Снимки как будто рентген; никто не бросает таких проницательных взглядов.
В прошивке сознания - наши с тобой голоса,
и в дождливые дни
жду раскатов и молний -
средства связи с самим же собой, заглушать децибелы фантома.
Две птицы страдают от голода, запертые на чердаке;
бедствие терпит последний в живых пехотинец.
Обвитый тобою и
полузадушенный,
посмертно себя заношу в список прибывших в пункт назначения -
этот жалкий десант миротворцев...
Стены и крыши в воде, я промок; ты сгораешь одна в темноте,
запрещая мне даже мечтать,

в моём небе летит самолёт,

улетай поскорее
- одними губами, под ноги себе.

Путая твой силуэт с термоядерной бомбой, стреляю себе по привычке в висок,
никогда не жалея о прошлом.
Скоро закончится всё, я дарю себе смысл:
колечко гранаты,
ксерокопией глупой вставая с постели
назавтра.