Мы оказались в новом мире, мире зазеркалья, в котором не только способы подачи информации, распространения знаний, идей, мыслей иные, но и сама суть, определения знания – в корне иная. Далеко не все это понимают, возмущаясь то мелким, то крупным подлогам и передёргиваниям, запредельного масштаба клевете. «Мне кажется, они ненормальные» — такими словами охарактеризовал Сергей Михеев, российский политолог, то, что польский президент Анджей Дуда предложил своему украинскому коллеге Владимиру Зеленскому почтить вместе память украино-польского сопротивления Красной армии во время похода Польши в 1920 году.

«Возникает и попытка отрицать совершенно очевидные факты, а также, между прочим, и попытка делать вид, что у них с Украиной якобы некое общее “героическое прошлое”, какое украинско-польское сопротивление. На этой основе сделать вид, что, например, не было ничего, что связано с Бандерой и геноцидом поляков на Волыни и так далее, и так далее. Выглядит очень слабо».

Аналогичное безумие – это когда Зеленский вдруг обвинил СССР в развязывании Второй мировой и, мало того, даже Холокоста.

А вот участник беловежского сговора и первый президент «незалежной» Леонид Кравчук в эфире российского телевидения рассказал о «встрече» Адольфа Гитлера и Иосифа Сталина, которая якобы состоялась во Львове перед началом Второй мировой войны. Выдал доселе неизвестный «исторический» факт.

«Гитлер и Сталин встретились во Львове», — заявил он.

Эти слова не могли не вызвать недоумение у ведущих и аудитории. Евгений Попов переспросил, что же экс-президент имел в виду, но тот ответом не удостоил, заявив, что Гитлеру «развязали руки» вместо того, чтобы остановить его. Он не уточнил, какую именно страну называет нашей и из каких архивов почерпнул эту информацию.

Кравчук и раньше демонстрировал недюжинные исторические познания: так, в прошло году он поведал миру об «украинском княжестве», возникшем на триста лет раньше, чем Россия. Хотя, стоит признать, что гипотезу певицы Русланы о том, что корни ее соотечественников восходят к древней цивилизации шумеров, не переплюнул пока никто.

Ещё один скандал вышел из-за статьи, который польский премьер-министр Матеуш Моравецкий опубликовал в известном издании Politico в преддверии годовщины освобождения Освенцима. Буквально с первых слов в ней говорится о том, что СССР был страной — пособником нацистской Германии. Также Моравецкий считает, что Красная Армия могла бы и поторопиться, освобождая Освенцим.

Виталий Третьяков, политолог, декан Высшей школы телевидения МГУ им. М. В. Ломоносова, сказал об этом так:

«Это смешно и постыдно… Это постыдно говорить и смешно слушать, когда представители стран либо проигравших во Второй мировой войне, или вообще союзники Гитлера дают оценки и советы гениальным советским военачальникам и выдающимся советским солдатам, как нам его освобождать».

Представители израильского мемориального комплекса «Яд Вашем» назвали «отвратительной манипуляцией» поступок президента Украины Владимира Зеленского, который отказался от участия во Всемирном форуме памяти Холокоста, его поведение в еврейской организации считают «циничным и сбивающим с толку».

+++

Эти чудеса на виражах начались не вчера: вчера мы их, наконец-то, стали замечать. Забористые сказки начались уже в «перестройку» - но тогда их считали «открытием исторической правды».

Была запущена формула работы со СМИ: «могло быть всё – выбери тебе выгодное». Эта формула, уравнявшая в правах истину с ложью – глубже и больше, чем клевета и мошенничество. Это фундаментальная подмена самих начал мыслительной деятельности.

+++

Товарная природа знаний и информации меняет представления людей об истине и лжи. Традиционное (научное) мышление полагает, что истинное истинно, а ложное – ложно. Отсюда культура доказательного мышления, то есть система аргументации, привязывающая утверждение (предположение) к объективной реальности. Объективная реальность, что очень важно, существует независимо от личных, шкурных интересов автора утверждения. Она – сама по себе, выгоды и прибыль индивида – сами по себе.

Когда знания или информация становятся товаром, попадают в товарооборот – объективизм традиционного (научного) мышления испаряется. Задача индульгенции, как церковного документа – спасать души, и в этом смысле индульгенции ложь. Задача индульгенции, как товара – приносить деньги, и в этом смысле индульгенции истина. Ведь деньги-то они приносят продавцам не фальшивые, а настоящие! Всё враньё связано с небесами, а на земле никакого вранья нет.

У товара нет сущности, которая есть у предмета. Предмет является лопатой, граблями, метлой или сковородкой. Они очень и очень отличаются друг от друга и по виду, и по весу, и по назначению. Разве что сумасшедший не отличит метлы от сковороды!

Но в товарном мире, став товаром, все перечисленные предметы обретают абсолютное тождество, если им назначили одну цену. Нет уже никакой разницы между лопатой за рубль и веником за рубль. По отчётности они проходят идентично, как рублёвые предметы, они легко взаимозаменяемы.

Естественно, в реальной жизни никак нельзя заменить лопату веником или наоборот. И то, что оба предмета куплены за рубль – никак не отменят того факта, что веником метут, а лопатой копают.

Но в причудливом зазеркалье товарных отношений между шилом и мылом и разница только в цене, и тождество их тоже в цене. Отсюда и поговорка «поменять шило на мыло», то есть ничего не поменять. Казалось бы, как это ничего?! Шило и мыло – такие разные вещи, они для разных целей, и т.п. Но поговорка намекает на тождество цены.

Человек, который имел 31 шило и поменял их на 31 мыло, волшебным образом оказывается человеком, который 31 рубль поменял на… 31 рубль! В таком виде операция бессмысленна, что и высмеивает народ своей прибауткой.

+++

Став товаром, информация и знания освободились от критериев истинности, полезности, адекватности. Для рынка все эти критерии – «предрассудки религиозного мышления», зацикленного на Абсолютной Истине, которая в религии есть, собственно, Бог, а в науке – Единая Истина, которую учёные бескорыстно ищут в дискуссиях. Убеждённые – подчеркнём – что к Единой Истине можно прийти, иначе зачем и о чём им спорить?

Как информация, так и знания, став товаром, имеют перспективы продаж, а больше ничем и никому на рынке неинтересны. Если ложь выгодно продаётся, а истина – не находит спроса, то они меняются местами. Рынок делает ложь истиной, а истину – ложью.

И это не со зла, не в рамках какого-то адского замысла, а по природе своей конструкции. Ведь товарные отношения не спрашивают, является ли шило шилом, а мыло – мылом. Они спрашивают о другом: продаётся ли упаковка с ярлыком «шило» за рубль или не продаётся? Если товар спрашивают, то шило – действительно шило, а если не спрашивают – то товар равен нолю, его просто нет (в отличие от предмета). А что есть отсутствие подтверждений утверждаемому? Ложь.

Если шило не продаётся, то оно равно нолю, отсутствию, значит, вы лжёте, что этот товар – шило, этого товара вообще нет, это пустое место, ничто!

У объективной реальности своя система доказательств, а у товарно-денежной своя. Важно отметить, что они параллельны, не пересекаются. Это и заставляет нас говорить о рыночном обществе, как безумии и зазеркалье. Подходя с «устаревшими» критериями объективности, мы постоянно обнаруживаем, что «нет» того, что есть. И «есть» то, чего на самом деле нет. И мы называем это «безумием», хотя целая свора постмодернистских философов и психологов пытается нас уверить, что безумие – нормально, в безумии нет ничего предосудительного.

+++

В рыночном мире всякая информация существует не для информирования. Не для того, чтобы довести факты или объяснить строение мира. В рыночном мире информационные потоки выстроены на продажах, и цель у них всегда одна: продвигать тот или иной бренд на рынке.

Новости в газетах, новости по ТВ, новости в интернете – всегда являются латентной рекламой своих спонсоров, потому что иначе спонсоры не стали бы их финансировать, и они перестали бы выходить. Понятно, что реклама не является фактом, а факт – рекламой. Даже если реклама не врёт напрямую, не перевирает факты – она всегда их тасует и подаёт в иной конфигурации, в иных приоритетах.

Тебе всегда рассказывают не о самом мире, а только о том, что в этом мире выгодно спонсору СМИ. И картина мира возникает не птолемеевская, не коперниковская, а какую заказывает плательщик. Всякий труд должен быть оплачен – оплата труда информатора в коммерческой пользе его самого или его босса. Зачем кому-то что-то доводить и доносить до вас без выгоды для себя? Станет вам кто-то тяжести носить бесплатно? И доносить знания – тоже тяжесть, и никто не хочет тащить её до вашего дома задарма.

Таким образом, критерий истинности сменяется критерием выгоды. Тем более, что для человека безрелигиозного само существование абстрактной истины более чем сомнительно. Служа Истине, такой человек будет служить Богу, в которого он же сам и не верит…

Отрицая Единую Истину мы приходим к неизбежному выводу, что истина для льва – то, что помогает ловить оленя, а истина для оленя – то, что мешает льву его поймать. Вывод: истинно то, что полезно при проведении коммерческой операции.

+++

В итоге аферисты и мошенники «новой жизни» не рассматривают на критерий истинности или лживости ни высоколобые научные теории, ни попсовое содержание массовой пропаганды. Этот старинный критерий (соответствует объективной реальности или не соответствует) им не нужен, да во многом уже и непонятен, непостижим.

У них иной критерий: помогает или мешает утверждение их хищениям. Им не нужно правильное – то есть соответствующее правилу. Им нужно нужное – то есть удовлетворяющее нужду.

Например, с точки зрения правил – разбой является преступлением.

А с точки зрения нужды – разбой удовлетворяет потребность разбойника в деньгах. А потому, с точки зрения разбойника (а иной для него и не существует) – разбой не только не преступление, но и наоборот, благодеяние. Если рассматривать слово «добро» в старом, языческом смысле, как имущество, барахло, собственность[1], тогда «добродетель» - это любые способы делания богатства. А проще – делания денег.

+++

Так мы оказались в мире, в котором не интересы особи подстраиваются под факты, а наоборот, факты тасуются и перестраиваются под интересы особи.

А это значит – опровержения идут не по адресу. Как можно устыдить кирпич, упавший на невинную голову по законам силы тяжести?

Виктор ЕВЛОГИН, обозреватель "ЭиМ".; 29 января 2020