Разводились боги и люди, духи и литературные герои. Развелся египетский бог земли Геб с богиней неба Нут. Разводился, ссылая жен в монастырь, Иван Грозный. Хотел развестись с Анной Карениной ее муж Алексей Александрович Каренин. В общем, разводы существовали всегда, но мы сегодня решили рассказать о том, как относились в такому явлению у «нас»: начиная от истории Древней Руси и заканчивая современной Россией XX-го века.

«Семейный раздел». Максимов Василий Максимович (1844−1911) 

Как именно разводились на Руси до ее крещения, сегодня доподлинно неизвестно. Известно только, что разводились, причем, судя по всему, достаточно активно — даже христианство не смогло положить этому конец и вынуждено было с этим как-то сообразовываться. Начиная с одиннадцатого века руководство семейными делами на Руси было передано Церкви. «Устав князя Владимира Святославича о десятинах, судах и людях церковных», изданный на рубеже тысячелетий, передает в ведение церковного суда многочисленные категории дел, в том числе о ведовстве и еретичестве, незаконных связях и изнасилованиях. Как именно должен был пастырь мирить или разводить поссорившихся супругов, князь Владимир умалчивает. Но об этом более подробно говорится в первом письменном своде законов — «Уставе князя Ярослава о церковных судах», который был издан в середине одиннадцатого века и расширен преемниками князя. За самовольный развод с женой «Устав» предлагал карать мужа рублем или гривной, причем сумма менялась в зависимости от социального статуса супругов. Интересно, что сумма, которую получала жена «за сором», совпадала с суммой, которую получал митрополит, хотя он «сорому» и не терпел.

А вот за развод по взаимному согласию штрафовали по-разному, в зависимости от того, был ли брак венчанным. Развод невенчанных супругов стоил шесть гривен, венчанных — двенадцать. Впрочем, в те годы простой народ на Руси в основном жил в невенчанных браках — Церковь этому не препятствовала и такие браки признавала. 

«Устав Ярослава» запрещал разводиться с женой, которую поразил «лихой недуг», слепота или «долгая болезнь». С больным мужем тоже нельзя было разводиться. Не рекомендовалось также разводиться с женами, которые были изобличены в чародействе, волшбе и изготовлении зелий, — таковых жен мужьям надлежало воспитывать. Побои, наносимые мужу женой, не рассматривались как причина для развода.

«Устав» предусматривал и законные причины для развода — все они были связаны с провинностями жены. Так, мужу следовало бросить жену, которая, узнав о готовящемся покушении на князя, не сообщила об этом своему супругу. В числе прочих причин были доказанное прелюбодеяние, покушение на убийство мужа или недонесение о готовящемся на него покушении, а также воровство у мужа. 

У жен, живших по «Уставу», не было права не только на игрища, но и на развод. Значительно либеральнее подходили к этому вопросу новгородцы: они разрешали женщинам разводиться с мужьями-импотентами. Кроме того, если муж «начнет красть одежду жены или пропивать», развод новгородцами не поощрялся, но допускался: обворованная жена могла купить себе свободу ценой трехлетней епитимьи. И наконец, та же епитимья разрешала проблему, «если будет очень худо, так, что муж не сможет жить с женой или жена с мужем».

Иногда мужья отсылали жен под самыми неожиданными предлогами. Так, в середине четырнадцатого века великий князь Владимирский и Московский Симеон Гордый развелся, уверяя, что жену «испортили» на свадьбе и ночью она кажется ему мертвецом. Впрочем, второй муж Евпраксии, фоминский князь Федор, ничего подобного за женой не заметил и благополучно родил с ней четырех сыновей.

Документы пятнадцатого века свидетельствуют, что развод разрешался, «аще муж не лазитъ на жену свою без совета» и «аще муж на целомудрие своей жены коромолит» — то есть клевещет. При этом, если в семье были дети, муж должен был оставить им и жене все свое имущество.

Если говорить о формальностях, то развод, при котором один из супругов постригался в монастырь, обычно сопровождался заключением специального документа — «разводной записи», в котором супруги расписывались в своем взаимном согласии. Впрочем, уделом разведенной жены в семнадцатом веке не обязательно становился монастырь.

В начале восемнадцатого века петровские реформы, всколыхнувшие самые основы государства, не обошли и семейное законодательство. С этого времени процедура развода усложняется, через некоторое время развод по взаимному согласию попадает под запрет. Правда, у жен теперь была вполне реальная возможность избавиться от мужа, обвинив его в жестоком обращении, но это вело не к разводу, а только к разлучению супругов. Отделаться от первого мужа таким способом было возможно, а вот обзавестись вторым — нет.

Новшеством стало провозглашенное указом Петра I прекращение брака с лицами, осужденными на вечные каторжные работы. Петр весьма логично обосновал свое постановление: ссылка приравнивалась к гражданской смерти, поэтому ссыльный становился «подобно якобы умре», а значит, и супруг его автоматически приравнивался ко вдовцу или вдовице. Неспособность одного из супругов к брачному сожительству признавалась уважительной причиной для развода, но ее приходилось долго доказывать. Основной причиной, по которой Церковь в синодальный период (с 1700 по 1917 год) допускала развод, было прелюбодеяние, причем не только жены, но и мужа (раньше муж отделывался епитимьей). Практическая невозможность разойтись по любой другой причине, кроме прелюбодеяния, толкала супругов на необходимость выслеживать друг друга и поливать грязью.

Невозможность получить законный развод привела к тому, что в восемнадцатом веке среди низших слоев населения получили распространение так называемые «разводные письма», которые не имели юридической силы, но все же придавали фактическому разрыву супругов какую-то видимость приличия в глазах окружающих. Супруги подписывали эти письма друг для друга, после чего порой вступали в новый «брак», который не признавался ни законом, ни Церковью, но иногда признавался друзьями и родственниками. Это было продолжением традиции, идущей еще со времен Ярослава. Нередко случалось, что такие письма, вопреки указам Синода, оформляли для своих прихожан сами священники. В 1730 году Синод издал указ, в котором осудил эту практику и пригрозил нарушителям «тяжким штрафом и лишением священства». 

По переписи 1897 года, на 1000 женатых мужчин приходился 1 разведенный.

Число разводов постепенно росло, однако вплоть до революции 1917 года оставалось ничтожным по сравнению с общим количеством браков. На страну с многомиллионным населением в 1840 году приходилось 198 разводов, в 1880 — 920, а в 1890 — 942. Согласно данным переписи 1897 года, на 1000 женатых мужчин приходился один разведенный, а на тысячу замужних женщин — две разведенные, хотя фактически распавшихся семей было во много раз больше.

Российская православная церковь значительно расширила права супругов на развод практически одновременно с советской властью (на соборе 1917—1918 годов).

Поместный Собор Российской Православной Церкви 1917−1918 г. 

После Октябрьской революции 1917 года, в рамках проведения реформы семейного законодательства, был принят важнейший законодательный акт в истории разводов — декрет «О расторжении брака», на основании которого бракоразводные дела изымались из компетенции Церкви и передавались в ведение местных судов. Дела о разводах отныне могли возбуждаться по одностороннему заявлению супруга. 

Когда новые церковные законы еще только обсуждались, член Поместного собора, крестьянин из Ярославской губернии Н. Г. Малыгин, сказал: «Не губите деревни принятием этой статьи; там эта статья совершенно неприменима. Если принята будет эта статья, то в деревне хоть каждый день разводись». Подобной точки зрения придерживался и крестьянин из Олонецкой губернии, член отдела церковной дисциплины А. И. Июдин — он опасался, что «теперь мужья будут нарочно избивать жен, чтобы те подали на развод, и заявил, что свобода разводов приведет к служению антихристову.

С 1926 года процедура расторжения брака еще более упростилась. Браки расторгались прямо в органах ЗАГСа, причем без обязательного присутствия второго супруга. Однако уже в 1944 году процедура развода вновь ужесточилась. Теперь брак, как и в былые времена, расторгался в судебном порядке, причем суд имел право отказать в удовлетворении такого иска, даже если на разводе настаивали оба супруга. Дела о расторжении брака рассматривались сначала народным судом, призванным принять меры к примирению супругов, а затем судом второй инстанции, рассматривавшим вопрос уже по существу.

С 1969 года процедура развода снова стала либеральной. Теперь брак можно расторгнуть через орган ЗАГС, и лишь при отсутствии согласия второго супруга, наличии в семье несовершеннолетних детей и некоторых других обстоятельствах спор о расторжении брака разрешается судом. 

Сегодня в России «развестись» нельзя вообще, и термина «развод» не существует. Вместо него говорят: «Расторжение брака». Особой разницы нет, тем не менее слова «развод» в Семейном кодексе РФ вы не найдете. А расторгнуть брак достаточно просто — проще, чем в большинстве стран мира. При взаимном согласии супругов и при отсутствии детей это можно сделать через ЗАГС. Остальные должны обращаться в суд. В 2007 году в нашей стране на тысячу человек населения пришлось 4,8 развода. В 2007 году в России из всех зарегистрированных пар 26% мужчин и 25% женщин вступили в брак повторно.

Сегодня развод уже не воспринимается как жизненный крах. Тем не менее мы желаем, чтобы ваше знакомство с разводами ограничилось лишь этим чтением. Но если уж вам выпадет судьба развестись — не расстраивайтесь сильно. Вся история человечества — это в том числе история разводов.