В Левобережный духовный центр (ЛДЦ) мы добрались очень рано. Хористы еще не приехали. А когда начали съезжаться, то многие были удивлены моему присутствию в Киеве. И что приятно, были удивлены приятно и обрадованы. ;) Раздав платья и костюмы владельцам, мы рванули в Унион за литературой и газетами. Побывав в киевских пробках, я стал смотреть на пробки донецкие, как на короткую задержку в пути. Когда дядя Толя сказал: «Фуф, сегодня еще удачно отделались», я выпал в осадок.

Увидел, чем отличаются киевские водители от донецких. В Киеве надо постоянно зыркать по сторонам и зеркалам, иначе не заметишь, как тебя подрежут, причем без страха и упрека. В начале я думал, что это некоторые индивиды, но потом убедился, что это массовая болезнь. В Донецке тоже встречаются такие, но их мало и в основном это самоутверждающиеся малолетки на дорогих папиных машинах. Зато в Киеве на много уважительнее водители относятся к пешеходам, тогда как в Донецке ты можешь погибнуть под колесами железного друга на пешеходном переходе, во время пересечения дороги на зеленый сигнал светофора. «При современном машинном обилии трудно по жизни пройти до конца…» (с)

Когда мы вернулись в ЛДЦ, для приготовления к субботе мне оставалось всего лишь побриться, дома я так и не успел, и переодеться. Но что-то этого так не хотелось делать… Мне нравилось просто слоняться по ЛДЦ во всей этой предпраздничной суматохе и наслаждаться предчувствием приближающейся субботы. В начале я обошел все здание в поиске незанятых знакомых лиц. Потом забрался на балкон, понаблюдать репетицию хора. Спускаясь в цокольный этаж, я услышал классику. «Ничего себе звук врубили», - подумал я, открыл двери и ошалел. Почему-то я совсем забыл про камерный оркестр. Я не считал, но примерно было15 скрипок, 4 виолончели, 2 контрабаса, литавр, фагот, гобой, 3 кларнета, тромбон, 2 флейты. Возможно что-то пропустил или приувеличил. С места сдвинуться не мог. Стоял и наслаждался. Произведения были, как на подбор. Правда запомнились только некоторые: «Алилуийя» Генделя и «Алилуийя» Бетховена, Масканьи «Сельская честь», «Иерусалим» (автора не помню).

Потом прекратились репетиции и все начали готовится к субботе, к служению. Впервые в жизни я переодевался в туалете. Это было очень неудобно и я порвал чехол. Из туалета я вышел в костюме и при галстуке, на ногах были облегченные кроссовки. Такой видон многих веселил. После облачения в туфли я был неотразим и готов к субботе...

to be continue…