Сказка

Четверг, 19 Февраля 2009 г. 16:36 + в цитатник

Начну с жалобы - тэги почему-то забастовали, и под кат ничего не прячется. Кто может помочь - откликнитесь.
А пока - придется читать как есть. Не наступать же на горло своей песне.
Итак, начнем, благословясь.
Часть Первая - ОН.
Это рассказ о мальчике, который любил играть в кубики. Он занимался этим с того дня, когда родители впервые подарили ему набор кубиков - пластиковых, разноцветных и легких. И он забросил всех мишек, погремушки и мячики - он складывал из кубиков ограды, башки и лабиринты.
Когда он немного вырос, кубики стали для него слишком легкими, а сооружения из них - непрочными. Он начал искать что-то более основательное. И когда он обнаружил в чулане коробку старинных деревянных кубиков, хранившихся в память о дедушке, - он испытал то же, что и юный воин, когда ему вручают фамильный меч и щит.
Вот только дедушки уже не было в живых, и некому было посвятить его в кубикостроители. Отец был летчиком, и дома бывал редко. После нескольких попыток приобщить сына к спорту он махнул рукой и оставил его в покое, пообещав себе когда-нибудь взять его с собой на парашютную вышку.
Бабушке тоже было не до кубиков. Ее царством была кухня, и ее пирожкам не было равных ниP в одном из ближних и дальних царств. Порой, глядя на склонившегося над кубиками внука, она вздыхала "Совсем исхудал!" и приносила ему огромное блюдо пирожков, которые он быстро съедал, обдумывая очередную идею лабиринта. Бабушка вздыхала, но не обижалась, - она была великодушной царицей.
С мамой было сложнее. В ее царстве хранились разноцветные ткани, пряжа и пуговицы - в ее руках все это превращалось в платья, рубашки, свитера, шапочки - они так же радовали взор, как бабушкины пирожки - вкус. И когда она видела, как ее сын ползает среди кубиков в новой шелковой рубашке, которую она сшила для него в честь ОСОБЕННОГО праздника, и ее локти уже продраны, а воротничок взлохмачен, - она чувствовала боль за своих подданных, с которыми обращаются так жестоко, - ибо она была не только мамой, но и королевой своей разноцветной страны, и ткани были для нее - как живые.
Утешением служила для нее дочь - пока еще принцесса, она уже готовилась к роли королевы танцев. Она занималась в студии и готова была танцевать днем и ночью - с тем же упоением, с каким ее брат складывал кубики. Квартира была явно тесной для нее - порой она сметала на пути и башни брата, и бабушкины подносы с пирожками, заявляя в оправдание,что от них толстеют. Лишь в мамино царство она входила тихо и трепетно - мама шила ей костюмы для танцев, и время примерки было единственнымP временем, когда она готова была стоять спокойно.
Став постарше, она решила привести цвет губ, ногтей и волос в соответствие с цветами платья. Больше всего ей шли зеленые, синие и лиловые тона - и бабушка порой нервно вздрагивала, увидев свою внучку с с зелеными губами и ногтями, , цвет которых напоминал о русалках, резвящихся в море при лунном свете. Мама была снисходительней - она знала, что переходный возраст рано или поздно кончается, а хороший вкус - дело наживное.
Можно сказать, что нашему герою повезло - не всем доводиться родиться в королевском семействе. Но он чувствовал себя не слишком счастливым - ему с его кубиками не хватало места, и порой ему казалось, что он лишний. И когда сестра опять смела новой юбкой его любовно построенную башню, он решил перебраться во двор.
Во дворе ему тоже приходилось несладко- другие дети подходили к нему и просили: "Дай поиграть!" - и он чувствовал себя как Артур, у которого кто-то просил Эскалибур, чтобыP разделать им оленью тушу. Вскоре все поняли, что он - жадина и задавака и теперь обращали а него внимание только чтобы подразниться. Но двор был большой, и укромных закоулков там хватало.
И вот как-то раз, когда он, спрятавшись между сараем и зарослями кустов, складывал особенно хитроумную башню, - он почувствовал, что на него кто-то смотрит.
"Почему меня не оставят в покое?" - подумал он. И, словно в ответ на свю мысль, услышал: "Лучше положить этот кубик правее".
"Какой кубик?"- машинально просил он, и девочка, ничуть не похожая на его сестру- на ней были джинсы, футболка и спортивные тапочки - опустилась рядом с ним в траву и показала: "Вот этот. А вон тот - сверху".
Что почувствовал Робинзон, когда встретил Пятницу? Кто знает - тот поймет, кто не знает - тому не объяснить.
Она поняла его замысел. Сразу.
PНа следующий день она снова пришла, и наблюдала за его работой, иногда высказывая свои соображения - к некоторым он прислушивался, от некоторых отмахивался. Так продолжалось много дней подряд, и он привык, что рядом с ним есть ТА, КТО ПОНИМАЕТ. Иногда она пыталась сама передвинуть кубик, но быстро почувствовала, что ему это не нравится, и стала обходиться словами. И это ему понравилось еще больше.
Вскоре она стала для него чем-то вроде еще одного кубика - но только говорящего. И когда она однажды пришла позже, чем обычно, он слегка раздражено заметил, что ждет ее уже два часа. Она ничего не ответила. В этот день она почти не смотрела на кубики и думала о чем-то своем.
На следующий день она не пришла, и еще один день, и еще. Лишь на четвертый день она появилась. И сказала, что пришла попрощаться - они переезжают на другой конец города, у нее очень мало времени, машина вот-вот придет. Нет, искать ее не надо и приходить в гости тоже - она больше не хочет сидеть и наблюдать, как он играет в кубики. Она вообще больше не может их видеть - они все одинаковые, холодные, бесцветные и неживые. "И колючие" - добавила она и быстро отвернулась, а затем, по-прежнему отвернувшись, добавила ненатурально спокойным голосом:"Ну, я пошла. Пока".
Когда она ушла - быстро-быстро, не оборачиваясь - он понял, что в ней было не так: вместо джинсов, футболки и спортивных тапочек на ней было платье и и туфли на высоких каблучках. Наверное, она все-таки была похожа на его сестру - только платье на ней было ярко-красным, и это напоминало не о русалках, а о саламандрах. Так бы сказала мама - когда они с сестрой были маленькими, мама читала им сказки о троллях, гномах и прочих сказочных существах. Он слушал невнимательно - ему это было неинтересно и отнимало время. Но сейчас он почему-то вспомнил про Саламандру, которую можно увидеть в огне, если смотреть туда долго-долго.
Похоже, она была не только саламандрой, но и ведьмой - потому что внезапно кубики стали колючими. Или они всегда немножко кололись, а он этого не замечал? Играть больше не хотелось - наверное, потому, что начал накрапывать дождик. Он собрал кубики в коробку - тщательнее, чем обычно - и пошел домой, твердо решив выбросить из головы и вредную девчонку, и ее дурацкое огненное платье.
Но на следующий день пошел дождь, и никак не мог остановиться. Видимо, слишком много воды накопилось в небесах после долгой засухи. И к своему ужасу, он понял, что его это даже радует - не нужно никуда идти, не нужно строить башен, зная, что никто не скажет: "Поставь этот кубик правее"."Одинаковые, - медленно повторял он. - Неживые". И внезапно он представил себе, как он бросает их в огонь. Дедушка вышел из чулана и одобрительно кивнул: "Хорошее дерево, сухое!" - шагнул в огонь и поманил его: "Иди сюда!" Он сделал шаг - и саламандра протянула к нему ногти цвета платья - они были колючими и пахли чем-то незнакомым и дурманящим. Он услышал издали слово "мандрагора" - прежде, чем его охватило пламя.
.......................................................................................................................................................................................................................................................
Когда огонь потух, он открыл глаза, чувствуя озноб и слабость. Он не знал, сколько времени он провел с мертвецами и саламандрами - в их мире время текло иначе. Но, взглянув в окно,он увидел, что не черных ветках деревьев лежат первые, робкие пушинки белого снега.
Ему захотелось горячего чаю, и, медленно встав с потели, он отправился на кухню. Бабушки не было - наверное, она ушла в магазин. Никого не было, в квартире было странно и непривычно пусто и тихо. Можно было сколько угодно складывать кубики, но он не мг их найти - наверное, их все-таки спрятали в чулан. Впрочем, он не очень-то искал. Сейчас ему больше всего хотелось согреться.
Сидя на кухне и чувствуя, как с каждым глотком в него проникает тепло - не тот алый огненный жар,а темно-золотистое тепло воды - он заметил кастрюлю с тестом - бабушка приготовилась печь пирожки, а пока оставила тесто всходить. Он смотрел на то, чему вскоре предстояло стать пирожками, и ни с того ни с сего подумал: "А если бы кубики были разными и живыми?"
Откуда взялась эта бредовая мысль? Может быть, тесто показалось ем живым - оно росло и казалось, что он дышит. Мысленно назвав себя полным идиотом, он подошел к кастрюле, взял кусочек теста и попытался вылепить из него кубик. Ничего не получалось - кубик расползался и терял форму. И тогда он скатал шарик. "Не колючий" -сказал он вслух. Но пока еще бесцветный.
пробравшись в комнату сестры, он взял у нее несколько бутылочек лака - розовых, зеленых, голубых. Красного он брать не стал.
Нарисовав шарику лицо, он пошел в мамину комнату, взял несколько клубочков шерсти и сделал шарику шевелюру, а заодно и колпак.
С этого момента его заинтересовала лепка. Будучи юношей основательным, он изучил всеP свойства соленого теста, глины, пластики и даже искусственного фарфора. Он научился лепить фигурки и даже шить для них одежду. Они были гладкими, округлыми и разнообразными - но пока еще не были живыми.
Тем временем пришла весна. И когда сестра влетела в ег комнату и решительно сказала, что родной брат просто обязан пойти с ней на гала-представление в парке и посмотреть, как она будет танцевать что-то совсем особенное - он согласился. Может быть, он надеялся встретить ЕЕ?
Когда они пришли на концерт, он почувствовал: ЕЕ здесь нет. "Все правильно - сказал он вслух. - Они еще пока не живые". Сестра унеслась танцевать свой особенный танец, а он услышал звуки фламенко - они доносились не со сцены, а звучали совсем рядом. Обернувшись, он увидел человека в разноцветной одежде, с седыми волосами и веселыми озорными глазами. Человек одной рукой держал флейту, а другой - маленького гитариста в огромном сомбреро. От его головы, рук и ног тянулись веревочки, и кукловод перебирал их так же изящно и стремительно, как его подопечный - струны своей гитары.
К лету наш герой все знал о марионетках - о пальчиковых, веревочных, наручных, тряпичных, фарфоровых и деревянных. Особенно заинтересовал его театр теней - тени бумажных фигурок ничуть не отличались от теней людей и животных. Он вырезал из бумаги свой профиль, и долго наблюдал в зеркале, как их тени смотрят друг на друга.
Вот теперь пришла пора найти ЕЕ - просто чтобы сказать ей, что она ничего не поняла ни в нем, ни в кубиках. Но где ее искать - он не знал. Только чувствовал, что в этом городе ее уже нет.
И когда отец вернулся домой из рейса, он попросил поднять его в небо, чтобы посмотреть на мир сверху и увидеть ТО САМОЕ МЕСТО.
Отец к этому времени уже не водил авиалайнеры - он стал летчиком у своего друга, который занимался нефтью, или цветными металлами или фондовым рынком, а когда у него выдавался свободный день, летал на сафари или на фьорды, или на коралловые рифы. Банки лихорадило - надвигался кризис, а слишком долго сидеть на земле летчику не следует - и вскоре отец с сыном уже были в воздухе. Мальчик внимательно смотрел вниз на проплывающие города,и ничто не откликалось в нем. И вдруг он увидел башенку - ее форма что-то напоминала ему. И он вспомнил, что именно такую башенку он строил в тот день, когда услышал голос: "Подвинь этот кубик вправо".
И когда он вернулся на землю, он собрал своих марионеток и отправился в город с башенкой. Там он сел на площади, достал своих актеров и начал представление. Люди собирались вокруг и глядели на него - совсем как во дворе,когда он в первый раз вынес туда кубики. И снова они смеялись. Но теперь он смеялся вместе с ними.

LiveInternetLiveInternet

-Подписка по e-mail

-Поиск по дневнику

-Постоянные читатели

-Статистика

Перейти к полной формеБыстрая запись