Регулярно из какого-то непонятного мне союза писателей получаю спам с разными предложениями.Всякая писательская чушь, не имеющая ко мне никакого отношения. На этот раз Союз неизвестных писателей превзошел сам себя в своей творческой инициативе:


Поделитесь своим творчеством с руководством страны в честь Дня России!

Накануне празднования 12 июня Союз независимых авторов и издателей готовит серию поздравительных открыток руководству страны, а также членам правительства Москвы, Санкт-Петербурга и Тверской области.
Творческие произведения принимаются для участия в поздравительных открытках, приуроченных ко Дню России, на конкурсной основе. Принять участие в конкурсной акции могут писатели любых литературных организаций и объединений.

Основные требования: текст должен быть на русском языке на патриотическую или гражданскую тематики объемом до 300 поэтических строк (в поэзии) или до 10 000 знаков с пробелами (в прозе).



Внимание! Отбор произведений для поздравительных открыток от лица СНАИ ведет лично руководитель проекта, литературный критик, главный редактор радио-альманаха «Бумажный ранет» и его аудио-приложения «Соучастник» на волнах «Московской правды» – Никита С. Митрохин.

Подробнее о конкурсе

Открытки «С Днем России!»
Принимая участие в подготовке открыток «С Днем России!», авторы могут написать письмо-поздравление объемом до 10 000 знаков или до 300 поэтических строк, которое будет вложено в общую бандероль, которую Союз писателей отправит руководству страны, а также в другие органы власти. Таким образом, авторы имеют возможность не только поздравить руководство, но и представить им свое творчество.

Участие в проекте осуществляется следующим образом:
- Составить короткое поздравление и приложить к открытке свои литературные произведения
- Подготовить обращение, в котором автор акцентирует внимание на вопросах культуры, литературы или тематике Великой отечественной войны.

Требования к рукописям:
проза и публицистика до 10 000 знаков,
поэзия — до 300 поэтических строк.

Срок окончания приема рукописей — 25 мая 2015 года.
Работы нужно направлять по адресам:
info@roswriter.ru, roswriter@mail.ru
В теме письма написать: «На конкурс поздравлений «Ко Дню России»

Составление сборника
Письма-поздравления, которые готовятся для поздравительных открыток руководству страны, могут быть изданы и в отдельных рубриках литературно-публицистического альманаха «Атланты». Участвуя в составлении этого сборника, авторы могут расширить свои рамки по объемам произведений и предложить для рассмотрения более крупные тексты.

Срок окончания приема рукописей на первый сборник — 1 августа 2015 года.
Работы нужно направлять по адресам: info@roswriter.ru, roswriter@mail.ru с пометкой «Триколор»

Справка
Литературная общественность из века в век вступала в диалог с высокопоставленными чиновниками, благодаря чему Россия развивалась, а сами авторы оставляли свой след в истории. Известные факты: Михаил Булгаков (автор бессмертного романа «Мастер и Маргарита») отправил письмо Иосифу Сталину, поделившись с главой Советского Союза проблемами, с которыми сталкиваются современные писатели. В результате, Сталин позвонил Булгакову и предложил работу, выразив готовность и дальше общаться с писателем. Если уходить глубже в историю, то достаточно вспомнить, как царь Государства Российского пригласил к себе для общения Александра Пушкина, после ряда его публицистических работ и стихотворений. К сожалению, в новое время литературная общественность до недавней поры не вступала массово в контакт с властью, но недавно мы решили продолжить эту давнюю традицию, пригласив авторов принять участие в данных акциях.

Присылайте работы по адресам:
info@roswriter.ru, roswriter@mail.ru

Вопросы по телефонам:
+7-963-992-69-10, +7-495-691-50-07


Я это предложение разослал друзьям-поэтам. Наиболее точно высказался поэт Вадим Молодый(США)

"Страстное и пылкое вылизывание заднего прохода, осуществляемое старательной, но бесталанной проституткой...

"Литературная общественность из века в век вступала в диалог с высокопоставленными чиновниками, благодаря чему Россия развивалась, а сами авторы оставляли свой след в истории..."

Ага. Радищев, Чаадаев, Корнилов, Мандельштам, Стус, ..."


Много лет тому назад я обнаружил, еще только как намёк: чиновный люд в РФ уже открыт для панегириков...И вот они набежали уже со своими ОТКРЫТКАМИ...Господа неизвестного союза писателей,а не пробовали написать честные произведения для народа?




ПОСТСКРИПТУМ:

Евгений Рыбаченко напомнил,что он по моему тексту уже делал такую открытку:

Татьяна Краузе

Лампы керосиновой тусклый огонек,
С книгой коротали мы каждый вечерок.
Сколько было читано,сидя за столом,
Книгами прекрасными был заполнен дом.
Тайно Солженицына прятали от глаз
И читали ночью,помню,как сейчас.
В этом тихом чтении мудрость прошлых лет,
В лампе керосиновой просвещенья свет.
Ярко окна светятся и светло, как днем,
Только не читаются книги за столом.

Выбор - предприниматель Юрий Бордонский.(Братск)


Керосиновая лампа



Валерий Пономарев


Прошлого святая правда,
Навсегда остался след,
Керосиновая лампа,
Светлячок далеких лет.

Она греет мое сердце,
Памятью о временах,
Зажигали ее в детстве,
Когда свет в деревне гас.

Вы , наверно , удивитесь,
Но когда еще был мал,
Тракторный обычный дизель,
Электричество давал.

Тарахтел он в старой кузне,
На пригорке, у реки…
Долгих Рома с ним был дружен,
Его слушался руки.



Заводил с пол оборота,
Из трубы летел огонь,
Вечерами лишь работал,
Темной ночью молчал он.

Помню, тополь стучал лапой,
Вьюга злилась за окном…
Доставали тогда лампу
И садились за столом.

Дядя Веря, дядя Федя,
Батька, Клоп и дед Матвей…
Часто в дом к нам шли соседи,
Мы не жили без гостей.

Был тогда я совсем мальчишкой
И с полатей как с небес,
Наблюдал: - Они к картишкам,
Проявляли интерес.

Приходили без спиртного,
Брань не слышал с языка,
Хоть играли в «подкидного»,
Слышал часто, «дурака».

Я запомнил те минуты
И твержу всегда себе,
Ведь при лампе почему – то,
Наступал уют в избе?

Гости все бросали тени,
Иногда валил вдруг дым,
Как сигнал: - За полночь время,
На исходе керосин…

Выбор - ученый биолог, лауреат Государственной премии в области науки Виктория Глущенко (Коломна)



СТРАНИЦЫ АНТОЛОГИИ



Литературная антология Братского Музея Света - Валерий Брюсов "Фонарики"

Литературная антология Братского Музея Света - "Свеча" Ирины Мадриги

Литературная антология Братского Музея Света - первые страницы

Свет Галины Гнечутской на обочине Ангарлага

Четыре свечи - притча из Сети

Даниил Гранин о керосиновой лампе

Красиво отмечали в РФ День Победы. Парады, салюты ""Бессмертный полк " - до слез. Широко показано по стране.Но в медвежьих углах, например, в городе Кодинске Красноярского края,где построена Богучанская ГЭС, вот уже много лет сохраняется непорядок. На первый взгляд мелочь, формальная недоработка,а так больно режет по сердцу,что писатель Галина Зеленкина не выдержала,уж в который раз, поделилась со мной местной печалью:

- Я росла в отголосках войны,
книгу памяти в детстве читала.
Брестской крепости боль тишины
с молоком материнским впитала.


Я живу в этом доме на улице имени первостроителя И.Михайлова с 1992 года.Он меня в Кодинск,Богучанскую ГЭС строить пригласил из Братска. И на моём доме на торце висит уже 10 лет плакатик из металла- 60 лет Великой Победе, а ниже - здесь живут ветераны Великой Отечественной войны и две фамилии людей, которые уже умерли 6-7 лет назад. Куда я только не звонила - и в Совет ветеранов, и в организацию, обслуживающую наш дом, всё бесполезно.9 мая 2015 года ещё висело. Пошла, посмотрела 10 мая - убрали или нет? На месте, даже сфотографировала:



Если бы сама могла, то убрала. Но очень высоко и в стену крепко ввинчено. И никому дела нет... И сегодня она висит..."Вот и весь "Бессмертный полк",который прошагал по стране.

Боюсь,что и в других сибирских местах таких формальных недоработок и обидных мелочей наберется немало, и так противно становится на душе...

О книге Е. Мишаненковой "Анна Ахматова. Психоанализ монахини и блудницы"

Мишаненкова Е. Анна Ахматова. Психоанализ монахини и блудницы. – М. : АСТ, 2014


«Анна Андреевна, давайте поговорим о… классической литературе… Например, о Льве Николаевиче Толстом».
Однако! Уверен: такой дерзкий и глубокий анализ личности не снился ни Адлеру, ни Фромму. Впрочем, ответы пациентки и того удивительнее:
«Я родилась 11 июня 1889 года под Одессой. В один год с Чарли Чаплиным, “Крейцеровой сонатой” Толстого, Эйфелевой башней и, кажется, Элиотом. В это лето Париж праздновал столетие падения Бастилии».
Знакомо, не правда ли? Déjà vu растет и крепнет от абзаца к абзацу. Ахматова – подумать только! – в 1946 году слово в слово пересказывает психиатру свои автобиографические заметки конца 50-х – начала 60-х: «Коротко о себе», «Будка», «Дикая девочка». Покончив с ними, принимается за пересказ очерка о Модильяни, написанного в 1957-м. А еще Раневская делится воспоминаниями об Ахматовой, то бишь фрагментами «Дневника на клочках», и Симонов читает наизусть отрывок из книги «Размышления об И.В. Сталине»… В 1965-м врач и пациентка встречаются еще раз, и Анна Андреевна к дословно воспроизводит статью «Ахматова и борьба с ней».
Что ни говори, а Станислав Лем гениально предугадал появление литературного конструктора «Сделай книгу сам». Но в одном все-таки ошибся, утверждая: «“Do Yourself a Book” почти не имели спроса». Имеют, пан Станислав, еще как имеют…
Когда б вы знали, из какого сора! Метода, отточенная на кошках и афоризмах, работает безотказно: copy – paste. И эта часть повествования в «Психоанализе», безусловно, лучшая. Об остальном можно судить по двум цитатам:
«В отчете я укажу, что окончательный вердикт возможен лишь после всестороннего изучения», – вердикт, знаете ли, выносят присяжные. А психиатры все больше диагнозы ставят.
«Я уловила разговор об опальном поэте Бродском, которого не так давно вернули из ссылки после многократных обращений к правительству советских и зарубежных писателей», – правительство советских и зарубежных писателей? Это, простите, что за коллегиальный орган?
Впрочем, это малозначащие детали. Главный вопрос, который возникает после «Психоанализа»: зачем понадобилась книга в пятьдесят девять тысяч чужих слов? Что, собственно, г-жа Мишаненкова пыталась доказать бесконечным потоком сшитых на живую нитку цитат? Клаузула обнаруживается под занавес:
«Вся биография Ахматовой – это миф, выдуманный ею самой… Почти все, что Ахматова рассказывала мне, тоже было частью мифа».
Молодца авторесса! – прочла не только ахматовские мемуары, но и статью «Анти-Ахматова» в Википедии…
Дальнейшее полагаю излишним. Вердикт, он же диагноз, тут напрашивается сам собой. А самый нужный афоризм без труда отыщется в памяти.


Всё читать в журнале "Бельские просторы" № 4 (197) Апрель, 2015 г.

ЧИТАЕТ АВТОР.

*
Ага, языком трепать,не мешки истории ворочать...
*
Мадам, а вас с утра никто не добивался?!

*
Наш мир пригрелся за пазухой у Бога...Но многие люди недовольны - им тесно под рубашкой всевышнего...



*
Учат,что о вкусах не спорят..а поспорить со вкусом -это же такое самое важное наслаждение в жизни...

*
вечером потерялся
нашел себя утром
на том свете

КОЛЛАЖ ОТ ТАТЬЯНЫ ЗОММЕР:

Ассортимент осветительной лавки 19 века.

Валерий Брюсов

Фонарики

Столетия - фонарики! о, сколько вас во тьме,
На прочной нити времени, протянутой в уме!
Огни многообразные, вы тешите мой взгляд.. .
То яркие, то тусклые фонарики горят.

Сверкают, разноцветные, в причудливом саду,
В котором, очарованный, и я теперь иду.
Вот пламенники красные - подряд по десяти.
Ассирия! Ассирия! мне мимо не пройти!

Хочу полюбоваться я на твой багряный свет:
Цветы в крови, трава в крови, и в небе красный след.
А вот гирлянда желтая квадратных фонарей.
Египет! сила странная в неяркости твоей!

Пронизывает глуби все твой беспощадный луч,
И тянется властительно с земли до хмурых туч.
Но что горит высоко там и что слепит мой взор?
Над озером, о Индия, застыл твой метеор.

Взнесенный, неподвижен он, в пространствах - брат звезде,
Но пляшут отражения, как змеи, по воде.
Широкая, свободная, аллея вдаль влечет,
Простым, но ясным светочем украшен строгий вход.

Тебя ли не признаю я, святой Периклов век!
Ты ясностью, прекрасностью победно мрак рассек!
Вхожу: все блеском залито, все сны воплощены,
Все краски, все сверкания, все тени сплетены!

О Рим, свет ослепительный одиннадцати чаш:
Ты - белый, торжествующий, ты нам родной, ты наш!
Век Данте - блеск таинственный, зловеще золотой.. .
Лазурное сияние, о Леонардо, - твой!. .

Большая лампа Лютера - луч, устремленный вниз.. .
Две маленькие звездочки, век суетных маркиз.. .
Сноп молний - Революция! За ним громадный шар,
О ты! век девятнадцатый, беспламенный пожар!

И вот стою ослепший я, мне дальше нет дорог,
А сумрак отдаления торжественен и строг.
К сырой земле лицом припав, я лишь могу глядеть,
Как вьется, как сплетается огней мелькнувших сеть.

Но вам молюсь, безвестные! еще в ночной тени
Сокрытые, не жившие, грядущие огни!

Выбор - поэт Вадим Молодый (США)

СТРАНИЦЫ АНТОЛОГИИ



Литературная антология Братского Музея Света - "Свеча" Ирины Мадриги

Литературная антология Братского Музея Света - первые страницы

Свет Галины Гнечутской на обочине Ангарлага

Четыре свечи - притча из Сети

Даниил Гранин о керосиновой лампе

Мой со-ПЕРНИК Наташа Никулина прислала сообщение из Обнинска о новой книге:



7 мая мы получили из Санкт-Петербурга новую БОЛЬШУЮ книгу "На обнинских перекрёстках"!
Вот она, наша долгожданная, сложносочинённая и легкочитаемая книга-книжица. А вместе с нею "книга в книге" - книга стихов -"Витражи". Поэзия, проза, сказки, публицистика, воспоминания о Валере Прокошине. Серьёзно о смешном и несерьёзно о великом. В основном она посвящена нашему Обнинску и опубликованы в ней обнинские авторы, но... Есть и калужане, и москвичи, и поэты из разных регионов нашей страны. Многие из тех, кто побывал у нас творческими вечерами за последние 5-6 лет.

Всего пять глав и одна "книга в книге". Перечислю необнинских авторов: В.Архипов, М.Бирюкова, В.Ботук, М.Бендрышева, М.Ватутина, Т.Виноградова, Г.Власов, Г.Геннис, Б.Гринберг,В.Долина, Е.Кацюба, К.Кедров, С.Кекова, И.Клиновой, А.Коровин,В. Куприянов, Е.Лесин, Д.Мадьяр, А.Матасова, Н.Милов, В.Монахов, О.Николаева, В.Овчинников, А.Орлицкая, Ю.Орлицкий, А.Переверзин, М.Саввиных, Е.Степанов, О.Сульчинская, В.Терёхин, А.Трунин, М.Улыбышева, Л.Филатова, Е.В.Харитоновъ, О.Шилова, Г.Шульпяков, Н.Эйкина. ВСЕГО 120 авторов.

ПРЕзентация состоится в ИЮЛЕ на День города Обнинска. Дата и время будут уточняться.

Составители и корректор издания - на фото: Вера Чижевская, Эльвира Частикова и Наталья Никулина (в белом.)

Именно это движение народа: выйти на улицу и поднять 9 мая портреты солдат из своей семьи считаю самым главным. Остальное для меня - государственная бутафория.

Фото с сайта НашБратск Елены Чайковской

Оригинал взят у в Двадцатый век в дневниках современников

Для любителей мрачного искусства, фэнтези и мистики Антон Семёнов станет настоящим открытием. Многие знают этого автора также под ником Gloom82.
Антон Семёнов родом из города Братска. Здесь же он вырос и учился в школе искусств, затем на курсах по компьютерной графике, учился на художника оформителя, а также на дизайнера среды. Собственный стиль Антон Семёнов приобрёл не сразу. Для начала он копировал работы других художников, пробовал себя в различных жанрах изобразительных искусств, таких как сюрреализм, кубизм и т.д. Именно такое разнообразие увлечений сформировало у молодого художника свой собственный и неповторимый почерк. Gloom82 пишет маслом, карандашом, тушью, пастелью, а также занимается компьютерной графикой. Из представленных ниже работ вы можете убедиться в том, что Антон действительно оригинальный художник, может быть даже не для всех. Одной из самых известных его работ является иллюстрация к обложке альбома группы "СЛОТ".
Те, кто любит позитивное искусство, без всякой примеси колдовства, мистики и ужаса, вряд ли оценят по достоинству такое творчество. Однако, сколько людей - столько и мнений. Многие люди обожают такое искусство, и этот современный русский художник удовлетворяет их потребности в полной мере.
Потрясающие, мрачные работы. В них поражает и безупречная техника и атмосфера, больше похожая на сновидение. Психоделика, параллельные реальности, невиданные существа. Добро пожаловать в миры А.Семёнова!

читать дальше

Свеча

Очертаниями пламя свечи более всего походило на писчее перо, отчего-то установленное его владельцем вверх острием, словно нужный ему лист находился в высоких невидимых сферах.
Колебания воздуха превращали его в изящно движущуюся кисть художника, пишущего светлым на темном фоне восхитительные оранжерейные цветы в окружении тропических бабочек.
Туго скрученный фитиль, темный снизу и накаленный докрасна на кончике, был похож на камертон и упорно задавал нужную тональность склонной к мимолетным капризам неслышной ночной музыке.
Её звучание не проникало наружу, где гудел ветер и в дикой свистопляске бесился холодный зимний ливень.
Когда огонёк не вырывался стремительно вверх, он становился похожим на горячее сердечко, жар которого подпитывала аорта фитиля.
Нужно было сдерживать дыхание, чтобы сердце горело ровно и надёжно. От малейшего дуновения оно начинало трепетать, полыхать и разрываться на бесформенные вихри.
В своем основании огонь был изумительно синим. Чистый цвет ограничивал и удерживал горение свечи тонкой сияющей вогнутой плоскостью, которая образовывала раскрытый сосуд, чашечку дивного цветка. Она плотно охватывала пламя в самом низу его многомерно и многократно изменяющегося пространства и чуть повыше придавала огненному лепестку едва различимый синеватый оттенок.
Живая огненная плоть подтягивалась все выше и выше и, наконец, коснулась невидимой оборванной нити паутины, бесцельно фланирующей в непроглядной темноте. Пламя взметнулось, выжигая её, и облегченно выдохнуло черную клубящуюся струйку, которая в мановение ока бесследно растаяла в непроглядном мраке, стискивающем источник благородного света.
И в тот же миг в комнате появился электрический свет. Свеча возмутилась, заморгала удивленно и попыталась гореть ярче. Но синяя жилка утратила былую упругость, и лишь увеличилась отдача тепла от её мягкой живой пульсации.
Наблюдающий с легким сожалением, но решительно дунул на источник собственного вдохновения. Свеча еще пригодится. Белый прозрачный дымок некоторое время рассеивал в обыденно освещенном помещении ароматные нотки предрассветного февральского каприччо.
За серым окном шелестел дождь, перелистывая страницы нового дня, приближающего весну.

Ирина Мадрига

СТРАНИЦЫ АНТОЛОГИИ


Литературная антология Братского Музея Света - первые страницы

Свет Галины Гнечутской на обочине Ангарлага

Четыре свечи - притча из Сети

Даниил Гранин о керосиновой лампе

Как хорошо - все
Родные на фотографиях
И в жизни.

Владимир Монахов

Эта фотография из Братского Музея Света. К сожалению,так сложилось,что мы не знаем кто на ней. Только и сохранился этот теплый привет из Читы первого послевоенного года.

 

 

читать дальше

Игорь Царев
Керосиновая лампа



День вчерашний за спиною, как соседи за стеною.
То ли тучи надо мною, то ли дым под потолком…
А душа саднит и ноет непонятною виною
И чернеет, словно ноготь перебитый молотком.
Я лафитничком граненым муху пьяную накрою -
Пусть крылатая подруга отсыпается пока.
И ореховую трубку с мелкорубленной махрою
Для душевного настроя раскурю от фитилька.
Мне ночная непогода бьет в окно еловой лапой.
Двадцать первый век, а в доме электричество чудит!
Слава Богу, Ее Светлость Керосиновая Лампа,
Как наследство родовое, добросовестно чадит.
Ах, былое удалое, гужевое, дрожжевое,
Столько страхов претерпело, столько бед перемогло,
А, гляди-ка, ретивое, до сих пор еще живое
И следит за мною через закопченное стекло.
И смиряются ненастья перед связью роковою.
Три минуты до рассвета. Воздух влажен и свинцов.
Старый дом плывет по лету над землею и травою.
И росинки, как кровинки, тихо катятся с венцов.

Выбор - поэт Вадим Молодый (США)

АНТОЛОГИЯ:

Свет Галины Гнечутской на обочине Ангарлага

Четыре свечи - притча из Сети

Даниил Гранин о керосиновой лампе

Светильник из Братского Музея Света.


по утрам меня возвращают к жизни
яркий, пронизывающий всё тело, свет и хороший аппетит...
Да,да, всем надоевшая овсянка с ягодой и творогом,сэр!

*
Для меня будет самым страшным,
если тот свет существует,а не как я себе атеистически представляю,
что тьма у каждого своя..
Я бы не хотел встречаться с моими мертвыми...
Потому что мне кажется - будет много ненужных вопросов
и разговоров,от которых уже не уйти...
Хотя,может,их наша земная жизнь уже давно не интересует...
Тогда о чем говорить,если не о нашем прошлом?

Ведь общее вечное будущее у нас такое туманное...

*
вот я у цели -
перевести жизнь на тот свет...
Можно подумать,что до тебя это не пытались...
Но каждому предстоит это сделать самостоятельно...
Счастливого пути!

*
Лётчик включил
автопилот судьбы -
в картофельное
пюре облаков
тычут вилкой
самолёта...
ХХ1 век нашей эры -
полёт нормальный!

Ответ Эллы Титовой:



В облака - кастрюлю каши -
Тычут вилкой самолета,
Ложкой лезут дерижабли
И большим ножом ракеты.
Прекратите шутки ваши,
Космонавты и пилоты
А не то я, крибле-крабле,
Напишу про вас в газету...

Последнее,что я помню про отца:
он берёт меня за руку и ведет кушать мороженое...
Самого мороженого уже не помню...

Только теплая рука отца...
_________________________________________






Мой отец в 50-х прошлого века.Из семейного архива.

Именно такая керосиновая лампа освещала всё детство автора.


Мне самой трудно поверить, что первые годы своей жизни, а это почти четыре года, я прожила при свете солнца и керосиновой лампы. Ни о каком электричестве не было речи, никто из невыезжавших за пределы поселка братчан не знал, что это такое. Я так свыклась с керосиновой лампой, что не замечала её, а когда переехали в Заярск, то не заметила электричества – с ним для меня органично связалась жизнь на новом месте. Появилась новая фраза: «Выключите свет!». В сумерки, незаметно для меня, свет включался. Я быстро привыкла к новому освещению, и уже казалось, что так было всегда.

Каждой весною меня привозили на поезде к бабушке в Братск. Тогда ещё не было моста через Ангару, и значит, мы доезжали до станции, расположенной не в самом старом Братске, а напротив – на противоположном берегу Ангары. В этом месте река была особенно широка, так как в неё впадала Ока, и многочисленные острова здесь были невелики, они не нарушали перспективу ангарского русла. Так, по льду, мы перебирались в Братск к вечеру.
И вот теперь, впитывая мягкий свет керосиновой лампы, во мне вторично - после красной лилии - затрепетала душа!

Потрескивание огня русской печки перекликалось с язычком живого пламени высокой настольной лампы, и трудно было выбрать очаг: печка или лампа? Я выбрала лампу. Можно было прибавлять её яркость и наблюдать, как при этом на стенах и на потолке чётко вырисовываются наши тени, как движется их хоровод. Но не долго. Бабушка и тётя Шура тут же убавляли пламя, экономя керосин.

После ужина и чая начинались рассказы. О корове, которая уже отелилась, и в доме есть для меня молоко. О подросшей из семечка яблоне: летом её решили высадить в огород. Про кур, которые уже несутся, и завтра мне сварят яичко. Про собаку по имени Мальчик. Мальчик спрятал кость, когда тётя Шура наблюдала за ним, а потом перепрятала и снова наблюдала, как он ищет свой клад.

Спрашивали и меня о жизни в Заярске. Я что-то рассказывала, но не помню что. Мне задавали вопросы с подвохом, а я, не догадываясь об этом, всех выдавала, и наша заярская жизнь становилась известна без прикрас. Возможно, я говорила, что теперь не стану есть говядину, потому как точно знаю, что это мясо зарезанной коровы, о которой я долго плакала и не ела суп, хотя мама говорила, что суп был из свинины. Своего скота у нас в Заярске не было, я слышала об этом событии от соседей. Потом шли разговоры о разных жителях Братска, о моих подружках. Раин братик умер от скарлатины, и теперь его нет. Чтобы не плакать, я старалась об этом не думать.

Ставни на окнах были давно закрыты, но сквозь них проникали и скользили по комнате лучи фар почтовой машины. Значит, пришёл поезд из Тайшета, и на машине везут почту. Окно, выходящее во двор, ставнями не закрывалось. На его стекле, как в зеркале, я видела свой силуэт, а сквозь него - крыльцо, слабо освещённое светом настольной керосиновой лампы. Затем я нащупывала глазом тёмный огород и простирающуюся кромешную тьму над рекою. Далеко и тревожно лаяли собаки. Но здесь, в доме около печки и лампы, в такой родной обстановке, я чувствовала себя в безопасности. Клонило ко сну. Руками я водила по кессонной стене-перегородке – эта необычная стена тоже давала защиту и стабильность. Я засыпала…



Абажур с пелериной. Считались роскошью и были в зажиточных домах.

Уже построили мост, и поезд стал приходить на левый берег, к самому Братску на станцию Мостовая. От станции днём мы долго шли пешком, а вечером просились на почтовую машину. И вот я у бабушки!
- Ты ничего не замечаешь? – спрашивает тётя Шура.
- Нет,- с недоумением отвечаю я, оглядываясь по сторонам.
- А ты посмотри на потолок. - Смотрю и вижу на потолке тусклую электрическую лампочку. Она так слабо освещает комнату, что по сравнению с Заярском, трудно назвать её свет электрическим. От меня ждут восторга, а я молча киваю: вижу. Потом спрашиваю:
- А где керосиновая лампа?
- А мы убрали её. Теперь не надо покупать керосин.
Так старый Братск утратил для меня половину своего очарования.

Галина Гнечутская глава из повести «На обочине «Ангарлага»



К этому документу не нужны пока еще комментарии.

Наградной жокейский подсвечник.

В комнате в полном безмолвии горели четыре свечи... и потихоньку таяли...
Было так тихо, что слышалось как они разговаривают.

Первая свеча сказала:" Я - Спокойствие, к сожалению люди не умеют меня сохранять.Думаю, мне не остается ни чего другого как погаснуть .И огонек этой свечи потух.

Вторая свеча сказала: "Я - Вера. Но только я уже не ощущаю себя нужной, поэтому не чувствую ценности своего горения..."-и, испустив последнюю искру, погасла.



Наполеон

Третья свеча сказала:"Я - Любовь, но и у меня уже не осталось сил освещать мир вокруг. Люди постоянно отталкивают меня, не ценят меня и не понимают. Они перестают любить даже самых близких..."-и в тишине свеча любви затухла.

В это время в комнату вбежал ребенок, спросил, почему, не догорев до конца, погасли три свечи. Узнав причину, начал всхлипывать, но услышал мягкий голос четвертой свечи:"Не бойся, пока я горю, и другие, зажгутся снова, и они станут освещать темноту.

Потому что я- Надежда!"

У ребенка заблестели глаза, он взял свечу надежды и поджег от нее остальные три свечки.

Никогда не гасите в себе Свет Надежды!



Подсвечники в СССР и ламповые миниатюры в Музее Света.