Обычно, когда мы так говорим, то подразумеваем катастрофу. Трещину в жизни мы прежде всего сравниваем с раной - труднозаживающей, болезненной, сочащейся кровавыми слезами по утерянному, непонятному, безвозвратно ушедшему. Чтобы хоть как-то облегчить свои страдания, мы поворачиваемся к условной трещине спиной, боимся последствий и того, что, возможно, увидим, если заглянем в нее. Стараемся забыть о ней, не замечать. Пребываем в тоскливой уверенности, что с той, обратной, пугающей стороны из трещины в наши последующие будни вползет депрессия, просочится растерянность, просквозит безнадега. И очень немногие находят в себе мужество заглянуть в свою личную жизненную трещину трезвым, не замутненным паникой взглядом, взвесить все "за" и "против" и обернуть ситуацию в свою пользу...

Ему только 25. У него диплом и гостеприимно открытая вакансия в приличной компании. А еще - масса знакомых и обширный выбор личиков, согласных провести с ним романтический вечер. Но пару дней назад к вышеперечисленному имуществу добавилось хмурое утро в заброшенной лечебнице, где всю ночь накануне он с приятелями отмечал свой "четвертак" и "блестящие перспективы на будущее". Он не знал, почему покинул огромный пустой зал бывшей библиотеки, где ополоумевшая от градусов компания корчилась под звуки магнитолы. Помнил только, как осторожно переступал через многочисленные трупики бабочек на пыльном, местами вздыбленном паркете. ("Они летели сюда зимовать? Или умирать?") Потом он вышел, с трудом закрыл за собой отсыревшие застекленные двери и, кажется, сделал пару шагов к широкой парадной лестнице, когда услышал за спиной всхлип раненого стекла. Он вздрогнул, но поворачиваться не спешил. Хотел оттянуть зрелище ослепленной, покалеченной человеческим вандализмом двери, но внутреннее упрямство и какая-то обреченная злость на людскую тупость победили. Он повернулся, крадучись, подошел к все еще звенящему от инертной дрожи стеклу и заглянул в его сквозную трещину. Там, внутри, все ему привычно и знакомо. Это там ему 25, диплом, завидная должность и списки знакомых в телефонном справочнике. А здесь - гулкая пустота. Издевательский внутренний голос: " а та ли специальность указана у тебя в дипломе?", "это ли рабочее место видел ты, когда считал на небе звезды?", "а знаешь ли ты людей, которые называют себя твоими друьями?"

Итак, ему уже 25, и он - счастливчик. Потому что знает, как головокружительно может измениться неожиданно треснувшая жизнь, если найти в себе силы не испугаться, мудрости, чтобы разобраться в хитросплетениях трещин и силу воли, чтобы оставить треснутое в прошлом...