Самый тихий на свете музей.Сайт Анатолия Кобенкова
День рождения Кобенкова
Иркутскому поэту Анатолию Кобенкову 9 марта исполнилось бы 65 лет, но, увы-увы, его уже 7 лет нет с нами, он неожиданно скончался 5 сентября 2006 года в Москве, куда переехал в 2005.
Скромный вечер его памяти состоялся как раз 9 марта в «Книжной лавке» в 130-м квартале. Там собрались почитатели его творчества и те, кто близко знал его. Пришли, правда, не все, но те, кто пришел, говорили практически два часа: об Анатолии Ивановиче, о Толе... Вспоминали разное, вспоминали, как он возился с «юными поэтами», как председательствовал в Иркутском отделении союза российских писателей, ну и, конечно же, вспоминали, каким замечательным поэтом он был.
Ну да, он был разным, он был сложным, впрочем, как и любой из нас. Со своими слабостями, со своими вкусами и предпочтениями. Я был знаком с ним лет шесть, но о поэзии мы с ним практически не говорили. И это, наверное, было правильно. Я считал, что поэзия должна быть уровня Бродского, Маяковского, Цветаевой, Мандельштама или вообще не быть, то есть придерживался взгляда Пастернака, писавшего, что поэт от сапожника отличается тем, что обувь нужна всем, а стихи нет. У Кобенкова был явно другой взгляд, и он возился с мальчиками и девочками, объясняя, как надо писать стихи.
Он с опаской относился к моей прозе, впрочем, я к ней тоже относился с опаской, но в итоге, он все-таки издал мою книжку «Продленное время» и помог опубликовать два рассказа в московском журнале «Знамя». Я же, в свою очередь, помог найти его собаку породы кэриблютерьер, разместив через знакомую объявление на «АС Байкал ТВ».
Но все это было давно, хотя, что такое давно и недавно, я не знаю. И когда он уехал в Москву, я ему позавидовал, а через год оказалось, что и завидовать-то нечему. «Лучше быть первым в провинции, чем вторым в Риме». Он был первый в нашей провинции, но эта провинция ему не подходила и он, перевалив за пятьдесят, наконец-то решился на этот обмен, определившись, где ему будет лучше. Ему, конечно, надо было уезжать раньше, тогда, может, сердце и выдержало бы эту суетную столичную жизнь, но кто бы тогда возился с девочками и мальчиками…
«Оказывается, у него много хороших стихов», - сказала после этого вечера моя жена, вообще-то не питающая особого интереса к «местной» литературе. Однако для многих это стало ясно не только после его смерти, это было очевидно и при его жизни. Анатолий Кобенков действительно был большим поэтом.
Александр Карпачев
