Их точное число не знает никто. Даже они сами. О том, что они все-таки существуют, официально не подтвердят ни в Украине, ни в России. Очередной этап переговоров в Минске в середине мая никак не прояснил их дальнейшее положение и правовой статус.

Сегодня на Украине в местах лишения свободы находятся порядка тысячи военнопленных с Донбасса. Среди них как граждане ДНР и ЛНР, так и россияне — добровольцы, поехавшие когда-то защищать Русский мир и надолго застрявшие на чужой войне.

Этим людям удалось связаться с «МК» — они хотят заявить о себе и начать отстаивать свои права. Другого выхода у них просто нет. Больше они никому не нужны.


«Все военнопленные находятся в разных тюрьмах и СИЗО Украины, но они смогли объединиться даже на расстоянии, чтобы бороться за свою свободу. Терять им все равно нечего — некоторые уже получили реальные большие сроки, — говорит Андрей Седлов (движение «Новороссия»). — Самое главное — то, что их не хотят признавать военнопленными, в отношении этих людей полностью игнорируется Женевская конвенция, ее второй дополнительный протокол, так как Украина отрицала и по-прежнему отрицает, что на ее территории ведется гражданская война… Поэтому с ними могут поступать как угодно, не церемониться, международные правозащитные организации доступа к ним не имеют».

Распечатанный на принтере белый листок бумаги. Привет «оттуда». Ряд фамилий, часть из которых — русские, часть — украинские; только фамилии, без имен, званий, наспех: Гармаш, Бабич, Губик, Слитенко, Евтухов, Близниченко, Резников… Далее по списку.

«Обращение Союза военнопленных и политзаключенных Донбасса.

Мы, представители Союза военнопленных и политзаключенных Донбасса, хотим официально обратиться к гуманитарной группе по вопросам обмена военнопленных и поиска пропавших без вести в рамках Минских соглашений со следующими предложениями для организации поэтапного обмена «всех на всех». От своего имени настоятельно просим внести в списки первоочередного обмена следующие категории лиц: военнопленных, состояние здоровья которых критическое и существует угроза их жизни, пожилых людей старше 60 лет, тех заключенных, кто был захвачен в бой свыше двух лет назад и прошел через жестокие пытки…»

ЧИТАТЬ ВСЁ