Такахе — воистину удивительный птиц. И не из-за её названия, оперения или клюва, всё куда интереснее. Эта цветастая курица троллила учёных целый век, а в итоге вообще воскресла из мёртвых!

3 раза!

Сейчас нашу героиню можно найти лишь на земле хоббитов, в Новой Зеландии, и то не везде, а только на её Южном острове, в горах. Если нелёгкая занесла вас в эти края, и вы таки встретились с такахе — честь вам и хвала. Птица мало того что скрытная, так ещё и редкая — в дикой природе их всего 420 штук.

Но так было далеко не всегда. Пару миллионов лет назад птица жила на всём острове. Людей в Новой Зеландии долго не было, хищников — тоже, поэтому такахе перестала летать. Вместо этого она перешла на наземный образ жизни: отрастила крепкие ноги, чтоб быстро бегать и резво таскать полуметровую тушу, нарастила массу до 3-4 кг — ведь когда тебе не нужно думать о том, как поднимать свои телеса в небо — жрать можно сколько угодно!

Первые люди, заселившие остров, были несказанно рады, что новые земли кишели нелетающей курятиной. Одной птицей они убивали сразу двух зайцев: мясо быстро фасовали на баскет-дуэт из KFC, поедая его на завтрак, обед и ужин, а перья пускали на всевозможные цацки.

Но это еще не всё. Болота, где славно резвились эти синие куропатки, люди превратили в пастбища. Султанкам пришлось бежать в горы, а жизнь там ни разу не сахар. С наступлением холодов можно дать дуба от мороза, да и в сугробах колупаться тоже не особо прикольно. Приходится каждый год кочевать в леса. Благо, что в еде птица неприхотлива: кушает траву, насекомых, злаки, да что угодно, господи, лишь бы выжить. К тому же, живут такахе в группах, так что делать нелёгкое бремя вместе — легче.

Планомерная охота и уничтожение болот приводило к тотальному вымиранию вида. К моменту приезда европейцев в 19 веке от такахе остались лишь легенды. Их то местные и рассказывали белым путешественникам. Так продолжалось до тех пор, пока белые люди нарыли уже реальные останки. И понеслась…

Наученные горьким опытом, птицы на глаза учёных попадаться не хотели. В 1849 года новозеландский натуралист Уолтер Мантелл нашёл нашу цветастую курицу, но уже в готовом к употреблению виде. О том, что перед учёным предстала именно такахе поведали те, кто её, в общем-то, поймал. Уолтеру ничего не оставалось, кроме как отобрать у варваров сальные косточки и отдать на изучение родственнику-палеонтологу, Гидеону Мантеллу. Спустя ещё 2 года Гидеон пошёл сам искать птицу, но, как и брат, наткнулся лишь на останки плотного обеда аборигенов. По итогу учёные плюнули и занесли такахе в список вымерших животных.

Но птица и не думала останавливать свой пранк. Спустя 28 лет нашу героиню таки нашли живой. Ну… почти. Её загрызла охотничья собака. Казалось бы, исчезнувший вид воскрес! Только вот после этого такахе вновь исчезла. Учёным ничего не оставалось, кроме как опять занести птицу в Чёрную Книгу. Но самый прикол в том, что через 20 лет ситуация повторяется точь-в-точь! Снова птица погибает от собачьих лап, снова её не находят долгое время, и снова такахе умирает в глазах учёных. Занавес.

И лишь в 1948 году врач Джеффри Бакленд Орбелл отправился на поиски птицы. В этот раз он учёл неудачный опыт прошлых походов — он отправился на поиски нашей героини без собак. И, о чудо, легендарную птаху Джеффри нашёл в долине гор Мерчисон, недалеко от озера Те-Анау.

С этого момента и начинается история сохранения вида. Неудачливая кура находится под крылом новозеландского департамента по охране природы. Клочок земли, на котором каким-то чудом сохранились такахе находится под надзором и защитой, так что теперь от доставучих учёных пернатому не скрыться. Но оно и к лучшему, ведь они занимаются разведением вида и восстановлением численности.

Проходит это на редкость успешно, популяция медленно, но верно восстанавливается. Если интересуют подробности, то вот они. Самец своими крыльями-культяпками завлекает самку приговаривая «клауп-клауп». Она смотрит на него, оценивает и, если парень ей приглянулся, отвечает ему трехсложным «та-ка-хе» (теперь вы поняли, от куда пошло название птицы, да?). Другому прошептать этих три заветных слога самочка больше не сможет. Ведь птицы эти моногамны.

В октябре пара строит громоздкое чашеобразое гнездо из травы, где месяц будет высиживать 3 яйца. Родители клепают детишек с запасом, ведь зиму переживёт всего 1 ребятенок. Зато проживёт он аж 20 лет. А с новой новозеландской политикой и того больше.

Источник