Нынешний Зоил российской словесности Кузьменков поставил автору книги в вину то, что он всего лишь идёт по стопам Андрея Константинова, автора многосерийного эпоса про бандитский Петербург.
Новый роман Иванова и впрямь открывается спланированным ограблением микроавтобуса, перевозящего большую сумму денег, потому, каюсь, у меня тоже возникло такое чувство, причем совершенно независимо от "филиппик и анафем" Кузьменкова.
Однако только поначалу.
На самом деле "Ненастье" никакое не эпигонство, а книга именно в ключе и стиле Иванова. На этот раз - очень серьёзный разговор о недавнем прошлом страны. Начав с технологии крупного ограбления инкассаторской машины (а ведь подобные преступления в последние годы перестали быть "экзотикой" в России), Иванов постепенно переходит к предыстории случившегося.
Главный герой бывший "афганец" Герман Неволин, к началу повествования (а это ноябрь 2008-го года) всего лишь водитель - лучший водитель - некой коммерческой структуры, которая в начале 90-х сформировалась как объединение военнослужащих, прошедших Афганистан. Люди, которым он себя противопоставил, кстати, тоже "афганцы", все - члены того изначального союза, так называемого "Коминтерна" ("Комитет интернационалистов"). Особо хочется отметить имена. Как всегда у Иванова, имена нестёртые, врезающиеся в память (достаточно вспомнить Служкина в "Географе", Моржова в "Блуде"). Причем не только у главного героя.
Но имена это только поверхностный слой повествования, если можно так сказать. Не следуя строго хронологии событий, автор воссоздает впечатляющую картину того, как создавался союз, основанный на "афганской идее", как вообще эта идея возникла, как объединение "афганцев" постепенно трансформировалось и перерождалось.
Да, перед нами вновь предстают картины бандитских разборок 90-х, но - как бы под другим, непривычным углом и в ином свете. Но и эпизоды войны в Афганистане предстают неожиданно ярко, зримо, по-ивановски. Хотя сам автор и не был "интернационалистом", кажется, вообще не служил в армии. Возможно, что-то переврано, возможно, сгущено. Но я заметил некие мотивы общие и для других книг Иванова - "Сердца Пармы", "Золота бунта". Война у Иванова не просто война. Это опять прежде всего - отношение героев к другим людям, к самим себе. На войне мы соперничаем со своими сослуживцами, - так утверждает прапорщик Лихолетов, который по возвращении в Союз создаст "Коминтерн", объединяющий "афганцев".
И уже в 2008 году, когда от былого братства солдат, прошедших войну, останутся лишь воспоминания, один из участников этого союза назовёт Лихолета героем - из тех, кто прокладывают новые пути, а само это объединение, "Коминтерн", воплощением желания жить по справедливости...
Но, увы, справедливости трудно достичь... "Ненастье" - книга по-ивановски жёсткая. И в изображении людей, персонажей; и в отсутствии утешительности для читателей.
Про имена я уже сказал. Но также многомерна и психология героев. А ещё хотелось бы похвалить и сюжет. Он совершенно лишён какого-либо неправдоподобия, в нём нет и никакой мистики (кроме разве ощущения того, что мир, хотя и огромен, однако неожиданно тесен, и годы спустя сводит людей, расставшихся, потерявших друг друга, казалось бы, навсегда). Но при этом повествование обладает напряжённостью полноценного триллера, и кинематографической зримостью тоже.
В общем, вот так... Увы, несколько сумбурно, не очень стройно...
Но его линейных рисунков по-прежнему нет ни в одном музее мира! Зато есть, например, у Шарля Азнавура и одного африканского короля, владельца итальянской строительной компании и нефтяных магнатов из Хьюстона и Далласа, предпринимателя из Канзас-Сити и профессора каллиграфии Сеульского Национального Университета, японского фармацевта и учёного из Балтимора". -achartic.com
