— Господин Кьеза, позвольте начать нашу беседу с вопроса о Вашем соотечественнике — итальянском писателе Джанни Родари. Конечно, Вы знаете его сказку «Чиполлино». Мне кажется, пафос этой книги близок Вам.

— Во-первых, Джанни Родари гораздо более известен у вас, чем у нас. Когда я впервые читал его книги и смотрел мультфильмы, снятые в СССР по его сказкам, то был удивлен, ведь в Италии его забыли. Может быть, он и переиздается где-то, но очень незначительно. С телеэкранов он исчез полностью. Между прочим, сейчас советские мультфильмы начинают показывать у нас в Италии именно в образовательных целях. Проходит эпоха безвкусных японских мультфильмов, которые воспевают культ силы, войны и служат не воспитанию, а дегенерации. Это плоды американской культуры, которая стремится захватить нашу жизнь. И мы в значительной степени культурно  колонизированы. Доходит до смешных вещей. Например, раньше ни у нас, ни у вас не было такого праздника, как Хэллоуин. Это американская выдумка, воспринятая нами через СМИ. Но все это знаки не духовной культуры, а культуры потребления, которая ведет к дегенерации. Сейчас я пытаюсь создать в Италии телевизионный канал (пока работает только веб-ресурс), который будет показывать ваши мультфильмы с совершенно особым духовным содержанием. Эта идея возникла у меня еще 15 лет назад. Возвращаясь к Вашему вопросу, повторю, что Родари несравненно больше значит для вас, чем для итальянцев. Но при этом политический, остросоциальный посыл его сказки чрезвычайно актуален. Это было актуально и тогда, а сейчас в десять раз больше!

— «Правда, есть еще на свете другие замки и другие дармоеды, кроме принца Лимона и синьора Помидора, но и этих господ когда-нибудь выгонят, и в их парках будут играть дети», — так писал Д.Родари. Коль скоро речь  зашла о русской культуре, расскажите, что дорого Вам из русской классики, какие книги, фильмы Вы знаете?

— Я трудно воспринимаю русскую поэзию, даже Пушкина. Первое, что я прочитал из художественной литературы на русском языке, это роман Анатолия Рыбакова «Дети Арбата». До этого я, как журналист, читал только русские газеты и эссеистику.

— А кино?

— Кино видел много. Все ваши традиционные, неореалистические фильмы вроде «Белорусского вокзала». Знаю фильмы Эльдара Рязанова, фильмы Тарковского, хотя Андрей Тарковский принадлежит уже всему миру.

Таких режиссеров, как Рязанов, на Западе вряд ли знают. Это другая жизнь, другой дух, отличный от западного. Другой образ жизни. Россия имеет свои духовные ценности, которые, к сожалению, по разным причинам остаются для нас закрытыми. Все, что относится к советскому времени, у нас вычеркивается. И делается это систематически, часто направленно, по идеологическим причинам.

— Возможно ли было сохранить Советский Союз?

— Нет, в той форме невозможно. Имел место внутренний кризис. Я понимаю, что мое мнение идет вразрез с мнением многих россиян, которые считают, что перестройка была ошибкой и большим предательством, но я так не думаю.

— Недавно Никита Михалков призвал на государственном уровне осудить политику Горбачева и Ельцина. Могли бы Вы прокомментировать это заявление?

— Осудить Ельцина — да. Это необходимо. Но судить Горбачева нет смысла. Он не виноват, он пришел, когда кризис уже достиг пика. Он пытался перебороть ситуацию, но у него не получилось. Но это не предательство. Да, Горбачев потерпел поражение, это одно. Но говорить, что он предал страну — совсем другое. Это был искренний человек, который прожил всю жизнь внутри аппарата компартии и имел ошибочное представление о мире, как и все, как 90 процентов всей вашей интеллигенции. Все до одного верили, что СССР — это «империя зла». И Горбачев бессознательно понимал, что на Западе лучше. Он не знал, не мог знать, что происходит на самом деле.

— Что сыграло решающую роль в крахе СССР? Или имела место совокупность факторов?

— Безусловно, это совокупность факторов. Но важно понимать и то, что Советский Союз боролся против всего остального мира. Эта страна была создана идеей о том, что рано или поздно случится мировая революция. А мировая революция не происходила, и СССР оставался в одиночестве. Достигли стратегического паритета, но после этого — всё! В период брежневского застоя уже был глубочайший социальный, политический и  моральный кризис. Люди потеряли веру. Я видел весь этот период своими глазами. Все смотрели на Запад и считали, что там лучше. Но в 1991 году рухнул Советский Союз, и было очевидно, что люди не знают, что делать. Я навсегда запомнил: на Красной площади, когда спускали флаг Советского Союза, присутствовали только я и мой коллега — голландский корреспондент. Люди сидели дома у телевизоров и не реагировали.

— А вина Ельцина?

— Ельцин использовал эту ситуацию и продал, буквально продал страну в период приватизации. Это была просто распродажа России со всеми материальными благами! Если я не ошибаюсь, вся Россия была оценена в 10 миллиардов долларов. Через 2 года только «ЮКОС» стоил 66 миллиардов  долларов. Это полная распродажа и промышленности, и военного потенциала. Ельцин в мемуарах писал, что, входя в Белый дом, произнес: «Мы захватили всю Россию». Это позиция оккупанта. Он даже военные секреты продал Америке, чтобы та помогла ему сохранить власть. И он держался за нее 10 лет. В то время как Горбачев ушел сам.

— Сейчас некоторые говорят о нарастании авторитарных тенденций в России. Или это закономерное и необходимое усиление роли государства?

— Усиление государства необходимо. Рано или поздно Россия должна стать сильной. Сейчас ваша страна находится в шоковой ситуации. В течение 10-15 лет после Ельцина царило молчание. Я видел своими глазами, как это было трудно для вашей интеллигенции — возвращаться назад, переосмыслять перестройку и 90-е годы. Вы вспомнили Михалкова. Я видел его передачу «Бесогон». Он предлагает судить Горбачева и Ельцина, но тогда, в 90-х, сам Михалков призывал голосовать за Ельцина, то есть за Вашингтон.

— Сейчас в России растет популярность Сталина. Либералы и правозащитники бьют тревогу. Вы не считаете это пугающим симптомом?

— Это естественная реакция людей на разочарование. Была сильная идеология власти, миф, который потом разрушился. Но люди продолжают помнить его.

— Как лично Вы относитесь к Сталину?

— Я считаю, что Сталин совершил настоящую контрреволюцию. Он последовательно вычеркивал все ценности социализма и строил тоталитарное государство, прикрываясь коммунистической идеей. По существу, это было государство, построенное в короткие сроки с применением террора и насилия. Когда пришел Хрущев, открытый террор закончился, но и производительность труда упала! После Сталина все темпы развития постепенно замедлились.

— Вы на протяжении всей жизни были верны коммунистической идее. Не разуверились ли?

— Совсем нет. Да, слова поменяли значения. Но идеи остались! Идеи справедливости, равенства, солидарности и сотрудничества между людьми. Все это было и остается ценным.

— По существу, коммунизм — это десакрализованная версия христианства…

— Можно и так сказать. И я свою веру в коммунистические ценности не потерял. Хотя я не принимаю таких положений коммунистического учения, как, например, классовая борьба. И мне не близка концепция бесконечного развития. Неуклонный рост, возрастание производства превращает мир в свалку. Что-то нужно делать с парниковым эффектом. Ресурсы Земли уже ограничены. И об этом очень мало говорят в России. Люди на Западе не осознают, что ресурсы исчерпываются. Происходит разрушение экосистемы, нарушение равновесия. Старая коммунистическая идея о том, что мир может развиваться бесконечно, не работает. Эта идея не работает сегодня и на Западе.

Классовая борьба сейчас сменилась на борьбу между человеком и природой. Мы живем уже 50 лет в условиях слома природы. Но мы ее часть. Сломаем природу — сломаем себя. К концу ХХI века, если доживем, нас будет уже 12  миллиардов. Мир в корне изменился, и нам нужен другой жизненный путь, другая цель. Всем нам необходим поворот мышления мирового масштаба!

— Какие доминанты будут определять это новое миропонимание?

— Я не знаю, каким оно будет. Существует фактор времени, который никто не учитывает. Все по привычке думают, что завтра будет как сейчас. Но завтра никогда не бывает таким, как вчера. Я уверен, что через 30 лет реальности, которая нас окружает, не будет. Мир изменится до неузнаваемости. Но все это — если не будет войны. Потому что гигантские перемены происходят в условиях неравенства. Есть очень сильные и есть очень слабые. И в ситуации борьбы за жизненно важные ресурсы, такие как вода, еда, воздух, вероятна абсолютно беспрецедентная война, в которую будут вовлечены огромные военные силы, способные разрушить мир.

Поэтому размышлять в духе капитализма и коммунизма, как это было раньше, нельзя. Это старые системы мышления. Нынешний капитализм мало общего имеет с капитализмом в понимании Маркса. Тогда работала схема «товар — деньги — товар». А мы живем в обществе, где существует модель «деньги — деньги — деньги». Деньги производят деньги. Мы находимся в ситуации, когда валовой мировой продукт составляет порядка 60 триллионов долларов, а циркулирующая денежная масса — в 100 раз больше. Товар не определяет денежную массу. Вся мировая экономика искусственна. Это мыльный пузырь.

— Господин Кьеза, Вы  всю жизнь защищаете Россию. Что ждет нашу страну в обозримом будущем в условиях внешнеполитического и внутриэкономического кризиса?

— Хочу подчеркнуть: иногда мое мышление, мою позицию называют ностальгической. Это совершенно не так. Я размышляю реалистично. Россия исторически (не потому, что у нее есть своя миссия — не бывает «особых» стран и народов, все одинаковы!) оказалась в такой ситуации, что на сегодняшний день она одна может остановить сумасшествие западного мира. И здесь я разделяю старую идею Александра Зиновьева о том, что Запад, в первую очередь Америка, породил сумасшедшее общество. Это особая формация, которая стремится распространиться на весь мир. Она ориентирована на использование других народов, нацелена на насильственное доминирование и в политике, и в культуре. И Россия сейчас единственная страна, которая может остановить это безумие. Об этом я пишу в своей книге «Русофобия 2.0». Это не миссия, это исторический процесс. Поэтому я защищаю Россию как заслон сумасшествию. Таким образом, я защищаю Европу, себя и будущие поколения. Надо остановить Запад.

— Как это сделать?

— Я считаю, что Запад потерял чувство реальности, там верховодят сумасшедшие люди, которые не хотят и не могут адекватно воспринимать  реальность. Единственный способ остановить их — это сделать так, чтобы они испугались. Надо испугать их! Посмотрите, что сегодня творится в  Америке. Госпожа Хиллари Клинтон — фанатик, не способный понимать остальной мир, как и вся Америка. Америка — закрытая структура. Большинство американцев не знают, что существует остальной мир. Не знают, буквально не знают! Только 7 процентов американцев имеют загранпаспорт. Это значит, что 97 процентов жителей Америки никогда не были за пределами своей страны. Их массовая культура ничтожна по сравнению с европейской культурой. Там господствует абсурдная, нереалистичная картина мира. И Соединенные Штаты ведут нас к войне. Поэтому я защищаю Россию как заслон этой агрессии.

— Очевидно, что России уготована нелегкая роль. Есть ли у нас союзники в мире?

— У вас 6 миллиардов союзников! Это все остальное человечество, которое живет в другой — не американской — реальности. Так называемые «западные ценности» для них либо неизвестны, либо неинтересны. Полтора  миллиарда китайцев живут в другом мире, с другим ощущением времени и пространства. А думать о том, что Запад может захватить 6 миллиардов, не приходится. В противном случае это будет конец мира.

Но есть и другой фактор. Если мировая промышленность будет развиваться прежними темпами, уровень мирового океана к концу века поднимется на 6 метров. Миллиарды людей придут в движение. В течение одного поколения смешаются нации и культуры, и начнется война. Поэтому надо остановить это безумие. Россия и Китай — единственные страны, которые на это способны. Россия имеет все необходимые ресурсы, военный потенциал РФ сейчас восстановился, и слава Богу, что Путин сумел это сделать! Иначе ему пришлось бы сдаться.

Повторяю, все, что происходит сейчас, — это подготовка к войне против России. Потому что Западу необходимо сломать вашу страну. Если Россия сдастся — я считаю это невероятным, но если это произойдет — следующим будет Китай. И тогда мировая война станет неизбежной. Я драматизирую, но драматизировать необходимо! Потому что «золотой миллиард» не понимает опасности. А вся система мировых СМИ в руках этих сумасшедших людей.

— Европа находится под прессингом США?

— Под полным! И не только информационным. Все европейские руководители находятся под шантажом. Они несвободные люди и принимают решение под давлением США. Никто в Европе не хочет санкций против России. 100 процентов предпринимателей Италии против них. Но руководство не может ослушаться Вашингтона. Попробуй сказать «нет» — и начинается терроризм, как в Париже и в Бельгии. Но кто устроил эти теракты? ДАИШ (запрещенная в РФ террористическая организация) — это иллюзия. Все думают, что это исламский терроризм. Но чтобы создать армию в 50 тысяч человек, которая разрушила пол-Ирака, нужны громадные средства.

— ДАИШ — творение США?

— Безусловно. ДАИШ — дело рук Запада. Запад в прямом смысле помог этой организации родиться на свет, он финансировал ее через своих союзников — Саудовскую Аравию, Катар, Турцию…

— С какой целью создавали ДАИШ? Это попытка «расшатать» Европу?

— Да, попытка испугать Европу, поставить ее в зависимое положение от Вашингтона и заставить просить защиты у Америки от терроризма.

— Вы создали комиссию по расследованию событий 11 сентября 2001 года. Что произошло в тот день?

— Уже тогда я осознал, что произошел поворот в истории. Люди на Западе, которые тогда управляли ситуацией, поняли, что эпоха подходит к концу и нужно менять соотношение сил, чтобы удержать контроль над миром. Они создали предпосылки. После этого мир изменился моментально. Пришли новые формы террора. 11 сентября 2001 года Запад начал собственный террор под флагом борьбы с терроризмом.

— Имела место провокация? В таком случае это преступление в первую очередь перед своим народом?

— Абсолютно! И это преступление против всего мира! Только этого рядовому гражданину разглядеть невозможно. Это повторение в новой форме старой системы колонизации. Это насилие в мировом масштабе. Ломаются целые государства, убивают их руководителей. Милошевич, Хусейн, Каддафи… Хотят убить Башара Асада. Хотели убить Путина. Это явно написано в их планах. Им важно устранить Россию.

— Каково Ваше отношение к личности Владимира Путина?

— Ситуацию он оценил не сразу. Но после пяти лет президентства понял, что положение сейчас «или — или»: или я продолжаю курс Ельцина, и тогда Россия становится заложником Запада, или я восстанавливаю силу России для ее же защиты. Не уверен, что он с самого начала осознавал кризис в мировом масштабе, но сейчас он его понимает. Я вижу это по его глазам во время международных выступлений, вижу, что он озабочен, и держится он очень хорошо. Он холодный, рациональный человек. То, что сейчас нет войны, — его личная заслуга. После Украины он крепко держал ситуацию в руках и действовал блестяще.

— Стоит ли в России ждать Майдана?

— Нет, это иллюзорные страхи. Это план Запада, который хочет сломать Россию и Путина лично, но из этого ничего не получится. Потому что Запад не понял, что случилось. После событий на Украине закончилась эпоха. До этого Россия и весь «русский мир» как будто жили в иллюзии, что Запад — это хорошее место, «империя добра». Теперь же русские люди поняли, что на них направлена немыслимая атака. Почему на Украине убивают русских людей? Почему там продолжается расистская, ксенофобская война, которая проходит под аплодисменты всего западного мира? Русские осознали, что не все так просто.

— Каковы перспективы российско-украинских отношений? И как будет развиваться ситуация в Сирии?

— Сейчас существуют три фронта. В Сирии ситуация будет усугубляться. На Украине тоже все еще не закончено. Третий фронт Запад создал искусственно — Прибалтика. Здесь готовится подготовка агрессии против России.

— В 2014 году Вам был запрещен въезд в Эстонию. Вы обжаловали это решение?

— Меня арестовали в Таллине 13 декабря 2014 года. Я был объявлен лицом, представляющим опасность для эстонского государства, и мне запретили въезд в эту страну на месяц. После этого я не получил никаких извинений, хотя уже три раза обращался в судебные инстанции Эстонии. Теперь я намерен обратиться в международный трибунал в Страсбурге.

Эстонские власти обвинили меня в поощрении геноцида эстонского народа. Как Вы понимаете, это очень серьезное обвинение. Очевидно, что это был трюк, чтобы сорвать мое выступление на конференции в Таллине. После этого, уже в январе 2015 года, я вернулся в Эстонию, но нам запретили проводить  конференцию в столице, и ее пришлось перенести в маленький провинциальный город. Я участвовал в ней, чтобы показать, что не признаю оценки эстонских властей. И сейчас в защите своего доброго имени я дойду до конца. Это моя принципиальная позиция.

В момент ареста я сказал эстонским милиционерам: «Вы арестовываете меня в моем доме, вы совершаете преступление против закона справедливости, который формально торжествуют в Европе. Поэтому я вправе считать, что Эстония находится вне юридического поля Европы». Вне этого поля сейчас находятся Эстония, Латвия, Литва и Польша. Их правоприменительная практика вне допустимого. Эти четыре  республики живут в другом мире. Европа родилась в борьбе с нацизмом, а эти страны продуцируют насилие. Неслучайно эти республики первыми поддержали переворот на Украине. Неслучайно именно оттуда в Киев направились люди, которые аплодировали нацистам. Мой процесс должен стать поучительным. Эстонские власти будут держать ответ перед всей Европой. Это будет интересная проверка. Ждем октября.

— В завершение нашей беседы вопрос о Вашей личной жизни. Мы ничего не знаем о Вашей семье. Чем занимаются жена, дети?

— Моя жена — журналист, как и я, работает в газете «Республика». Моему сыну 21 год, он музыкант, пианист. Он выбрал свой путь, отличный от нашего. Он выбрал искусство, и я этому очень рад. Я думаю, что искусство — это то пространство, где он сможет свободно развиваться.

https://izborsk-club.ru/18351