Самое сложное, если речь идёт об искусстве прошедших эпох, — понять непохожее, или, как писала ушедшая недавно Харпер Ли, «влезть в шкуру другого и походить в ней». И тогда вместо «странные они были тогда» открывается масса нюансов. И люди становятся понятнее. В Третьяковской галерее проходит выставка художника, из разных музеев собраны 40 полотен.

XVII век: как это началось в России

XVIII век принёс в Россию жанр парадного портрета. В Европе они появились много раньше, у нас — впервые возникли в XVII столетии как парсуны. Россияне спешно осваивали искусство парадного изображения, прикладывая к нему те образцы, которыми владели.

В XVII веке на парсуны попадали чаще всего первые лица государства — царь и патриарх, разнообразие в этот перечень внёс лишь династический кризис начала века, благодаря которому у нас осталась также парсуна князя Скопина-Шуйского, вероятного претендента на престол.

Благодаря частным заказам на парсунах оказывались также наиболее «европейски-продвинутые» бояре, чаще всего — сотрудники Посольского Приказа. Пожалуй, их изображения можно назвать первыми полупарадными портретами в России.

Вот боярин Репнин на портрете почти хулиганит: он по-русски с бородой и в длинном, в пол, одеянии. Однако кафтан без рукавов на поверку оказывается почти плащом, а из-под него виден другой кафтан — по-европейски короткий. В середине XVII века такая одежда ещё считалась неприличной, к концу столетия — привыкли.

Парсуна князя Ивана Борисовича Репнина

Часто на картинах этого времени очень хорошо видны границы работы приглашённого за немалые деньги иностранного мастера и его русских подмастерьев. Бывает так: лицо и руки написаны объёмно, а остальное — плоское, да и ноги не очень аккуратно вписываются в композицию. Оттого, что под них подставили символический в этом жанре престол (обозначает власть), кажется, что они коротковаты. Да и с остальными изображениями неладно, как в коллаже.