'Некрономикон' был написан в Дамаске в 730 г. Абдулом Альхазредом. О его жизни известно немного. Все известные биографические сведения в основном почерпнуты из самого 'Некрономикона'. Он много путешествовал, обойдя земли от Александрии до Пенджаба, и был хорошо образован. Он легко усваивал иностранные языки и использовал любой удобный случай, чтобы похвалиться своим умением читать и переводить манускрипты, которые были не по силам менее ученым людям. Впрочем, его исследовательские методы более напоминают Нострадамуса, нежели Геродота. Подобно тому, как Нострадамус пользовался ритуальной магией, чтобы заглянуть в будущее, так Альхазред использовал аналогичные приемы, чтобы узнать прошлое. По этой причине, а также из-за недостатка ссылок, историки отвергли 'Некрономикон', сочтя его лишенным научной ценности.

Альхазреда часто называют 'безумным арабом', но при том, что по современным стандартам он действительно вел себя несколько эксцентрично, доказательствами, подтверждающими его настоящее умопомешательство, мы не располагаем (за исключением его хронической неспособности выдерживать нить повествования на протяжении нескольких абзацев, не сбиваясь на другие темы). Его можно сравнить с такой исторической фигурой, как греческий неоплатоник Прокл (410-485), который прекрасно ориентировался в астрономии, математике, философии и метафизике, но был при этом также достаточно искушен в магических техниках теургии, чтобы вызвать зримое явление богини Гекаты; кроме того, он был посвящен в египетские и халдейские мистерии. Неудивительно, что Альхазред был хорошо знаком с трудами Прокла.

В первую очередь, 'Некрономикон' известен своими рассуждениями об 'изначальных временах'. Альхазред имел доступ ко множеству ныне утраченных источников и смог детально изучить события, на которые лишь намекают Книга Бытия, апокрифическая Книга Еноха и прочие традиции. Можно сказать, что для прояснения подробностей доисторических событий Альхазред пользовался сомнительными магическими методами, однако критический ум и стремление исследовать скрытый смысл мифологических и священных историй роднят его с греческими писателями V в. до н.э. (такими, как Фукидид).

Рассуждения его выглядят на удивление современно, и этим, в частности, может объясняться его нынешняя популярность. Он считал, что до того, как появился род человеческий, Землю населяли другие виды живых существ, и что человечество приобрело множество знаний благодаря встречам с существами иных 'сфер'. Он разделял с некоторыми неоплатониками веру в то, что звезды подобны нашему Солнцу и вокруг них обращаются невидимые с Земли планеты, на которых существуют особые формы жизни. Но эти верования Альхазред значительно усложнил и расширил метафизическими спекуляциями, представляющими эти формы жизни частями космической иерархии духовной эволюции. Он был убежден в том, что общался с этими существами — 'Древними' — при помощи магических заклинаний, и предупреждает о том, что эти чудовищные силы ожидают часа, чтобы вернуться и вновь заявить свои права на Землю. Альхазред интепретирует это убеждение в свете Апокалипсиса Иоанна, но с другим исходом: победителем в великой войне, которая принесет на Землю опустошение, станет Зверь.

Насколько известно, арабской рукописи 'Некрономикона' не сохранилось. Исследователь Идрис Шах безуспешно пытался разыскать ее в библиотеках Деобунда в Индии, Аль-Азхара в Египте, и в библиотеке священного города Мекки. Латинский перевод был сделан в 1487 году (а вовсе не в XVII веке, как утверждает Лавкрафт) доминиканским монахом Олаусом Вормиусом. Вормиус, немец по происхождению, был секретарем первого Великого Инквизитора Испании, Томаса де Торквемады, и вполне вероятно, что рукопись 'Некрономикона' была обнаружена во время преследований мавров, вынужденных под давлением властей перейти в католичество; однако вера этих новообращенных, естественно, оказалась некрепка.

Со стороны Вормиуса было весьма неразумно перевести и опубликовать 'Некрономикон' в то время и в тех краях. Эта книга наверняка оказала на переводчика сильное впечатление, поскольку в конце концов он был сожжен по обвинению в ереси после того, как послал экземпляр 'Некрономикона' Иоганну Тритейму, аббату Спангейма (более известным под именем 'Тритемий'); в сопроводительном письме содержалась подробная и весьма богохульная интерпретация нескольких фрагментов Книги Бытия. Практически все экземпляры перевода Вормиуса были сожжены вместе с ним, хотя мы не можем избавиться от подозрения, что по меньшей мере одна копия должна была сохраниться в библиотеке Ватикана.

Почти сто лет спустя, в 1586 году, экземпляр латинского перевода Вормиуса внезапно обнаружился в Праге. Доктор Джон Ди, знаменитый английский алхимик, находился в то время со своим помощником Эдвардом Келли при дворе императора Рудольфа II, обсуждая с ним планы по добыче алхимического золота. Келли купил этот экземпляр у так называемого 'Черного Рабби' — каббалиста Якоба Елиезера, который бежал в Прагу из Италии после того, как его обвинили в занятиях некромантией. В те времена в Прагу стекалось множество магов, алхимиков и шарлатанов всякого рода, поскольку Рудольф покровительствовал адептам тайных наук. Едва ли можно представить себе другое место в Европе, более подходящее для очередного появления на свет текста 'Некрономикона'.

'Некрономикон' произвел на Келли заметное влияние: характер его видений в магическом кристалле изменился и привел к необычным явлениям, из-за которых в доме Ди воцарился ужас; Кроули интерпретирует это как первую неудачную попытку избранного сообщества людей установить контакт с сущностями 'Книги Закона'. Вскоре после этого Келли расстался с Ди. Ди перевел 'Некрономикон' на английский язык, но вопреки утверждениям Лавкрафта, этот перевод так и не был опубликован: рукопись попала в коллекцию Элиаса Ашмола, а затем — в библиотеку Бодлея в Оксфорде.

Не вызывает сомнений, что Кроули читал в Оксфорде перевод 'Некрономикона', сделанный Джоном Ди: слишком много фрагментов 'Книги Закона' Кроули напоминают пересказ отдельных частей этого перевода. Либо эта гипотеза верна, либо же Кроули, утверждавший, что в предыдущем воплощении он был Эдвардом Келли, читал 'Некрономикон' в своей прошлой жизни! Почему он не упоминает о 'Некрономиконе' в своих трудах? Дело в том, что Кроули был на удивление скрытен в том, что касается источников его информации; весьма вероятно, что сочинение под названием '777', на авторство которого он претендовал, в действительности является, по большей части, плагиатом из записок Аллана Беннета. Кроули всячески старается утаить влияние, которое оказал на него Ницше, хотя однажды, проговорившись, ссылается на него как на 'аватару Тота, бога мудрости'; аналогично обстоят дела с влиянием Ричарда Бертона на учение Кроули об Истинной Воле. Подозреваю, что 'Некрономикон' должен был весьма смутить Кроули, когда тот обнаружил, до какой степени он (возможно, сам того не осознавая), использовал материал этого старинного текста в своей 'Книге Закона'.

Почему писатель Г.Ф.Лавкрафт утверждал, что ему принадлежит авторство 'Некрономикона'? Для ответа на этот интересный вопрос следует обратиться к истории взаимоотнощений Алистера Кроули и бруклинской миллионерши Сони Грини. В 1918 году Кроули находился в Нью-Йорке. Как обычно, он пытался завоевать себе литературную репутацию и сотрудничал с 'Интернэйшнл' и 'Вэнити Фэйр'. Соня Грини была энергичной и тщеславной еврейкой-эмигранткой. Она посещала званые обеды и лекции в клубе под названием 'Клуб Восхода Солнца Путешественника'; именно здесь она впервые встретилась с Кроули, который пригласил ее побеседовать о современной поэзии.

Соня не была ни актрисой, ни певицей, но по всем остальным критериям вполне подходила. Она зарабатывала огромные деньги на моделировании и продаже женских шляпок. Разные люди описывали ее как 'женщину с большим обаянием и личным магнетизмом', 'совершенно очаровательную и женственную', 'одну из самых красивых женщин, с которыми мне доводилось встречаться' и 'образованный, но эксцентричный живой фонограф'. В 1918 году ей было тридцать пять лет. Она была в разводе и воспитывала дочь-подростка. В том, что касалось женщин, Кроули обычно не терял времени даром; несколько месяцев у них продолжались нерегулярные свидания.

В 1921 году Соня встретилась с Г.Ф.Лавкрафтом, и в этом же году Лавкрафт опубликовал свой первый роман с упоминанием Абдула Альхазреда ('Безымянный город'). В 1922 году он впервые упоминает 'Некрономикон' ('Гончая'). 3 марта 1924 года Лавкрафт женится на Соне Грини. Нам неизвестно, что именно Кроули рассказал Соне Грини и что она рассказала Лавкрафту. Однако стоит обратить внимание на следующую цитату из рассказа 'Зов Ктулху' (1926):

'Культ этот не умрет до тех пор, пока звезды вновь не придут в правильное положение и тайные жрецы не призовут Ктулху из Его могилы, дабы Он вдохнул жизнь в Своих подданных и снова воцарился на земле. Время это будет легко распознать, ибо тогда человечество уподобится Великим Древним: вольным и диким, не ведающим различия между добром и злом, не признающим законов и морали; и все люди станут кричать, убивать и веселиться. Освобожденные Древние научат их новым способам кричать, убивать и веселиться, и вся земля запылает в огне экстаза и свободы'.

Сколь бы кратким и искаженным ни был этот отрывок, на нем все же лежит неоспоримая печать 'Книги Закона' Кроули. Легко вообразить себе, как Соня и Лавкрафт, сидя в освещенной камином комнате, со смехом обсуждали содержание нового рассказа и Соня предложили своему мужу кое-какие идеи, которые ей когда-то поведал Кроули; ей даже не надо было упоминать имя Кроули, достаточно было одной лишь идеи, чтобы разжечь воображение романиста. Мы не располагаем свидетельствами о том, что Лавкрафт когда-либо видел подлинный текст 'Некрономикона' и вообще знал о реальном существовании этой книги. Его 'Некрономикон' примечательно близок по духу к оригиналу, но детали представляют собой чистейший вымысел, как, впрочем, и следовало ожидать. В оригинале нет ни Йог-Сотхотха, ни Азатота, ни Ньярлатхотепа, однако там есть Айуаз...

Где можно найти 'Некрономикон'?

Самым быстрым и легким ответом будет: 'Наверняка — нигде'. И нам приходится снова заподозрить Кроули в том, что он приложил к этому руку. В 1912 году Кроули встретился с Теодором Ройссом, главой немецкого 'Ордена Восточного Храма', и в течение нескольких лет работал в рядах этого ордена. В 1922 году Ройсс сложил с себя полномочия главы общества в пользу Кроули. Таким образом, Кроули на протяжении десяти лет работал в тесном контакте с ведущим представителем немецкой масонской организации. В 1933-1938 гг. немногочисленные известные экземпляры 'Некрономикона' бесследно исчезли: кое-кто из гитлеровского правительства заинтересовался редкой оккультной литературой и принялся всеми честными и нечестными путями добывать эти книги.

Перевод Ди пропал из Оксфорда весной 1934 года. В Британском Музее было совершено несколько неудачных попыток ограбления, и в результате издание Вормиуса было извлечено из каталога и перемещено в подземное хранилище в закрытом сланцевом руднике в Уэльсе (где во время войны, в 1939-1945 гг. хранились королевские драгоценности). Экземпляры из других библиотек просто исчезли, и в настоящее время 'Некрономикон' не упоминается ни в одном библиотечном каталоге. Нынешнее местонахождение копий 'Некрономикона' неизвестно; существует легенда о том, что в военное время неподалеку от Зальцбурга находилось большое хранилище оккультных и магических документов. Также постоянно возникают слухи о том, что копия 'Некрономикона' была сделана на коже узников концентрационных лагерей.

________________________
Купить дачу в ближнем Подмосковье это реальность. Я поинтересовался, где продажа дач наиболее выгодна и сделал правильный выбор.
Я занимался ремонтами квартир и могу сказать вам, что купить натяжные потолки в москве не представляет никаких сложностей.
Для избежания проблем и переделок, просто необходимо, что бы установка пластиковых окон производилась только профессиональными мастерами.