На фотографии мы видим учащегося Императорского  Гатчинского сиротского института. Наплечные знаки с вензелем Н I на светлом фоне и пуговицы с пеликаном однозначно определяют принадлежность этого молодого человека к этому учебному заведению, находящемуся в Ведомстве Императрицы Марии Федоровны.

Гатчинский сиротский институт начинает свою историю в 1803 году как Сельский воспитательный дом основанный Императрицей Марией Федоровной. Первоначально учебное заведение помещалось в не очень репрезентабельном здании. Это был скотный двор – довольно старое одноэтажное здание построенное из камня и сохранившееся с времён, когда мыза “Гатчино” была подарена Императрицей  князю Григорию Григорьевичу Орлову в 1765 году. После смерти Григория Орлова в 1783 году Екатерина II подарила Гатчину своему сыну Павлу Петровичу. В 1806 году Императрица Мария Федоровна на собственные средства купила для нужд воспитательного дома купца Енша, купчихи Богатыревой и господина Росихина потратив на это собственные средства. Самому зданию был надстроен второй этаж. Это было заведение, которому Императрица уделяла много своего внимания. «Вы, конечно, знаете, - писала государыня в высочайшем рескрипте почетному опекуну этого учебного заведения П.П. Митусову в 1811 году, - что Гатчинский сельский воспитательный дом из числа тех заведений, на которые обращаю я особенное внимание и которым паче других с утешением занимаюсь».

Хочу привести интересную цитату из “Книги для записывания изустных Высочайших Ея Императорского Величества Императрицы Марии Федоровны повелений по Гатчинскому Воспитательному Дому за 1825–1826 год”:  Сентябрь 28. ЕЯ ИМПЕРАТОРСКОЕ ВЕЛИЧЕСТВО ГОСУДАРЫНЯ ИМПЕРАТРИЦА, удостоив сего 28-го сентября СВОИМ посещением Гатчинский  Воспитательный Дом и объявив совершенное удовольствие и благодарность за найденные порядок и весьма хороший надзор за питомцами, между прочим повелеть соизволила нижеследующее:

•  Для освежения во время осени и зимы в комнатах воздуха устроить в нескольких оконных рамах на петлях и блоках фрамуги, а в спальных комнатах — на петлях зимние рамы, дабы их можно было отворять.
•  Для узнания надлежащей температуры воздуха в покоях завести в оных, равно и в классах, термометры.
•  Для различия классных воспитанниц носить на воротниках зимней одежды красные шнурки: 2-го Французского класса — два,1-го — один, а Ланкастерского*  — по одним концам поперек воротника по два шнурка; Ланкастерским же детям бывшего малого отдела никаких нашивок не полагается.

Примечание: Донесено господину Почетному опекуну 28 сентября за № 1657.

*Ланкастерская система - метод взаимного обучения, при котором лучшие учащиеся привлекались к репититорству отстающих или к преподованию младшим.

 

Цель  создания воспитательного дома была определена следующим образом - «предохранить несчастно рожденных сирот обоего пола от всех вредных последствий небрежения и алчности крестьян, коим они  вверяются для вскормления. И дать сим сиротам первоначальное образование, в духе чисто ремесленном».

Когда сироты достигали десятилетнего возраста их за счет казны отдавали  в обучение ремеслу. Часть воспитанников мужского пола  отдавали в Александровскую мануфактуру , а более способных, которые с 1811 года занимались по программе двухклассного начального училища,  отправляли в Санкт-Петербургский  воспитательный дом для дальнейшего обучения.  Девушки становились гувернантками  в семействах.

Хочу особенно отметить, что выпускники воспитательного дома были вольными и не могли стать крепостными.

В 1824–1828 годах для Сельского воспитательного дома по проекту архитектора Д. Квадри было построено трехэтажное здание, в котором позже разместился Сиротский институт. В плане здание имело Г-образную форму – это были два корпуса, сомкнутые под прямым углом.

 

В 1834 году воспитательный дом был преобразован в мужскую гимназию для детей сирот.

В 1837 году указом Николая I заведение  было преобразовано в Императорский Гатчинский сиротский институт. Основной задачей института стало воспитание и среднее образование сирот – сыновей военных и гражданских чиновников(вплоть до IX класса) . Со всей империи набирали детей только мужского пола от 7 до 14 лет. Ежегодно принимали 610 мальчиков, причем 550 из них были на полном содержании Ведомства императрицы Марии, а 60 воспитывались и обучались за плату – 300 рублей в год (пансионеры).

В 1848 учреждён женский пансион для детей служащих института, в 1867 пансион был преобразован в женскую гимназию.

В 1855  сиротский институт получил название Николаевского память основателя, императора Николая I.

В институте было два отделения: малолетняя школа для сирот от 7 до 10 лет и семилетнее реальное училище для детей старше 10 лет. Воспитанники малолетней школы жили, питались и обучались отдельно. С ними занимались образовательными играми – в них малышей обучали чтению, письму, Закону Божьему, начальной арифметике и русской грамматике. После окончания малолетней школы воспитанников переводили в классы института, в которых обучали по программе семилетних реальных училищ Министерства народного просвещения. Вне классов все воспитанники обязательно занимались танцами, пением, гимнастикой, фехтованием и – по желанию – музыкой.

Институт славился суровыми порядками, строгой дисциплиной, регулярной муштрой и маршировками. За провинности сирот сажали под арест в карцер, где условия были самые жестокие: никакой пищи, кроме хлеба и воды, и то через день. На прогулку за стены института воспитанников выпускали лишь в субботу и воскресенье.

Приведенные ниже воспоминания учащегося в 1864-1869 годах  характеризуют обстановку в учебном заведении.

 

“…Из преподавательского синклита мне, к сожалению, запомнился только один преподаватель французского языка Делеско, и только по тому, что по его милости я был первый раз выпорот. Розга тогда употреблялась как мера педагогического воздействия в очень широких размерах иногда из-за пустяка. Так было и со мной на этот раз. Дело было в субботу, в тот день, когда по всему институту шла общая порка за неделю. Был урок французского языка. Мимо классов проводили детей, которым была назначена экзекуция, и они уже в предвкушении березовой каши плакали хором, на все лады. Я еще не знал тогда о мудром установлении пороть по субботам и, вообразив, что началась перемена, вскочил со своей парты и весело закричал что-то, размахивая учебником. 

 

Делеско с минуту изумленно смотрел на меня, а затем рассердился, больно схватив за ухо, потащил с парты к двери.

 

- Что, и тебе, негодяй, захотелось? – кричал он.

 

В это время толпа ведомых на заклание поравнялась с классом. Делеско толкнул в середину толпы и сказал воспитателю:

 

- Всыпать и ему две розги. 

 

До сих пор памятны боль и стыд этой первой порки, и хотя за свое время пребывания в институте я вынес не мало порок, но ни одна не запомнилась мне так ярко. Было страшно не то, что вот сейчас, сию минуту будут тебя бить, а был страшен стыд этого наказания, было стыдно своего обнаженного тела, и вся душа противилась и возмущалась протии грубости и насилия.

Всеобщая порка всегда происходила по субботам. Все, кто совершал за неделю «тяжкие» преступления, в этот день получали свою мзду. В числе детей были и такие, которых пороли аккуратно каждую неделю. Порка применялась как лекарственное средство, например, к отверженцам института, детям, страдавшим болезнью, которая нередка в детском возрасте. Для этих детей был даже устроен особый дортуар. Спали эти страдальцы на голых железных прутьях кровати, прикрытых только тонкою простынею. Постоянная порка не излечивала их, как надеялось начальство, а только еще сильнее расстраивала болезненную нервную организацию…”

С 1854 года по 1859 год в институте работал родоначальник отечественной педагогики Константин Дмитриевич Ушинский. Он преподавал русскую словесность и юридические предметы. К.Д.Ушинский занимает в институте должность инспектора классов, то есть занимал должность руководителя всей его учебной и воспитательной работы. Ему удалось кое-что изменить в этой казарме для сирот за пять лет своего пребывания в Гатчине. Некоторые традиции, заложенные им, прочно привились воспитанникам, передавались из поколения в поколение, и вплоть до 1917 года были еще весьма сильны.

Здание института сохранилось до наших дней, его современный адрес: Гатчина, пр. 25 Октября, д. 2. В настоящее время там находится интернат и гимназия No 10. Отрадно отметить, что в гимназии есть музей памяти К. Д. Ушинского и его соратников, воспитанников Гатчинского сиротского института

Литература:

1. Свод правил и постановлений Императорского Гатчинского Николаевского сиротского института.

2. Гатчинский Николаевский сиротский институт: Отчет по учебной части в Императорском Гатчинском сиротском институте.СПб., 1849.

3. Отчет по Императорскому Гатчинскому сиротскому институту за последние десять лет с 1840 по 1850 г. СПб., 1850.

4. Воспоминания 14 января 1851 г. в Императорском Гатчинском сиротском институте. СПб., 1852.

5. Очерк истории Императорского Гатчинского сиротского института, составлен по случаю 50<летнего юбилея института Петром Гурьевым, инспектором классов при том же заведении. СПб., 1854.

6. Додонов В. В. Пятидесятилетие Гатчинского Николаевского сиротского института. СПб., 1857.

7. Устав Императорского Гатчинского Николаевского сиротского института. СПб., 1865.

8. Гатчинский Николаевский сиротский институт. СПб., 1871.

9. Правила для принятия сирот в Императорский Гатчинский Николаевский сиротский институт. СПб., 1882.

10. Пятидесятилетие Гатчинского Николаевского сиротского института. СПб., 1887.

11. Гатчинский Николаевский сиротский институт. По вопросу о преобразовании учебной части Гатчинского Николаевского сиротского института. СПб., 1889.

12. Императорский Гатчинский сиротский институт: Краткий очерк его соврем. состояния. СПб., 1893.

13. Список бывших воспитанников Гатчинского Николаевского сиротского института. СПб., 1893.

14. Императорский Гатчинский Николаевский сиротский институт. СПб., 1896.

15. Столетие существования Гатчинского сиротского института императора Николая I (1803–1903). СПб., 1903.