Уже которую неделю Воробьёв жил под фамилией Гоголь. Новое положение его смущало, но, к своему удивлению, он обнаружил, что легко справляется с возложенными на него редакторскими обязанностями. Даёт темы сотрудникам для написания статей, точно расставляет запятые и даже, чего, говорят, давно уже не было, существенно правит тексты. Да так правит, что даже самое бестолковое играет новыми гранями. Бездарные сотрудники только чмокали от удовольствия, когда Николай Васильевич проходился по их писанине оригинальной мыслью, обсуждая в курилке, что редактор вновь набирает форму, надеялись, что скоро и сам возьмётся за перо.

И Воробьёву, он же Гоголь, нравилось занятие редактора. Он справлялся с ним легко, даже играючи, всё больше входя во вкус. Вот только весь день не давала покоя, а всё больше по ночам мучила мысль, что там, за дверью его прежней квартиры, где на письменном столе лежит не дописанным им роман? И что делает с этим романом человек, который занял его место? Ведь он догадывался, что место возле его рукописи, его романа занял настоящий Николай Васильевич Гоголь, человек, судя по описаниям, напоминавшим мифы, крупного творческого дарования. Получив его роман в руки, он ведь может с ним такое сотворить, - эта мысль обрывалась всегда на полпути недосказанности, но при этом радовала и одновременно пугала Воробьёва-Гоголя.

повесть "лЖИЗНЬ" можно прочитать здесь