Мэг очень даже нравится. Я рада, что ты взялась за продолжение. Урааа!!! Наш волченок вернулся. И даешь беременного Динушку))))))

какое чудо, очень порадовалась за ребят, а Крипке, кажется, что-то замыслил-)))хад:)

Мне жаль, но какой-то глюк удалил предыдущую проду и комменты к ней. Простите меня все.

Всем, кто меня читает и ждёт проду: спасибо!


Глава девятнадцатая: Четыре пера.

Обстановка в берлоге Винчестеров напоминала бомбоубежище образца второй Мировой войны, когда снаряды обрушивались один за другим и уничтожали всё на своём пути: города, маленькие посёлки, церквушки и храмы. Дин рвал и метал, он пребывал в такой ярости, что сложно описать словами. От напряжения у него вздулась вена на шее, а глаза полыхали гневным огнём. Бобби пытался спасти положение, но когда дело касалось Сэма, охотник всегда становился неуправляемым, так что у Сингера ничего не вышло, он только ещё больше разозлил охотника, когда попытался спрятать перепуганного таким напором зеленоглазого чуда мальчишку к себе за спину и утихомирить старшего. Тот лишь огрызнулся в ответ:
— У тебя бывают видения, а ты решил рассказать нам об этом только сейчас?!
— Я не думал, что это важно, — Майкл сжался под взглядом охотника.
— О чём ты вообще думал?!
Бобби решил, что пришло время вмешаться, он отпихнул мальчишку от охотника, ухитрившегося таки до него добраться, на диван, а Дина толкнул в кресло:
— Прекратите истерику, вы оба!
В комнате на какое-то время наступила оглушительная, потрескивающая тишина, слышно было только тиканье часов, висящих на стене, да испуганное дыхание блондина. Он, и правда, не подумал о том, что его молчание может причинить кому-нибудь вред, раньше такого никогда не случалась. Его жизнь очень долго напоминала ад, и даже хуже, с тех самых пор как умерла мать... Ужас преследовал его по пятам, хотя он делал всё, чтобы этого избежать. Дин бросать на него злые взгляды, и если бы они могли убивать, несчастный Майкл давно был бы мёртв.
— Он скрыл от нас важную информацию.
— Дин, прекрати немедленно. Так ты Сэму не поможешь, тем более, мы даже не знаем, что случилось, — Бобби предупреждающе поднял руку, не давая старшему Винчестеру себя перебить, — Майкл, расскажи нам всё, что знаешь. Только ничего не скрывай.
Мальчишка виновато всхлипнул и дёрнул плечами: переживать всё это вновь очень не хотелось, но другого выбора у него не было: охотники бы всё равно не оставили его в покое до тех пор, пока не узнали всю правду.
— Я честно не думал, что это важно... Простите.
— Понимаю, — кивнул Сингер.
— Просто... Моя жизнь давно превратилась в дешёвый фильм ужасов. Когда мне было три года, умер отец, все говорили, что произошел несчастный случай, но я уверен в том, что его просто-напросто убили. Мы с матерью прекрасно жили вдвоём, она меня любила, заботилась обо мне, но в один прекрасный день всё круто изменилось: мама начала пить, не могла остановиться. В ход шли все известные мне горячительные напитки: даже дешёвый палёный ром, котором побрезговал бы и бездомный бродяга. Откуда-то она откопала некого Доджа, утверждала, что он мог её помочь избавиться от кошмаров, постоянно повторяющихся, уродующих и без того слабую психику моей мамы. Именно из-за кошмаров и начала пить.
— Твою мать мучили кошмары? — Дин немного подался вперёд, заинтересовавшись словами мальчишки.
— Да, ей постоянно снился человек с жёлтыми глазами, он твердил, что у него есть планы на меня, и однажды он придёт и заберёт то, что принадлежит ему.
— Желтоглазый ублюдок, — прошептал Винчестер.
— А Джодж, он не человек.
— В каком смысле? — удивился охотник.
— После того, как они поженились, он почувствовал, что в состоянии безнаказанно издеваться над нами, он принялся избивать маму, угрожать мне. И я клянусь, что неоднократно видел, что у него абсолютно чёрные глаза. Я пытался убедить маму в этом, но она мне не верила. А потом... — голос мальчишки задрожал, — она напилась в очередной раз, и ублюдок столкнул её с лестницы, обставив всё так, будто произошёл несчастный случай. Я видел, как упала мама, я бросился, чтобы ей помочь, но... она была уже мертва. А Джодж, он припечатал меня к стене, даже не прикоснувшись, и заявил, что мне лучше быть послушным мальчиком, иначе он и от меня избавится.
Майкл не выдержал и расплакался, уронив голову на руки, слёзы жгли глаза, воспоминания до сих пор причиняли нестерпимую боль, невозможность что-либо исправить и невосполнимая утрата разрывали сердце. И дополнял эту горькую смесь ядовитый страх, всепоглощающий, уродливый.
— Значит, твой отчим — демон? — прошипел Дин.
Блондин лишь громче всхлипнул в ответ.
— Я не понимаю только одно, что с видениями?
— Около двух дет назад я начал видеть вещие сны, правда, мне никто не верил, но то действительно так: мне приснилось, что кошку Миссис Финеган переедет машина с канадскими номерами. Так и случилось. Уже позже я стал видеть наяву: несчастные случаи, умирающих людей, картины чуть ли не судного дня. Это ужасно!
— Ты как-то связан с Желтоглазым, — заключил старший Винчестер, в голосе его ослышались металлические нотки.
— Я не просил об этом!
— Мы не сомневаемся в этом, так ведь, Дин? — с нажимом произнёс Бобби, чеканя каждое слово.
— Да уж.
— Дин.
— А что такое? У него бывают видения, Желтоглазый является его матери во сне и заявляет, что у него на мальчишку планы. Отчим Джодж — демон. Наверняка блондин — один из тех одарённых деток, которые должны обратиться во зло.
— И этого говоришь ты? — настала очередь Сингера удивляться, он не мог понять, какая муха укусила старшего, и что заставило его так резко изменить своё мнение о мальчишке, который не сделал им ничего плохого.
— Не вижу ничего странного.
— Дин, твой брат — оборотень. И у него тоже были видения до того, как звероподобная тварь его укусила.
— Это другое.
— Почему же? Потому что Сэм, твой брат?
В комнате снова повисла гнетущая тишина, охотник силился что-то сказать, но не мог подобрать подходящие слова для того, чтобы выразить всё, что чувствовал. Внутри него будто сломался какой-то стержень, который раньше помогал быть сильным и уверенным в себе. Просто хотелось по-детски расплакаться и упасть в объятия брата, но волк находился далеко. Очень.
— Может, хватит уже? Пока вы тут выясняете отношения, оборотень находится на грани, — Майкл, наконец, немного пришёл в себя и решительно поднялся с дивана, привлекая внимание Дина.
— Что с ним?
— Я уже говорил: что-то плохое.
— Конкретнее можно?
— Он спас меня от Джоджа, но сам...
— Говори уже.
— Существо, которое находится в теле моего отчима...
— Демон, — подсказал Бобби.
— Я видел, как оно убила доктора, о котором говорил оборотень, Крипке, кажется, и организовало ловушку для волка. И тот в неё попался. Если не помочь Сэму, он умрёт.
Дин вскочил с кресла, забыв о собственных ранах и слабости, всё остальные мысли вылетели у него из головы, осталась только одна: спасти брата любой ценой. Не дать ему умереть. Он не мог потерять ещё и Сэма. Только не это. Пожалуйста, нет. Только не Сэмми. Это всё, что у него осталось.
Охотник метнулся к двери, но Бобби преградил ему путь и ухватил за плечи:
— Ты куда собрался?
Дин попытался выбраться из его захвата:
— Я должен спасти Сэма.
— Не неси чушь. Ты не в том состоянии, чтобы кого-то спасать.
— Уйди с дороги.
— Дин...
— Я сказал: прочь с моей дороги!
Бобби не стад дожидаться, пока у старшего из двух сумасшедших братиков начнётся истерика, он заехал Винчестеру кулаком в челюсть, и когда Дин упал на пол, зашипел:
— Да послушай же ты меня! Ты ничем не сможешь помочь Сэму, а сделаешь только хуже.
— Нет, я...
— Да. Ты будешь беспомощной обузой. Станешь лишь мешать мне. Поэтому, ты остаёшься дома и присматриваешь за Майклом до тех пор, пока я не разберусь с демоном. Тебе ясно?
Винчестер упрямо сжал челюсть, но всё же кивнул: мысль о том, что он не в состоянии позаботится о Сэме, занозой засела в мозгу, хотелось биться головой о стену и желательно так, чтобы расколоть её. Он должен был спасти брата, но не мог справиться даже с собственным другом. Что он за старший брат такой? Ничтожество! Ребёнка потерял, Сэма упустил. Не бывать этому!
— Дин, пожалуйста. Дай мне сделать всё как надо.
— Хорошо.
— Что?
— Что слышал, иди и спаси Сэмми.
— Вот так просто?
— Так просто.
Сингер прекрасно понимал, что существовал какой-то подвох, что Дин никогда не отступал без борьбы, особенно, если дело касалось любимого младшего братишки. Тем более, если это касалось любимого младшего братишки... Но оставалось очень мало времени, и терять его на глупые препирания было совсем не целесообразно, поэтому Бобби только кивком указал Майклу на Винчестера, без слов спрашивая помощи, и вышел, чтобы взять необходимое оружие. В этот момент Дин поднялся на ноги и, бросив на мальчишку предостерегающий взгляд, вышел за дверь. Тот не стал его останавливать.
Старший очень скоро обнаружил, что Сингер предусмотрительно отобрал у него ключи от Импалы, поэтому пришлось довольствоваться стареньким Фольксвагеном - Жуком. Ужасно: Дин Винчестер за рулём этого посмешища, да ещё и заводит его с помощью соединения проводков, но чего не сделаешь ради брата.
Машина с громким скрипом и грохотом тронулась с места, поднимая облако пыли. А охотник вознёс хвалу сексуального активности младшего: каждый раз, когда Дин порывался выкинуть едва чихающую развалюху на свалку, Сэма жутко пробирало, у него вставало так, что штаны грозили разорваться на самом интересном месте. Становилось не до машины. А всё из-за того, что старший выглядел невероятно возбуждающе на фоне зеленого уродца.
Когда Бобби вернулся в дом, он застал лишь Майкла, сидевшего на диване, поджав под себя ноги.
— А где Дин?
— Отправился спасать брата.
— И ты его отпустил?!
— А что я должен был сделать?
— Позвать меня.
— И что бы ты сделал?
— Я бы остановил его.
— Как?
— Какая разница?! Он едва на ногах стоит. Он погубит и себя, и брата!
— Он не мог поступить иначе.
— Да что ты говоришь!
— Бобби, чтобы ты сделал, если это был твой брат?
— Какое это имеет отношение к Дину?
— Просто ответь. Чтобы ты сделал, если бы это был Боб?
Сингер задумался ненадолго и тяжело вздохнул:
— Я бы всё равно отправился его спасать.
Майкл улыбнулся:
— Дин любит Сэма. Он сделает всё, чтобы его вытащить.
— Это-то меня и пугает. С чего бы демону заманивать в ловушку просто оборотня.
— У тебя есть идея?
— Кое-какая.
— Расскажешь.
— Нет.
— Бобби!
— Замолчи уже! Ты помог Дину уйти.
Майкл надулся.
— И как Дин собрался добраться до Сэма? Пешком? Я же забрал ключи от Импалы.
— Я думаю, он реанимировал того пучеглазого уродца, который стоял перед домом.
Если бы всё не было так печально, Сингер обязательно посмеялся.

Вер! Спасибо!

LI 7.05.22

Diana77, спасибо! По ходу, ты одна меня читаешь)

Глава двадцатая: Красавица и чудовище.

Дорога до лаборатории Эрика Крипке показалась Дину вечностью, и, не смотря на то, что он вжимал педаль газа до упора, заставляя старенький автомобильчик идти на пределе своих возможностей, всё равно складывалось ощущение, что они топчутся на месте, и никогда не преодолеют расстояние, отделяющее его от Сэма. Охотник будто вновь оказался на краю глубокой пропасти, мрачной и практически бездонной, а над его головой кружили чёрные вороны - падальщики, готовые в любой момент заклевать его до смерти. Если с его волчонком что-нибудь случиться... Охотник не собирался жить без брата, ни за что. Если оборотень не выберется живым из этой передряги, Дин Винчестер, не задумываясь, приставит винтовку в голове и нажмёт на курок. Потерять Сэмми, всё равно, что вырвать из груди сердце без всякой анестезии, медленно, дюйм за дюймом, истекая кровью
Для старшего Винчестера смысл жизни всегда заключался в заботе о ком-то. Ещё с малых лет этим кем-то был Сэм, смешной пузатый карапуз, который радостной аукал, когда видел старшего. Ещё мелочь любила надувать из слюны большие пузыри и похрюкивать от удовольствия, когда отец брал его на руки. Были у младшего и плохие привычки, например, плакать ночи на пролёт, если болел живот, не давая никому спать. Джон выглядел уставшим, когда сидел на стуле, склонившись над кроваткой мелкого, пальцами поглаживая его круглое детское пузико. А Дин лежал на кровати, накрывшись одеялом с головой, и мечтал только об одном: чтобы мама с её чудесной доброй улыбкой и мягким голосом была рядом и успокоила надрывающегося карапуза. У неё это всегда отлично получалось.
Чем взрослее становился Сэм, тем больше он привязывался к брату. Когда младшему исполнился год, и он принялся упорно осваивать пространство мотельной комнаты собственными ногами, любимым его развлечением было вцепиться в штанину старшего брата, поставить свои крошечные ножки ему на ботинок и таким образом перемещаться с место на место. Или разговаривать на каком-то своём языке, преданно и с любопытством заглядывая брату в глаза.
Дин, как и все дети, сначала был не очень рад появлению конкурента в своём маленьком уютном мирке, ему казалось, что плачущий карапуз способен отнять у него маму, но потом, после пожара, когда погибла мать, а отец с остервенением заливал горе виски и текилой, всё кардинально изменилось: кроме маленького, вечно голодного и пахнувшего молоком из бутылочки комочка, у старшего никого не осталось. И хотя отец вовремя остановился, и вновь принялся заботиться о своей полуразрушенной семье, перенесшей невосполнимую утрату, Дин, к тому времени чётко усвоил, что Сэм принадлежит ему, и больше ни с кем он малышом делиться не собирался.
Он ненавидел учителей в школе, который заставляли растерянного кроху писать сочинения на тему "Моя мама", а Сэм потом плакал, не понимая, почему маму бросила их, ненавидел сотрудников социальных служб, вечно сующих нос не в своё дело и пару раз предлагавших Джону Винчестеру временно поместить младшего сына в пансионат, где о нём будут хорошо заботиться. И тогда он первый и последний раз воспылал ненавистью к своему отцу, потому что Джон серьёзно задумался над этим предложением. Будущий охотник взял брата за руку, и они сбежали. Сэму было два, а Дину — шесть. Конечно, Джон нашёл их почти сразу и отругал, но старший не желал признавать свою вину, он был абсолютно уверен в том, что всё сделал правильно, потому что мелкий — единственное сокровище, принадлежащее только ему. Отец, выслушав сбивчивую гневную речь сына, и рев младшего, решившего, что папа хочет отшлепать любимого Динни (ох уж эти мелкие!) и заливавшегося на всю комнату, тяжело вздохнул и объяснил, что не собирался оставлять Сэма, что у него и в мыслях такого не было, что Дин старший и должен понимать последствия своих поступков. Кое-что Винчестер из того разговора всё же усвоил: если хочешь забрать мелкого, всегда держи при себе оружие, которым будешь отбиваться от врагов.
И теперь, мчась на всех скоростях спасать любимого младшего брата, Дин впервые в жизни вспомнил молитву, которой его ещё ребёнком учил пастор Джим. Он не знал, что будет, если окажется, что он опоздал. Даже думать об этом не хотелось. Он доберётся до демона вовремя и свернёт ему шею. Или нет, разорвёт ублюдка, посмевшего причинить Сэмми вред, на мелкие клочки, сдерёт кожу, вырвет ногти, один за другим. Никто не смеет обижать Сэма, никто.
Наконец, охотник добрался до злополучного места и остановил машину, он почти вбежал в клинику, забыв об осторожности, но вовремя остановил себя и, вытащив флягу со святой водой, медленно двинулся по коридору, прислушиваясь. Стояла подозрительная тишина, как в морге, хотя там, наверное, было не так угнетающе, сотрудники всё же иногда переговаривались между собой. Дин добрался до кабинета Крипке и замер на пороге, как вкопанный, увидев труп доктора, подвешенный к потолку. Картинка была отвратительной, и охотник сглотнул вязкий комок. Кажется, демон решил избавиться от свидетеля, или Эрик слишком далеко зашёл. Возможно, эскулапа и не подозревал о том, что рядом с ним находилось чудовище, что, впрочем, маловероятно, так как врачеватель долгое время находился среди охотников, и знал об их работе не понаслышке. Убедившись, что здесь кроме остывшего тела ничего нет, Винчестер вышел в коридор. И тут лампа - табло с надписью Next над дверью в лабораторию, расположенную в самом конце коридора, вдруг принялась мигать. Охотник осторожно толкнул её и вошёл внутрь, уже догадываясь, что это ловушка.
— А я уж подумал, что ты не придёшь.
Дин огляделся и увидел стоящего в тени толстого, широкоплечего человека в тёмной футболке, обтягивающей выдающийся вперёд живот, абсолютно лысого, приземистого и коренастого. Прищуренные глаза, сросшиеся на переносице брови какого-то непонятного блеклого пшеничного цвета. Альбинос?
— Обычно, демоны выбирают упаковку посимпатичнее. Что же ты так? Или не нашлось подходящего размера?
— Мило, Дин, мило.
Охотник выдавил из себя вымученную ухмылку, и принялся шарить глазами по пространству лаборатории в поисках Сэма. Сердце колотилось в груди как бешенное, дышать стало трудно, голова закружилась. Каким-то шестым чувством, Дин понял, что всё очень и очень плохо. Он почти ощущал боль любимого волчонка, и от этого хотелось выть. Что же эта тварь с ним сделала?!
— Не это потерял?
С режущим слух скрипом цепь, закреплённая под потолком, натянулась и стала подниматься вверх. Вскоре, из большой чугунной бадьи показалась клетка, а в ней лежал окровавленный Сэм. Оборотень прижимался грудью к прутьям клети, и тяжело дышал, закрыв глаза. Всё днище было розовым от его крови, капли воды, стекающие обратно в бадью, были подкрашены в тот же цвет. Тело волка покрывали многочисленные глубокие раны, оставленные, будто раскалённым до невероятной температуры железом.
— Сэм! — охотник забыл обо всё на свете и дёрнулся в сторону брата, но демон прищурил глаза и удержал его на месте.
— Спокойнее, Винчестер, спокойнее.
— Сукин сын! Ублюдок! Клянусь, я тебя убью! Я тебе голову проломлю!
Перед глазами у охотника запылали цветные пятна, грудь сдавил невидимый стальной обруч, воздух словно выкачали из лёгких. Его Сэмми было больно! Его Сэмми мучили и истязали! Голова просто раскалывалась, где-то внутри зародилась сокрушительная паника, он слово опять переживал худшие моменты своей жизни. Будто кто-то взял нож, со всей силы воткнул ему в живот, и принялся с садистским удовольствием накручивать на лезвие кишки. Страх, ярость, беспомощность, отчаяние, боль, — всё это, смешавшись, превратилось в опасный коктейль, грозивший вот-вот рвануть и уничтожить любое препятствие на своём пути.
— Ну, Дин, не надо так нервничать. Это некрасиво, — демон продолжал глумиться над охотником, разглядывая его с лёгким прищуром и ехидной улыбочкой на губах.
— Отпусти его.
— Нет.
— Я сказал, отпусти его!
— Или что? — Джодж рассмеялся, и его толстый живот заходил ходуном под футболкой, — что ты мне сделаешь? Польёшь святой водичкой? А дальше?
Дин лишь скрипнул зубами в ответ. Когда он ехал сюда, у него был лишь один план: спасти брата любой ценой, всё остальное значение не имело. Пора приводить его в действие.
— Ты использовал Сэма как приманку. Я здесь. Он тебе больше не нужен. Отпусти его. А я останусь здесь.
Демон чуть подался вперёд, заглядывая охотнику в глаза.
— Я сейчас расплачусь. Готов пожертвовать собой ради брата?
Дин молчал, глядя в затянутые черной пеленой зрачки.
— Всегда был готов отдать свою жизнь за малыша Сэмми. Но видишь, какая незадача, твоя жизнь мне не нужна.
— Тогда что тебе нужно?
Демон проигнорировал вопрос старшего Винчестера и мотнул головой, указывая на Сэма:
— Посмотри на него. Жалкий облезлый щенок. Слабый и беспомощный. А ведь про таких, как он, ходят легенды. Чистокровные ликантропы, способные принимать форму больших и сильных волков. Бессмертные по своей сущности. Неубиваемые. Говорят, что такие, как твой Сэм способны воспроизводить на свет невероятно могущественное потомство. И что на самом деле? Всё это фальшивка.
Демон хмыкнул, разглядывая, потерявшего сознание Сэма:
— Святая вода и серебро превратили его в покорное, умоляющее о смерти существо. Если я захочу, я утоплю его в его собственной крови, которая сочиться из ран прямо в святую воду. Смешно. Единственное, что может обернуться реальностью — это потомство. Тебе же удалось один раз уже взрастить в своём чреве наследника оборотня?
Демон в упор смотрел на Дина, не мигая, словно змея. Охотник замер, внутри него натянулся каждый нерв, как готовая в любой момент порваться струна. Этот сукин сын задумал что-то отвратительное. Чёрт возьми. Что же ему нужно?
— Правда, выносить потомство не получилось из-за проказ папочки, но теперь он мёртв и тебе никто не помешает сделать вторую попытку.
Дин побледнел как полотно, у него задрожали губы, дыхание в очередной раз сбилось. Мир вокруг растворился, превратившись в одно сплошное размытое пятно. Земля ушла из-под ног, в ушах зазвенело, он, будто снова падал глубоко под землю, пытаясь зацепиться, удержаться, ни ничего не получалось. Дышать стало просто невозможно, и охотник с хрипом сполз по стене на пол, судорожно хватая ртом воздух, задыхаясь. Нет, нет, нет! Только не это. Он не мог, он просто не мог, даже ради Сэма. Не в состоянии даже подумать о таком. Пожалуйста, нет! Пожалуйста!
— Эй, так не пойдёт, — демон с размаху ударил его по щеке, приводя в чувство, — прекрати истерику.
Дин сглотнул и стёр со лба холодный пот.
— Никакой второй попытки.
— Да?
— Да.
— Уверен?
— Иди к чёрту.
— Жаль, жаль.
Демон притворно грустно вздохнул, и клетка с Сэмом вновь начала опускать в бадью, но на этот раз, волк пришёл в себя и попытался приподняться, спасаясь от кислотного действия святой воды. Но та неумолимо приближалась, и когда ноги волка коснулись поверхности, тот слабо и беспомощно взвизгнул, как побитое животное и ухватился руками за прутья, подтягиваясь вверх. По прутьям тут же побежали кровавые дорожки, Сэм закричал и Дин закричал вместе с ним:
— Прекрати это!
— Боюсь, что я не могу. Ты же отказываешься мне помочь.
У Дина на глазах выступили слёзы: он не мог на такое пойти, это чудовищно несправедливо. Только не снова. Он не готов был вновь пережить нечто подобное. Всё тело до сих пор отдавалось болью. Но он и не мог позволить демону истязать Сэма. Охотник едва слышно прошептал:
— Пожалуйста.
— Соглашайся. И я его отпущу. Обещаю.
— Я не могу...
Слёзы капали всё сильнее, Дин не знал, что ему делать, от ужаса происходящего его мутило, голова кружилась, в висках стучала. Пожалуйста. Только не так. Пожалуйста.
— Всё что угодно, только не это. Убей меня. Ну, хочешь, истязай, только отпусти его.
— Я своё предложение выдвинул. Не понимаю, что тебя не устраивает. Я же не сам тебя трахать собрался. Это должны быть дети волчонка. Правда, сам он немного не в состоянии, но я всё сделаю. Благо современная медицина достигла таких высот, что подумать страшно.
Демон говорил ещё что-то, а клетка уже скрылась под водой, и Дин едва не сошёл с ума. Это был жестокий, несправедливый выбор. Ну, за что ему всё это?! За что? Почему его вновь и вновь должны рвать на куски, соединять воедино, чтобы затем опять преступить к пыткам?
— Ну, так что?
— Я не могу... пожалуйста, я, правда, не могу...
— Ты сам выбрал.
Цель звякнула и оборвалась, клетка ухнула на самое дно, из бадьи с шумом вылилась вода.
— Сейчас твой дорогой Сэм медленно задохнётся. Потому что ты не смог его спасти.
В голове у Дина зашумело, где-то лопнул капилляр, и носом пошла кровь. Всё заволокло белой дымкой. Страх был просто нереальным. Секунды текли медленно, одна за другой. Где-то в подсознании билась только одна мысль: Сэмми, Сэмми, Сэмми...
— Нет!
— Что, нет?
— Не смей! Поднимай его.
— С какой стати?
В абсолютной тишине голос Дина прозвучал зловеще:
— Я согласен.
— Повтори, я не расслышал.
— Отпусти его, я согласен.
Бадья с шумом опрокинулась на бок, вода вылилась из неё. Клетка со стуком встала на ребро и затем отпустилась. Внутри, едва дышал почти мёртвый оборотень. Дин для верности повторил.
— Я согласен.
У него просто не было другого выбора.

:) анст просто суперский! очень-очень классный,прелесть! CПАСИБО!!!:) (береги мальчиков!^^)

Милая, не только я тебя читаю:) Просто не все комменты оставляют. Прода замечательная, очень эмоциональная. Представила себе картинку с маленьким Сэмом на ноге у Дина. У меня братишка так любил "гулять" по квартире:) Висел на моей ноге:)
Но может все таки ты одумаешь и напишешь ХЭ для этой истории? А то очень хочется:)

LI 7.05.22

JeyCi, Diana77, девочки, спасибо, что меня читаете. Спасибо, что вы со мной!

Глава двадцать первая: Ромасанта — охота на оборотня.

Страх: что-то невозможно тягучее, как пчелиный воск или смола, от которой невозможно избавиться, даже если стереть кожу до крови, она всё равно остаётся уродливым липким тёмным пятном, раздражающим, выводящих из себя. Немного похоже на зубную боль, но в миллиарды раз хуже. Дин боялся... Хотя в данном случае страх это не совсем то слово. Он был в ужасе. Тело будто парализовало, волоски на коже стали дыбом, на шее и спине выступил холодный пот, собирающийся влажными дорожками в ложбинке между лопатками. Сердце стучало в груди, как бешеное. А главное, сквозь шум в ушах он не мог разобрать ничего из того, что говорил демон. Только мерзкая улыбка, намертво приклеенная к толстым кривым, блестящим от слюны губам, издевательское выражение лица и морщинки в углу глаз.
Охотнику казалось, что он никогда не сможет забыть тот миг, когда демон заставил его лёчь на лабораторный стол и согнуть ноги в коленях: "Я должен убедить, что ты сможешь выносить будущего властелина мира". Джодж прикоснулся пальцами к ягодице охотника и скользнул боль, причиняя физическую боль и вызывая стойкое отвращение. Винчестера замутила, голова пошла кругом, где-то на задворках сознания возникло не преодолимое желание умереть. Пальцы демона были сухими, жёсткими и холодными. Дин закрыл глаза и попытался отвлечься от происходящего, просто не замечать ледяных прикосновений там, внутри, инородных, отталкивающих, унизительных. Охотник попытался вызвать приятные воспоминания, представить, что это Сэмми, но от сравнения неожиданно затошнило: он, словно осквернил младшего брата, смешал его с грязью...
— А ты тесный, — хмыкнул демон, — братишка что, редко за тебя брался? Если хочешь, я могу исправить эту вопиющую несправедливость.
На губах толстяка заиграла вызывающая новый приступ тошноты улыбка. Внутри старшего, словно что-то сломалось, он больше не мог сдерживаться и терпеть унижения и оскорбления со стороны тухлого и пустого существа, источающего запах немытого тела и пота, от него даже глаза слезились. Винчестер занёс дрожащую от слабости руку с потрескавшейся кожей для удара, но Джодж легко перехватил её:
— Не так быстро. Забыл, что я могу сделать с твоим братом? Зря.
Демон был абсолютно уверен в своей безнаказанности, поэтому не побоялся повернуться к раненому и ослабленному охотнику спиной. Взяв в руки странный предмет, он двинулся к клетке, где до сих пор лежал истерзанный, напоминающих одно сплошное кровавое месиво Сэм:
— Так как твой бесценный щенок сам не в состоянии поделить семенем, мне придётся одолжить чуть-чуть против его воли. Но ты не волнуйся, это не так больно, как кажется.
Манипуляция заняла несколько минут. Затем демон смешал какую-то жидкость в шприце и двинулся к Винчестеру:
— Сейчас мы преступил к самому ответственному этапу.
Дин с шумом втянул в себя воздух, снова и снова прокручивая в голове слова старой песни, услышанной им ещё по радио в первой машине отца. Он тогда лежал, свернувшись калачиком на заднем сидении, прижимая брата к себе и баюкая его, а Джон остервенело крутил одну и туже песнью, будто пытаясь выжечь мотив, ноты и слова у себя в мозге. Веснушчатый семилетний парнишка отлично ещё запомнил, и часто напевал в последствии, когда сильно чего-то боялся, а необходимо было срочно отвлечься или успокоиться. Она напоминала ему о доме, о Сэме, его мягком детском запахе и тёплом дыхании на шее. Но сейчас ничего не помогала, как он не старался: паника стремительно приближалась, грозя накрыть его с головой и просто уничтожить, раздавив своей тяжестью. От страха, нечеловеческого, какого-то животного ужаса онемели пальцы на руках, дыхание перехватило, и перед покрасневшими, воспалёнными глазами закружились в нелепом хороводе красные пятна на тёмном, расплывчатом, дымчатом фоне. Крик, зародившейся в самом его существе умер, так и не вырвавшись наружу.
Дин прокусил губу до крови и конвульсивно дёрнулся, запрокидывая голову назад, задыхаясь. У него из носа пошла кровь. Выгнувшись в дугу, старший Винчестер принялся лихорадочно двигаться конечностями, пытаясь скрести непослушными пальцами металлическую поверхность стола. Глаза охотника закатились, из-за рта неожиданно пошла пена, дыхание практически прекратилось. Демон, не ожидавший ничего подобного, замер возле стола, словно мраморная статуя времён Возрождения, изображавшая собой красоту в первозданном виде: с пухлыми женскими бёдрами и выступающим мужским животом, не зная, что предпринять. Вскоре Дин замер, рухнув на лабораторный стол, не шевелясь, под ним растекалось влажное пятно. Дыхание немного выровнялось, но было ещё далеко от нормы.
— Опять испортили мне веселье, чёртовы Винчестеры, — ругнулся Джодж.
И тут что-то хрустнуло. Демон замер и медленно обернулся. На него в упор смотрела пара наполненных яростью волчьих глаз. За то время, что понадобилось толстяку на осознание происходящего, оборотень успел прыгнуть и пригвоздить демона к полу, утробно рыча. Джодж отчаянно сопротивлялся, вырываясь, пытаясь выбраться из-под тяжёлого тела, но у него ничего не вышло. Гнев и страх за своего партнёра превратили животное в яростное, смертельное, неспособное остановиться, незнающее пощады оружие.
Демон из последних сил ухватил зверя за горло, стараясь отвести пасть, полную острых как бритва зубов и мощных, будто титановые тиски челюстей:
— Думаешь, перегрызёшь глотку этому телу, и я умру. Ошибаешься!
Волку были безынтересны пустые угрозы, срывающиеся с губ попавшего в ловушку демона. Перед глазами у Сэма стояла алая пелена, инстинкты взяли тело под контроль. Беспомощные всхлипы его любимого до сих пор звучали в воспалённом сознании. Челюсть с хлюпающим звуком сомкнулась, разрывая сухожилия, вены и артерии. Кровь брызнула на шерсть. Джодж захрипел и обмяк. Но этого оборотню было мало, он словно под гипнозом, спустил морду ниже и вырвал человеческое сердце, сдавливая, сминая, пережевывая его. Изо рта и оса трупа вырвалось разорванное на клочки облачко чёрного дыма и осело на пол, оставив после себя след, один в один напоминающий тот, что можно наблюдать после пожара: чёрные, покореженные, вздутые пузыри больничного линолеума.
Сэм же напоминал бешеное животное: он вдруг стал беспомощно метаться по лаборатории, жалобно поскуливая. Всё его тело было покрыто ранами, шерсть стала тёмного бурого цвета от засохшей крови. Жалкое, жуткое зрелище. Некоторые раны превратились в самые настоящие язвы и струпья. Оборотень хромал на обе задние лапы, неловко поджимая их под себя. Хвост понуро мел по низу, уши прижаты к голове. Будто бродячий, бездомный, никому не нужный зверь — именно такое складывалось ощущение.
Волк подошел к столу, на котором лежал Дин, упал на брюхо, поднял голову и душераздирающе завыл, протяжно, заунывно, на одной ноте. В этот звук вылились скопившееся одиночество и боль последних дней. Было невыносимо страшно его слышать.

***

Бобби толкнул дверь клиники, когда услышал невыносимый вой. Майкл, шедший за старым охотником, замер, неуверенно переминаясь с ноги на ногу:
— Это... Сэм?
Сингер оглянулся на подростка и пожал плечами:
— Не знаю.
Они двинулись дальше. Первой поддавшейся дверью оказалась та, что вела в кабинет Эрика. Бобби нерешительно замер на пороге, стоило ему увидеть труп Эрика. Охотник робко снял кепку и склонил голову: как бы там не было, Крипке пару раз спасал ему жизнь, и негоже было оставлять его холодный труп висеть под потолком.
— Мы должны его снять. Но сначала найдём мальчиков.
Майкл вышел из кабинета и двинулся вдоль по коридору, молясь про себя, что они успели во время. Мальчишка надеялся, что его искрения просьба не будет отвергнута небесами, ведь он не так уж и часто о чём-то просил.
Вой повторился, и блондин двинулся на звук как змея за дудочкой факира. Оказавшись в лаборатории, Майкл громко вскрикнул, обозрев представшую картину: замученный оборотень, напоминавший один большой окровавленный гнойник, и бессознательный Дин, лежавший в луже, судя по всему, собственной мочи. Волк, грозно рыча, поднялся и оскалился на мальчишку, но, завидев Бобби, возникшего за спиной у мальчишки, поджав хвост, жалобно заскулил и попятился к окну. Подросток заметил это движение и кинулся вперёд, крикнув: "Стой!". Когда же волк не послушал его и выпрыгнул наружу, разбив стекло, Майкл повернулся к старому охотнику:
— Что же здесь произошло? И почему он сбежал?
— Это нам и предстоит выяснить, — тяжело вздохнул Сингер, — но, кажется, вернуть Сэма будет не так-то просто.
— Что это значит?
Бобби указал на растерзанный труп Джодж:
— Если я не ошибаюсь, Сэм вырвал и съел его сердце.
— И?
— И теперь он не сможет перекинуться обратно в человека. Он останется зверем. Навсегда.

О Господи! Только не так! Пожалуйста!

LI 7.05.22

эм..зоофилия форевер?
хорошо написано, мне нравится..хотя и жестоко. но вот момент: демон обладает силой мысли, так какого хрена он брыкался а не скинул Сэма с помощью силы?

Нет просто сил ждать продолжения!!!!!??? Когда автор осчастливит продой??????????? Жду! Верую!!!!!!!!! Надеюсь!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!:mms_prikol2: