками к точке, прибитой на стенке.
Скоро вырвусь на волю из тесного панциря куклы.
Становлюсь безнадёжно другим и чужим постепенно.
Отряхну со спины шелуху разноцветных скорлупок...



чеpное небо, чеpные тучи
чеpное солнце, чеpные кpучи...
чеpные ангелы в чеpном аду
я откpываю двеpь и иду...

чеpной доpогой к чеpным двеpям
к чеpному злу и чеpным звеpям
чеpные мысли не буду я гнать
сегодня я буду всех убивать...

на чеpную кpовь я буду смотpеть
ее будет моpе... я буду звеpеть
и чеpной косой буду pезать я вены
себя очищая от стpашной той сквеpны...


мне так хотелось бы пpоснуться
увидеть миp цветным - не чеpным
в цветы цветные окунуться
не быть с любимым pазлученной...

но взглядом чеpным я смотpю
и убивая все живое
я в чеpном пламени гоpю
сжигая гоpе... но чужое...

мое же гоpе не гоpит
и становясь еще чеpнее
меня все больше оно злит
и становлюсь я еще злее...


Мой маленький убийца-бог,
сплетаешь струны в узелок
в прищуре глаз - приказ,
и тишина...
А мне, мне хочется кричать,
плевать что люди, дети, пешеходы,
что в рукавах крапленые колоды,
я тень, мне нечего терять,бежать
мне никуда не надо - я здесь свой
как столб, как двор, как тот городовой
что на углу стращает хулиганов
казенным бракованым тульским наганом,
как сфинксы статуй облаком прижатых
к земле, к брусчатке, к маленьким зрачкам
к весне, к печали, к черным сапогам
моих таких нелепых провожатых.
Но я молчу. И знаю что ни слова
с губ не сорвется.Флейте крысолова
как будто подчиненный я иду
по черному подтаявшему льду...


Солнце слегло. Захрапело, уснуло.
Я б, как арахис, снотворное грыз
или б холодное в рот вставил дуло,
разыграв лотерейный билет в парадиз.



По звездным дорогам копыта стучат,
Небесные кони нас быстро умчат,
Как только закат догорит до конца,
И явится дева, с косой, без лица.

Но где эта дева? Пока далеко,
И кони земные нас носят легко!
А девы земные нам дарят любовь,
И льется вино, горячее, чем кровь!

А что же есть кровь? Это только вино,
Что бродит и пенится в чашах давно,
Поднимем бокалы за пир без конца!
За теплые руки, за прелесть лица!

И пусть подбирается эта, с косой,
Ее в хоровод увлечем за собой!
И будут у нас и веселье, и лад,
И миг упоенья, и вечность услад!



Мой маленький убийца-бог,
сплетаешь струны в узелок
в прищуре глаз - приказ,
и тишина...
А мне, мне хочется кричать,
плевать что люди, дети, пешеходы,
что в рукавах крапленые колоды,
я тень, мне нечего терять,бежать
мне никуда не надо - я здесь свой
как столб, как двор, как тот городовой
что на углу стращает хулиганов
казенным бракованым тульским наганом,
как сфинксы статуй облаком прижатых
к земле, к брусчатке, к маленьким зрачкам
к весне, к печали, к черным сапогам
моих таких нелепых провожатых.
Но я молчу. И знаю что ни слова
с губ не сорвется.Флейте крысолова
как будто подчиненный я иду
по черному подтаявшему льду...



Там впереди невысокий солдат
Улыбаясь, зовет за собой.
И безгубый рот шелестит вдалеке
И идешь вперед сам не свой.
В тихих судорогах мышь под амбарным замком,
Мертвецы под крестами не спят,
Высох желтый скелет,
Он кричит и зовет -
На костях его ленточек ряд.
Там трава впереди шелестящей рекой -
Там изрытые ямы, кресты -
Там шлагбаум,
Тупик,
У тебя за спиной уж давно сожжены все мосты.
Невысокие башни и статуи там-
Они верят, что ты не дойдешь-
Ты останешься здесь, не пойдешь никуда,
Будешь слушать, как солнце встает.




Восемь цифр священных на камне надгробном,
Год рожденья и смерти, но нет точных дат,
Некролог, что начертан рукою холодной..
Твоя смерть не случайна... Кто в ней виноват?
Темной ночью в морозную зимнюю пору
Ветры снежные пели за окнами хором,
Ночью темной я сладко в снегу засыпала,
Что был теплым и нежным моим одеялом.
Я сдалась, потому что душа умерла,
Без тебя моя жизнь стала мне не мила,
Когда ты исчезал, я кричала: Постой!
Только ветер унес бесполезный крик мой,
В белоснежных объятьях холодной метели
Я заснула навек, чтоб к тебе ближе стать,
В серебристом снегу, что милее постели
Беспробудно я буду столетьями спать.



Ужели это сон? - Какой ужасный сон!
О, эти мертвецы! Несметными толпами,
С горящими огнем, недвижными очами
Из глубины могил восстал их легион,
Вращая дикими зрачками.



В цепях я видел их... И дыбом поднялись
Все волосы мои при Голосе могучем...
Его слова с небес грохочущих неслись,
Из глубины небес, где молнии вились
По содрогающимся тучам




День гнева моего - он вспыхнул наконец!
Я жажду утолю - мои оковы сняты...
Я как поток ворвусь в палаты и дворец,
Смертельный луч, огонь, веревка и свинец-
Вот все орудия расплаты!




Меж тем, забыться не давая,
Она растет всегда, везде,
Как смерть, могучая, слепая
Любовь, подобная вражде.
Когда другой сойдет в могилу,
Тогда поймет один из нас
Любви божественную силу
В тот страшный час, последний час!

О, эти вечные упреки!
О, эта хитрая вражда!
Тоскуя оба одиноки,
Враждуя близки навсегда.
С каким коварством и обманом
Всю жизнь друг с другом спор ведем,
И каждый хочет быть тираном,
Никто не хочет быть рабом.

Мы любим и любви не ценим,
И жаждем оба новизны,
Но мы друг другу не изменим.
Мгновенной прихотью полны.
Порой, стремясь к свободе прежней,
Мы думаем, что цепь порвем,
Но каждый раз все безнадежней
Мы наше рабство сознаем.
И не хотим конца предвидеть,
И не умеем вместе жить,
Ни всей душой возненавидеть,
Ни беспредельно полюбить.



Но час настал, пора, пылай, о факел мой,
Зубами скрежещи, о Ненависть и Злоба,
Возмездие! скорей свой яркий флаг раскрой,
Замолкни, крик тоски, предсмертный и глухой,
Перед отверстой дверью гроба.



Листву деревьям суждено терять
И суждено лететь за горы птицам
Но верит сад, что зацветет опять
И птица верует, что возвратиться
О будущем своем цветеньи сад
Не может не мечтать и в листопад.


Пускай они хрипят под грудами домов,
А вы, погибшие, вы, жертвы истязаний,
Вы их преследуйте проклятием грехов,
Чтоб черный мрак дрожал от зарева костров,
От ваших лютых завываний.




Жизни бурный поток,
Как пьянящий глоток,
Что порой замираю от сладости.
В жизни столько высот,
В жизни столько красот,
В жизни столько кипенья и радости!
Не ходи, словно тень,
Даже в пасмурный день -
Радость крылья расправит широкие,
И бегут поезда,
И растут города,
И зовут горизонты далекие!
И степная полынь,
И глубокая синь -
Все, что мной пережито и пройдено,
Радость солнечных дней
И улыбка друзей -
Это я, это мы, это Родина!
Светлый миг - впереди,
Унывать погоди,
Одолей все сомненья и слабости,
Не вздыхай о судьбе -
Радость только в тебе,
В неустанном движении к радости!


О, ты которая на миг мне воротила
Цветы осенние, благословенна будь.
Люблю я, лучший сон вздымает сладко грудь,
И не страшит меня холодная могила.

Вы, милые глаза, что сердцу утро дней
Вернули, - чарами объятого поныне
Забыть вы можете- вам не отнять святыни:
В могиле вечности я не разлучен с ней.



Ты не веришь в рассвет...
Я - не верю в закат...
У тебя мудрость есть...
Я ж - лечу наугад...

Черный ты - словно тьма...
Я - как выпавший снег...
Для тебя путь - судьба...
Мне камин и ночлег...

Только в снах...
Убежав ото всех...
Ты летишь наугад...
И поверишь в рассвет...

Засыпая - темнею...
Как мудрая тьма...
Я поверю в закат...
А долгий путь...
До утра...



Тьмой и страхом порожденный
Затаился дикий зверь
Средь нелепо искривленных
Неестественных ветвей

Лес в туманном одеяле
Стынет черною стеной
Лунный свет тропинку залил
Холодеющей волной

Старый филин хриплой речью
Будоражит сон ночной
Так бормочет сумасшедший
За решеткою стальной

Из оврага на охоту
Выползает хмурый еж
Там, вдали, за поворотом
Кто-то ждет и точит нож