«МЫ»

Когда – то стояли прекрасные Храмы, царски возвышающиеся золотыми куполами над безвкусно вылепленными серыми зданиями.
И что же нужно было людям? Просто проснуться и увидеть Золото на Голубом.
Небо всегда было голубое, когда стояли Купола.
И были золотистые рассветы, которые ныне заменились кровавыми.
А закаты когда – то переливались всеми цветами радуги; солнце не имело привычки падать с неба, укутанного серым непробиваемым туманом, не оставляя после себя закатные лучики, которые возвещали бы о приходе вечера. Но это солнце можно понять.
Сейчас небо похоже на купол.
Причём, если раньше оно походило на бескрайние просторы, то теперь каждый видит на нём решётку. Чудеса; неужто звезды выстраиваются в ряды, натыкаясь друг на друга, высекая в небе огненную сеть?...делая ее вечной, неразрывной.
Звезды ткут над людьми траурные ленты, укутавшие Золотые Купола и обесцветившие закат. А люди, по-прежнему, надеются только на лучшее, ожидая для себя кусок счастья.
По городам разгуливает скорпион, разбрасывая повсюду жесткую львиную шерсть, поедая детей, смакуя косточки стариков.
Он вползает в окна наших домов, разбивая и выдирая их из рам, и беззащитно валятся на пол. Затем встаёт, величественно возвышаясь над испуганными домочадцами, безоговорочно навязывая свою волю. И уже никогда «не выходит» из такого дома.
Скорпион раздает всем по маленькому кулону со своим изображением и диктует приказания: что необходимо делать, какие слова говорить, по какой схеме мыслить, чтобы ему – скорпиону – хорошо жилось.
Но не всем людям достаются идолы скорпиона. На подобие такого, как этот скорпион, ещё водятся миллионы других разнопородных существ с иными правилами угнетения.
Вот, к примеру, Змеекрыс.
Весьма своеобразный зверь.
Он тоже умеет и любит заползать в окно. А звук, сопровождающий его осторожное перемещение, вызывает у людей нелепый столбняк. Как только услышат скрежет стальной чешуйчатой кожи и шкрябанье по подоконнику, сразу глаза распахивают, мысли все пропадают, страх гложет до последней клеточки тела, и они застывают надолго.
У всех подобных существ есть своё непобедимое оружие – свирепые огненные глаза, которые олицетворяют в них всю свою силу, и силу своего повелителя.
Несчитанные орды различных созданий держит в своих пепельных владениях чёрный повелитель. Нет в его огненных подвалах твари, которая повторялась бы в лице другой твари.
Такая вот большая, недружная, враждующая со всем, что попадётся на пути, семейка, вылепленная из Ничего и имеющая только одну цель своего существования – губить в Людях, в нас, наипрекрасное и навязывать низменное, червяное… им такое родное. Есть среди них и слабые, и сильные. Те, которые ничего не значат по одиночке – и такие объединяются в группы, обретая силу.
А сильные…
Сильные пользуются своей властью и могуществом в полной мере, главенствуя над слабыми, сокрушая и Людей в грязь. Такие имеют свои необъятных просторов берлоги, куда любят затаскивать Людей.
Эти дома – не четыре стены. Это бесконечные просторы, на которых будет располагаться именно то, что захочет сам сильнейший. Он придумывает интерьер для своих гостей, от которого у последних появляются жестокие раны, боль, не проходящие слёзы; торчащие осколки костей выпирают из их измученных интерьером тел, когда те возвращаются в свои дома. Растерзанные гости медленно вползают в окна своих домов, раздавленные, изувеченные, обожженные, расчлененные, залечивая свои раны до следующего, совсем не романтичного, путешествия.
И снова вскоре приползают скорпионы, змеекрысы, чревогрызлы, ногодавы и просят принять их в наши дома.
И ты снова выгнал их?
И ты снова посмел сопротивляться?
Ну тогда снова отправляешься погостить сегодня к зверечервю, завтра к волкодёру, а через несколько лет тебе будет плевать на всё, потому что ты сойдёшь с ума… и кто знает, у кого ты будешь гостем проживать последние безумные годы.
Так вот эти твари, какие бы разные не были, всё же таки имеют общую черту.
Глаза.
И кто посмеет описать их глаза?
Это не молоток, который может размозжить вам тело вдребезги, но остро наточенная пила, зубцы которой впиваются прямиком в вашу затоптанную душу болью тысячи раненных солдат.
Это не меч, отсекающий вашу голову, но невыносимый визг младенцев, в мгновение распятых на крестах, насквозь пробитых ржавыми ломаными гвоздями и раскалёнными мечущимися лезвиями.
Твари пробивают глазами вашу душу, твари хотят уничтожить вас вашей же болью. Им больше ничего не нужно, только одно – чтобы вы сдались, покорились, и впустили к себе в дом.

Только и всего? – спрашиваешь ты.
Ну и хорошо, ну и не велика цена за покой – обрадуетесь вы.
Мы согласны – улыбнетесь вы.
Мы согласны носить идол скорпиона в сердце, согласны пить вместо чая яд из его огненного острого хвоста; мы будем жевать не картошку, а его жесткую, раздирающую язык шерсть; мы привыкнем к правилам и командам, и мы научимся мыслить его желаниями, поступать по его законам.
Мы! Мы! Мы!

Мне жаль вас…
…и для этого существую я.
Жалеть и помогать вам.
Непосильная задача? Так я же не одна! Нас много и мы поможем.
Только мы имеем право гордо называться «МЫ», потому что ваше «мы» - это чёрная грязная туча, в которой каждый из вас залеплен глиной сильнее остальных. Вы прячете за спины друг друга свою стыдливую грязь.
Для чего нам нужно разогнать вашу тучу?
Потому что есть Добро…