О происхождении некоторых топонимов Коми и соседних областей
Автор: Александр Игнатов
Дата публикации: 23.08.2006
Язык статьи:


Хотя по образованию я не филолог и не лингвист, но, будучи любознательным от природы, всегда интересовался вопросами языкознания и особенно топонимии. Благо, материал был рядом: в частности, места, в которых я родился и вырос, одни из самых интересных мест в Коми в плане гидронимов.

С исторической работой А.И.Туркина (1971) я познакомился очень давно – почти что сразу после ее выхода в свет. Тогда я учился в пятом классе, и наш учитель географии на основе этой книги знакомил нас с географией Коми республики.

Долгое время все, что было написано в этой книге, я воспринимал как непреложную истину. Но с годами все же появились сомнения.

Более всего меня удивляло, почему Адольф Иванович акцентировал внимание лишь на топонимах Коми республики и совершенно не обращал внимания на то, что в соседних с Коми областях – со всех четырех сторон света, – достаточно много названий, имеющих явно коми корни. Причем многие из них могли бы пролить свет даже на топонимику непосредственно Коми республики. И это выглядело тем более странно, поскольку значительную часть топонимов Коми Адольф Иванович объяснял, привлекая как раз слова других народов и народностей, исторические проживавших за пределами Коми (русские, вепсские, финские, саамские, ненецкие, мансийские корни).

Понимание странной позиции Адольфа Ивановича пришло уже в последние годы.

Как я думаю, в 1971 году, издавая свой работу, Адольф Иванович не мог позволить себе такую вольность, какую мы можем позволить себе благодаря произошедшим за последние 15 лет переменам в обществе. Он был вынужден искусственно ограничиваться рассмотрением только топонимов Коми области, и вдобавок привлекать для их объяснения слова других народов, ибо всякая попытка усмотреть на территории или Архангельской, Кировской или Тюменской областей топонимы с коми корнями могла быть оценена в 1971г. как «территориальная экспансия», прикрытая этимологической ширмой. В памяти того поколения были еще свежи 30-40ые годы, когда подобные этно-лингвистические изыски заканчивались в местах, в которых «дорын узьны велöдасны». А потому в работе Адольфа Ивановича преобладала известная доля «интернационализма» – в виде объяснений коми топонимов посредством русских, финских, саамских, ненецких или мансийских корней.

Если бы Адольф Иванович мог издать свой труд в условиях сегодняшнего дня, еще неизвестно, как выглядела бы его книга. Но с уверенностью можно сказать, что ссылок на «иноязычное» происхождение топонимов в Коми республике было бы много меньше – если бы они вообще были.

Но теперь уже наша задача – исследовать топонимику Коми. Причем не только ее собственную, но и топонимику соседних областей, ибо – чего греха таить, – у наших соседей слишком много названий, которые когда-то дали не кто-нибудь, а именно наши предки.

Я начну с главных рек Коми республики, а затем в двух словах остановлюсь еще и на реках за пределами Коми, о которых наш поэт написал: «Эмöсь лунвылын визувджык юяс…».

Конечно, многое из того, что приведено ниже, где-то год назад я излагал на форуме, в виде дискуссии с Öльöш (чувствую по хватке, что земляк). В частности, объясняя слово «Мезень», я в каком-то смысле излагаю и его точку зрения (надеюсь, Öльöш не обидится и не будет уличать меня в плагиате). Теперь же я попробую просто свести все свои догадки воедино – а вдруг да кому и пригодится.



О происхождении слова «Печора»

Начнем с Фасмера: “печора. Сюда же относится название реки Печоґра (река с таким названием есть и в бассейне Днепра). Северная Печора была названа так из-за обилия пещер в своем нижнем течении; см. Шренк у Эльи 715; Фасмер, ZfslPh 4, 263; Маркварт, UJb. 4, 326. Коми Реt«ґеrа, Pet«e?ra "Печора" заимств. из русск.; едва ли оно произошло от коми реt«еr "крапива", вопреки Якобссону (Nachr. GЈtt. Ges. d. W., 1918, стр. 300 и сл.; ZfslPh 6, 74 и сл.), Брюкнеру (253); см. также Вихм.--Уотила 196; того же происхождения и манси Pete?rja (с манси jа "река"); см. Альквист, WW. 41. Русск. пещеґра заимств. из цслав.».

Поскольку слабость объяснения Фасмера очевидна, то Адольф Иванович полагал, что «в гидрониме Печора отражено древнее название одного из самодийских народов, очень близких по языку к ненцам. Но сами ненцы так Печору не называют. В их языке эта большая река носит название Санэрöяха или Санэрöям, где яха и ям – река».

Теперь моя версия.

Надо думать, что когда в 12-13 веке первые новгородцы посетили эти места и увидели Печору, то они не перемещались сами по себе. У них были проводники. А так как редко когда приезжие люди дают топонимическую привязку на местности без учета мнения аборигенов (правда, в Соединенных Штатах это правило не всегда работало), то новгородские вояжеры поинтересовались у местных людей, как они называют эту реку. А так как они спрашивали на одном языке, а отвечавшие им знали только другой язык, то этот диалог сильно напоминал обмен мнениями двух глухих: «Эй, доска-то коротковата будет! – Ничего, отпилим!». Иначе говоря, весь разговор шел в русле «моя твоя понимай». В результате аборигены пару раз произнесли какое-то слово, которое вояжеры расценили как название реки и подобрали наиболее близкое по произношению русское (новгородское) слово. Как это могло бы выглядеть, лучше посмотреть на примерах народной этимологии: «дука-чери-а-ю» превращается в «Дюкачево», «Йира-ёль» становится «Ираель», «Ёс сер» превращается в «Иоссер», «Крукаёль» – в «Крохаль»; «Кöдж пом» – в «Кочпон».

Вполне возможно, и даже более чем, что аборигены, когда новгородские вояжеры спросили у них о названии реки, пару раз упомянули слово, близкое «пöдöм чери», «пöдöм чериа», при этом имея в виду что-то свое, а вовсе не то, что подразумевалось в вопросе новгородцев. Что такое вполне возможно, говорит наличие реки Подчерье и села с таким же названием: по-коми «Пöдчерья» (пöд-чери-а). Ну, а новгородские вояжеры, не долго думая, интерпретировали это сочетание как «почерья» с переходом на «печерья» и окончательной остановкой на словах «печера», «печора».

А для нас же важно другое. Печора примерно до слияния Усой и, может быть, даже ниже (но не далее слияния с Ижмой), осваивалась через Верхнюю Вычегду. А что это так, говорит сходство топонимов вдоль этого участка Печоры с топонимами на Вычегде. В частности, Пöдтыбок под Корткеросом – разве это не этимологический родственник Подчерьи и, очень может быть, Печоры?

Словом, не имела ли в случае с Печорой забавная народная этимология по схеме:

Пöдом чериа – Пöдчерья – Подчерье – Печора ?



О происхождении слова «Вычегда» - «Эжва»

Традиционно начнем с Фасмера: «Вычегда. Ближайшая этимология: правый приток Сев. Двины; на языке коми называется Eјva – от eј "дерн, молодая трава" и va "река" (см. Вихм. – Уотила, 43), поэтому считают, что в названии Вычегда должно содержаться слово с близким знач.; ср. ханты vanѕi "трава", van‰a, манси vѓnsiџ "поросший травой", коми eј, удм. odјo, oјo "дерн", саам. voucce "ager graminosus"; см. Сетэлэ, FUF 3, 103; JSFOu 30, No 5, стр. 43. Имеются фонетические затруднения».

А вот как считал в 1971 Адольф Иванович Туркин: «Название единично и не соответствует общему топонимическому ландшафту Коми АССР, это служит одним из подтверждений иноязычности названия (некоми и нерусское). Имеется ряд предположений о происхождении названия Вычегда. Наиболее вероятна связь с обско-угорскими языками. О пребывании угров в бассейне Вычегды имеются археологические и письменные источники».

Однако есть сомнения как в трактовке Фасмера, так и А.И.Туркина.

Во-первых, название Вычегда, судя по некоторым признакам и параллелям, тянется корнями к нижней Вычегде, тогда как на верхней Вычегде, которая ближе территориально к нынешним обским уграм, во все времена и сейчас в ходу название Эжва.

Не совсем просто и с комментарием, данным А.И.Туркиным слову «Вычегда»: «некоми и нерусский». Дело в том, что даже в областях западнее Коми, то есть почти что в сердце России, есть немало гидронимов с окончанием на «-гда»: например, Вологда, Судогда. Сходство со словом Вычегда налицо. Да и нарицательные слова: «когда», «иногда», «всегда», «тогда» пусть даже они и не топонимические, тоже имеют окончание на «-гда», хотя слова эти явно русские.

А потому начнем не непосредственно с Вычегды, а родственных по структуре слов.



В частности, очень любопытным будет объяснение слова Вологда.

Вот как видел происхождение этого слова Фасмер: «Вологда. Ближайшая этимология: название города и притока реки Сухоны, др.-русск. Вологда (Новгор. летоп.; новгор. грам. 1264 и 1269 гг.; см. Шахматов, Новгор. грам. 241). Финно-угорское название "белый город", вероятно, происходит из вепс. vaІuged (из *valke?a), фин. valkea "белый", эст. valge или из мар. я. ¬al‘Ќ‹Ќ, мар. у. ¬ol‘Ќ‹Ќ "светлый, ясный"; ср. венг. vilaґg "свет, мир" (Вихман, Tscher. Т. 43); см. Миккола, FUF 2, 76; Калима 54; Буссениус, ZfslPh 6, 449; Погодин, ИОРЯС 10, 3, 9. Коми Ve?le?gda "Вологда" заимств. из русск. (Вихман - Уотила 329). Не имеет ничего общего с волоґга, Воґлга, вопреки ТорбьеЁрнссону 1, 102».

Кое-что проясняется. Вепсское «белый» «vaIuged» сильно напоминает коми «ва югыд» (блеск воды), а потому более вероятно как раз происхождение финского «valkea» и эстонского «valge» от вепсского, а не наоборот. Иначе говоря, балтийские реверансы Фасмера в отношении Вологды просительны ему как немцу по происхождению, но не непростительны как ученому-словеснику, специализировавшемуся на русском языке.

Таким образом, в основе слова «Вологда» если и лежит какое-либо полузабытое слово, то уж, во всяком случае, не финское, не эстонское или вепсское. Если предположить, что часть «-да» есть суффикс, не несущий смысловой нагрузки, то остается слово «волог». Следовательно, в действительности изначально могло быть «волок» – в Вологодской области, находящейся на стыке трех (!) водоразделов (Балтийского, Беломорского и Каспийского бассейнов) подобных волоков была тьма-тьмущая. Да и слово «вöл» (по-коми «лошадь») тоже не далеко ушло от слова «волок», ибо никто никогда не таскал лодки по волокам вручную – для чего же тогда лошади?



То, что в слове «Вычегда» язык можно сломать на стыке сегментов «вычег-» и «-да», явно говорит о двух стадиях формирования слова.

Слова «вычег» в современном коми нет. Но сама конструкция для коми языка вовсе не уникальна. Суффикс «-ег», «öг», возникая в словах, отвечает за наличие у предмета или явления того или иного качества, привносимого корнем слова. «Ниль-öг» (при произношении «нильöг») – скользкий, «сарöг» – шероховатый, «кальöг» (при произношении «калег») – открытый (в переносном смысле также болтливый), «вежöг» – ревнивый, «качöг» – опрокидывающий (от слова «качны»), «чальöг» – мизинцеподобный. В дальнейшем эти слова могут переходить уже в разряд существительных; таково, например, слово «чальöг» или «майöг» – заостренный кол для изгороди (исходное «май» для меня в коми неизвестно).

А потому думается, что корнем слова «Вычегда» вполне могло быть коми слово «вичöг» – от слова «выч» или, что более вероятно, «вич» (у меня такое ощущение, что это слово применительно к ручьям или к водоизбыточным местностям я слышал в детстве). Правда, слова «вич» с топонимическим контекстом в 800-страничном коми-русском словаре нет. Но, с другой стороны, я не нашел там объяснений и некоторых других слов, которые тем не менее мне знакомы: к примеру, «ут» как основа деревянной лодки, или «ывдыны», «ывдöм» как нечто заброшенное (например, «ывдöм му»).

Что же касается сегмента «-да», то, как и в слове «Вологда», и во многих других случаях, это, возможно, чисто паразитический, возникший в обиходе на местном (народном) уровне, элемент слова. То есть «-да» обязана своим происхождением все той же народной этимологии, которая не всегда проводит полезную селекцию. Надо и не надо добавляемая ко всем словам подряд для оживления языка и придания разговору большей музыкальности (этим как раз грешит поморский диалект русского языка, а также в какой-то мере чувствуется у коми на нижней Вычегде), привычка присоединять к словам сегмент «-да» («коркö да», «мыйкö да»), с течением времени она могла закрепиться не только в устном, но и в письменности и литературном языке. В качестве промежуточного могла возникнуть сначала форма «вычега», а затем уже «вычегда».

И о слове «Эжва». То, что корень слова «эж» ассоциируют со словом «эжа» (дёрн), более чем сомнительно. Бассейн реки «Эжва» был освоен рыбаками и охотниками задолго до того, когда в результате земледелия и берега Вычегды покрылись лугами (дёрном). А потому более вероятно, что первые рыбаки и охотники, вышедшие на берега Вычегды в районе Кортероса или еще где-либо на возвышенном месте, восхитились видом большой реки, в которой отражалось голубое небо, и дали ей название «Енэжва». Но поскольку слово оказалось тяжеловатым на произношение, то народная этимология спустя какое-то время оставила лишь два последних слога: Эжва. В пользу такой версии говорит и наличие реки Емва (Енва) – в переводе означающая «кристально чистая как небо или воздух вода».

Итак, не имела ли в случае с Вычегдой – Эжвой народная этимология по схеме:

Вичöг – Вычöг – Вычега – Вычегда ?

Енэж-ва – Эжва ?



О происхождении слова «Мезень»

Как уже повелось, слово г-ну Фасмеру: «Мезень. Ближайшая этимология: река, впадающая в Северный Ледовитый океан, коми Мozi?n, а также название города на этой реке, коми Мozi?nkar (Вихм.--Уотила 163), коми kаr "город"». Да, негусто.

Адольф Иванович в 1971г. полагал, что, «на наш взгляд, гидроним Мозым мог принадлежать народу, который до прихода коми и русских жил на этой территории. Таким народом могли быть угры. … Предположительно гидроним Мозын сравниваем с хантыйским «мосын» – «нужный, полезный, важный, любимый».

Комментировать Фасмера проблематично, потому как объяснение как таковое у него вообще отсутствует. Но и объяснение Адольфа Ивановича не лучше, потому что, если уж выводить слово «Мезень» из хантыйского слова «мосын», в переводе которого значится и «любимый», то следовало бы усмотреть корень слова «Мезень» в коми слове «муса», что значит «любимый». Но, прямо скажем, вероятность того, что река могла получить название от слова «любимый», практически равна нулю. Коми – народ прагматичный, поэтому названия рекам подбирали без лишнего эпатажа.



Снова небольшой экскурс: в Пермской области есть город Чёрмоз. Объясняют его происхождение как однозначно коми-зырянское. Первый вариант объяснения: «чер + моз», где «чер» – приток (есть даже река под таким названием на верхней Вычегде). Второй вариант: «чер + мо’’с», где «мо’’с» – корова.

Второй вариант, конечно, явно не выдерживает никакой критики, потому что, в крайнем случае, было бы «мо’’c + чер», то есть коровья речка, но уж никак не наоборот, поскольку в коми языке перестановка слов радикально меняет смысл.

Первый вариант ближе к истине, хотя и не бесспорен, поскольку в этом случае повисает в воздухе объяснение слова «моз». Причем загадка еще и в том, что в слове «Мозын» (Мезень) «моз» стоит в начале слова, а в названии «Чёрмоз» – в конце.



У меня по меньшей мере две версии происхождения слова «Мозын» («Мезень»), соавторство одной из которых я бесспорно отдаю также для Öльöш.

Первая. Корень слова «Мозын» – «моз», – встречается в коми в нескольких вариантах:

- «моз» как быть подобным кому-то: «тэ моз» – «как ты», «сы моз» – «как он». Но этот вариант к слову «Мозын» явно неприменим;
- «моз» как наст на снегу (помимо слов «чарöм», «чорас»). Производные от него: «мозъя» – «покрытый настом», «мозъявны» – «покрыться настом»;
- «моздорас», «моздорын» – держать возле груди на руках («босьтны кагаöс моздорö» – взять ребенка на руки). Хотя этот вариант тоже не подходит к Мезени в чистом виде, но сопоставление слов «моз» (наст) и «моздорын» (у груди) подсказывает, что слово «моз» в старые времена было более универсальным и обозначало что-то твердое, устойчивое, крепкое – как наст, грудь или еще что-либо
Если учесть наличие и других гидронимов, содержащих форму «мозын» на верхней Вычегде (хотя, думается, по-коми в действительности должно быть «мозiн»), то есть все основания полагать, что наличие элемента «мозiн» в топонимах и, в частности, гидронимах, обязано исключительно коми языку, означая местность с выходами твердых пород.

Версия вторая с небольшим поясняющим лирическим отступлением.



Мне долгое время не давало покоя название ручья «Öшмöc» или «Öшмöc шор». Не давало, потому что перевод немного нелеп: «Бык-корова». Что за ерунда, откровенно говоря? Так продолжалось до тех пор, пока мой земляк Öльöш не напомнил, что слово «мöc» имеет еще и почти забытое объяснение «ключ», «источник». И тогда название «Öшмöc» сразу стало понятным: исходным было название «Ошмöc», то есть «медвежий ключ». А это более чем вероятно, поскольку места там и сегодня даже глухие, и, кроме того, буквально в паре километров параллельно течет ручей под названием «Ош шедöм шор», что в переводе значит «ручей пойманного медведя». Таким образом, в силу того, что в коми языке преобладающей является тенденция заменять звук «о» на звук «ö», название «Ошмöc» постепенно превратилось в смешное «Öшмöc».



Возвращаясь к слову Мезень, я допускаю, что теоретически название «Мозын» могло действительно возникнуть от корня «мöс», то есть «ключ», «источник». И соответственно «Мозын» (Мезень) обозначает «местность с ключами» или «река с выходами ключей».

И все бы ничего в таком объяснении, но в коми языке, как я уже сказал, преобладает тенденция трансформации звука «о» в звук «ö». А в слове «Мозын», получается, имел место обратный процесс, вот ведь в чем дело.

Получается, что исходным должно быть слово даже не «мöc», а «мос», которое обозначало «ключ», источник, и лишь позже оно превратилось в «мöc».

Видимо, нужно искать дальше. Эх-ма, Мозiн-öзын… Неужто … игра слов? Как öшка-мöшка? Пусть это будет третьей версией.



О происхождении слова «Изьва» – «Ижма»

Адольф Иванович склонен полагать, что название Ижма более древнее, чем Изьва. При этом Адольф Иванович обращает внимание на часть «-ма», полагая, что это древнепермское слово, означающее слово «земля» (по коми действительно «му»).

Но в гидроформантах в Коми часть «-му» практически не встречается. В лучшем случае применительно к названиям сел или возделанных полей. Например, Кожмудор – по А.И.Туркину, это упрощенная форма от «Кöдж му дор», но, как я полагаю, может и быть «Кöжа му дор», ибо «кöдж», образуемый меандрированием реки, чаще имеет переувлажненную почву, на которой поле распахать особенно и не получится. «Кöдж», как правило, в хозяйстве используется в качестве заливного луга, а не поля.

Иначе говоря, часть «-ма» вовсе не обязательно имеет отношение к земле. Это вполне может быть суффиксальная часть, образованная суффиксами «-öма» («-öм»), то есть обозначающими наличие чего-либо или какого-либо свойства, или же «-тöма» («-тöм»), обозначающими соответственно отсутствие чего-либо или какого-либо свойства.



Для примера: Урдома (Архангельская область) – «Уртöма» (место, где нет белок), Няндома (тоже Архангельская область) – «Няньтöма» (место, где плохо родится хлеб).

И еще: Чухлома. Это слово весьма распространено на Северо-Западе, есть оно и в Коми. Адольф Иванович полагает, что это слова принесено русскими поселенцами, однако Фасмер, знавший диалекты Русского Севера, в своем словаре об этом слове ничего не говорит. А потому думается, что здесь имеет место исходное слово в лице слова «чукльöм», «чукльöма» – то есть место с изгибом (видимо, на реке), превратившееся впоследствии в слово Чухлома. И если это так, то еще неизвестно, из Архангельской области в Коми проникло это слово или же наоборот, из Коми – в Архангельскую и Вологодскую область.



Конечно, в слове «Ижма» нет частей «-öма» или «-тöма». Но не нужно забывать, что часть «-ма» есть распространенное окончание как имен собственных, так и нарицательных. При этом у значительной части этих слов часть «-ма» обычно не несет смысловой нагрузки –назначение подобных окончаний («-та», «-ба», «-ка», «-ча», «-га» и некоторые другие) заключается в придании слову какой-то дополнительной, чаще эмоциональной, нагрузки (как я полагаю, для колорита и большей музыкальности при произношении).

Чтобы меня легче понять, что я имею в виду, обращусь к сходным словам. К примеру, в слове «Кужба» часть «-ба» не несет никакой смысловой нагрузки – во все времена упоминая это село, говорили «Куж», а о его жителях – «кужсаяс». Или, к примеру, слово «кырта», которое в ходу у печорских коми и означает крутой обрывистый берег. Но дело в том, что вычегодские коми для обозначения крутого берега реки используют просто слово «кыр», то есть часть «-та» у печорских коми не несет смысловой нагрузки.

Словом, я не вижу особых оснований видеть в части «-ма» древнепермское слово «земля». Все должно быть гораздо проще.

Поговорив о сегменте «-ма», вернемся к корню слова «Изьва» – «из».

Адольф Иванович полагал, что ошибочно толковать это слово, как образованное от слов «из» и «ва»; тогда, по его мнению, было бы «Изва».

Но! Я предлагаю поставить небольшой эксперимент.

Попытайтесь произнести некоторые русские слова по коми, как то: «известь», «Известия», «извините». Если постараться, то получится следующее: «изьвесьт», «Изьвесьтия», «изьвинитöй». Иначе говоря, звук «з» перед звуком «в», и не только перед ним, перед некоторыми другими тоже, смягчается, и смягчается иногда очень сильно (слово «изюм», к примеру, будет звучать как «изьзюм»; а слово «власть» превращается в слово «власьт»). Иначе говоря, смягчение звука «з» в слове «Изьва» – вовсе не единичное исключение. Это слово действительно могло обозначать «из-ва», то есть «каменистая река». А это, в свою очередь, подсказывает, что такое название реке могли дать только в ее верховьях, где действительно близко залегают выходы твердых пород Тиманского кряжа, и соответственно река имеет каменистое дно. Как, впрочем, и все другие реки, берущие начало в этом районе.





О происхождении названий некоторых других рек,

или неполиткорректные рассуждения об историческом ареале коми языка

Недалеко от Ухты есть станция Ираель. В действительности же это Йираёль, то есть «лесной ручей с водоворотами».

Не могло ли произойти что-то подобное и в других случаях, например, в названиях рек Иртыш, Иркут?

Река Иртыш. В переводе с тюркского слова "Иртыш" означает "землерой". Фасмер молчит.

Из других источников известно, что этимология названия Иртыш (тюрк. - Эртиш, монг. - Эрчис, хант. - Тангат, Лангал) остается дискуссионной, версия о связи названия реки Иртыш с казахским «ир» – земля, «тыш» – рыть ввиду логического несоответствия (Иртыш равнинная, спокойная река) находит все меньше сторонников. Современная версия: сегмент «-тыш» восходит к кельтским диалектам и имеет значение "река". Индивидуальный сегмент «-ир» означает "бурый", "стремительный", что согласуется с характером водотока реки в ее верхнем течении.

Река Иркут (в переводе "крутящаяся") вытекает из озера Ильчир вблизи самой высокой горы Восточных Саян Мунку-Сардык на границе с Монголией и впадает в Ангару.

Итак, обе реки обязаны своим названием бурному течению с водоворотами. И если это действительно так, но не является ли Йираёль прямой этимологической родственницей этих рек? И соответственно не может ли быть так, что эти названия дали люди, говорившие если не на коми, то на языке, близком к коми? То есть, не был ли ареал распространения коми языка на востоке намного шире, чем мы привыкли представлять себе?

И еще: «ире» – по-литовски река. Так что наш Йираёль богат родственниками – от Балтийского моря до Байкала.



О «коми ареалах» на Украине (в поддержку Ореста Ткаченко).

Через территорию Донецкой области протекает река Орель. Если карта не врет, то в верхнем течении она не имеет постоянного русла, а местами прерывается – то ли высыхает, то ли застаивается в ямах, то ли местами уходит под землю. А это наводит на мысль, что в таком случае исходно могло иметь место название «Оръ-ёль» («Оро’’м ёль»), то есть «разорванный ручей». И тогда возникает вопрос и о названии города Орёл (от него, кстати, не так уж и далеко до реки Орель): нет ли и в этом случае коми корня в этом слове?

Кстати сказать, река с точно таким же названием Орель есть … как Вы думаете, где? без карты ни за что не догадаетесь, – на Дальнем Востоке. Впадает она, точно уже не помню, или в Амур, или непосредственно в Татарский пролив.



А после этого впору задаться вопросом о родстве слов Дон (река) и Дон (озеро в Коми). Да и Дунай («Donau») после этого тоже под подозрением.

О Тузле – том самом острове, который Россия пыталась превратить в полуостров и чем крепко задела чувства украинцев. В коми, на верхней Вычегде, есть старинная деревня под название Пузла. Чувствуется сходство произношения и структуры двух слов: Тузла и Пузла? Нет вопросов, как говорится. Но это еще не главное. Чем знаменита Тузла? Это остров из намывного песка. А Пузла по-коми – это намытый текучими водами песок.



На Урале есть ряд названий, содержащих элемент «тура»: Тура, Турьевск, Нижнетурьинск, Верхнетурьинск. И хотя Адольф Иванович в топониме «Турья», имеющемся на территории Коми, был склонен усматривать финно-вепсско-эстонское влияние, но на самом деле куда более правдоподобной будет версия, что на самом деле здесь имеет место слово «Туриа» – нюр (болото), шор (ручей), ты (озеро) и т.д.



Река Туй (по коме переводилось бы как «дорога») начинается в Васюганских болотах, впадает в р. Иртыш справа, то есть с востока, на 1174 км южнее ее устья. Основные притоки-реки Тугры, Укратус, Кир-Тау ( в переводе с коми означало бы «Кыртаю» – река с обрывистыми берегами), Аю (в переводе с коми означало бы «Айю» – отцовская река). Кстати, в Читинской области населенных пунктов, в названиях которых присутствует сегмент «туй», что грибов после дождя.



Река Тара берет начало из небольшого озерка, расположенного в Васюганье - заболоченном междуречье Оби и Иртыша. Впадает в р. Иртыш с правого берега на 1470-м км от его устья. Основные притоки-реки Ича (если по-коми, то малая), Майзас, Чека, Верхняя Тунгуска, Нижняя Тунгуска, Бергамак (по-коми «бергавны» – кружиться).

Словом, Васюган – скорее всего, происходит от «вазь ю», то есть болотистая река. И уже позже под влиянием он обрело паразитические довески «-га» и «-н».



Река Ишим имеет характер равнинной реки. Основные притоки: Карасуль, Китерня, Ир (по-коми «йир» – омут, водоворот), Яузяк, Ик, Тенис, Тенстис, Большая Тава (по-коми «ва» – вода).



«Шор» – по-коми «ручей». Но! Сегмент «шуур» (иранское) присутствует в ряде рек Ирана (Персии). Кроме того, «шор» как топонимический элемент есть и на Алтае: Горная Шория. Итак, обнаруживается географический треугольник с вершинами в трех разных регионах Евразии, в которых «шор» присутствует как топонимический элемент: Коми, Иран, Алтай. Расстояния между вершинами треугольника составляет 3-4 тыс.км, при этом вдоль сторон треугольника, ни внутри его, элемент «шор» ни в каких языках не встречается. Удивительно, не правда ли?



«Нюр» – по-коми «болото». Но! Сегмент «нуур», «нор» есть неизменный элемент названий озер в Китайском Алтае и на Тян-Шане. При этом, если отслеживать по карте Китая, как меняются названия озер в направлении с северо-запада на юго-восток, то обнаруживается сначала двойное обозначение озер, одно из которых сугубо китайское, а второе, с элементом «нуур», «нор», скорее всего, алтайское, а затем, по мере движения на восток, только китайские названия. Если вспомнить вектор экспансии древнего Китая, то мы поймем, что названия с сегментом «нуур», «нор» в Синьцзяне, Китайском Алтае и Тянь-Шане были первичными, и постепенно вытеснялись китайскими названиями в ходе расширения территории, подвластной китайским императорам.

Итак, есть еще одна ось Коми – Алтай.



Оль, вöль, ёль, уль, ыль (-гыны): это коми слова, в той или иной степени связанные с водой, текущей или полустоячей. Но есть еще и немецкое «Öl», что означает масло. А есть еще и сегмент «-куль», весьма распространенный в названиях озер Башкирии, Челябинской области и Казахстана.



Сегмент «усть» встречается сплошь и рядом от Балтики до Тихого океана. Не ведет ли он свое начало от слова «усьны», «усянiн», что означает по-коми «место впадения»?



К чему я это клоню, приводя все эти примеры, аналогии и прямые совпадения?

Длительное время существует (и уже почти канонизирован) миф о том, что проводниками русских в Сибири в 16-17 веках были коми. И что, дескать, благодаря этому фактору в топонимах Западной и даже Восточной Сибири встречается очень много слов с корнями, имеющими прямые аналоги и даже совпадения в коми языке.

Я сильно сомневаюсь в достоверности этого мифа. Хотя проводник и весьма важная фигура при освоении новых земель, но ни один проводник не дает тем или иным рекам, озерам и горам названия, которые встречаются на пути, на своем языке. Как правило, освоение новых земель сопровождается созданием карт этих земель, на которой реки, озера и горы получают названия, взятые или у местного народа, или же названия из языка народа, осваивающего эти новые земли.

Иначе говоря, в названиях Западной Сибири и Дальнего Востока должны были бы иметь место или корни из языков аборигенов, или же русские корни. Но никак не корни из коми языка, потому что, согласно официальной доктрине освоения Сибири русскими, коми не были ни аборигенами этих земель, ни тем более зачинщиками освоения Сибири и Дальнего Востока.

Но поскольку странное родство топонимов Сибири и Дальнего Востока с коми языком требует объяснения, нравится кому-то это совпадение или нет, то остается сделать два вывода:

- или: освоение Сибири велось людьми, для которых коми язык или очень близкий к нему был родным. Возможно, что русский язык, на котором составлены памятники письменности 16-17 века, был в тот период всего лишь языком официозным. А устный язык, на котором общались казаки, осваивавшие Сибирь, был совсем другим. Картина могла напоминать ситуацию с языками аборигенов Северной Америки: говорят они на языке предков, а вот пишут на английском. Но эта версия мне представляется не очень убедительной;

- или: Сибирь к моменту освоения ее русскими была населена не только тюркоязычными народами и народами, тяготеющими к монгольскому фенотипу, но еще и бледнолицыми людьми европеоидной внешности. Если учесть странный фактор родства Коми, Алтая и Ирана, изолированных друг от друга в настоящее время весьма значительными расстояниями и народами, имеющими явно тюркоязычное происхождение и монгольский фенотип, то есть основания полагать, что в Западной и Восточной Сибири ареал европеоидной расы был куда значительнее, и что они оттуда были постепенно отжаты на запад. Однако во времена Ермака и других первопроходцев в Сибири еще могли оставаться значительные островки обитания людей европеоидной внешности, при этом коми проводники знали об этих островках и вели русских через Сибирь как по эстафете, передавая из рук в руки. Вот эта версия представляется мне куда более правдоподобной.

А что такое возможно, наглядно показывает сравнение освоения Сибири русскими и Северной Америки англичанами. Через Сибирь русские прошли за какие-нибудь 70-80 лет, и прошли мирно, тогда как американцы через Америку (а это вдвое меньшее расстояние, чем через Сибирь) прошли за 250 лет, при этом история этого освоения есть и останется позором белой Америки.

Иметь толковых проводников гораздо лучше, чем иметь толковых врагов.



Некоторые сведения об авторе: пусть и не исчерпывающие, но на свой лад иллюстративные, можно отыскать на сайте aleksandr2012.narod.ru/ .