Классный разбор!

В новогодние и предновогодние дни по всем телеканалам зомбоящика из года в год повторяется одна и та же программа — выступают артисты, которые уже 30 лет назад были немолодыми, увешанными орденами заслуженными исполнителями, поются песни пятидесятилетней давности, в шестидесятый раз шутятся одни и те же шутки про дефицит и хозрасчёт, и полумёртвый Масляков вновь начинает КВН. Именно так выглядит «стабильность» в представлении дорвавшихся до власти престарелых комсомольцев, душа которых осталась где-то в 1976-м году, а бренное тело по какой-то непонятной причине коптит небо в XXI веке.

Частью «телевизионной стабильности» является и целый сборник советских «новогодних фильмов» — которые заканчиваются всегда на мажорной ноте и призваны создавать послевкусие в стиле «ах, в какой великой стране мы жили! Все были румяные, радостные, двери никогда не закрывались, жили дружно зато бедно, и какое же вкусное было мороженое!». Фильмы показываются в тридцатый, сороковой, сотый раз — так, словно страна продолжает жить в каком-нибудь 1976-м году

Одним из таких «классических новогодних фильмов» стала лента «Ирония судбы, или с лёгким паром» — которую многие по какой-то ошибке до сих пор продолжают считать «шедевральной лентой». Лично я не люблю это кино и считаю, что его можно смотреть только в качестве примера косячных отношений детей из неполных семей и в целом антипримера судьбы советского алкоголика, который разворачивается на фоне достаточно мрачного семейного бэкграунда.

Итак, в сегодняшнем посте — разоблачение главного советского новогоднего «шедевра» под названием «Ирония судьбы, или с лёгким паром».

История создания «шедевра».

Читать далее