Восток - главным образом, Вавилон и Персия - тяготеет к пышному узору, заполняющему все поле украшаемой ткани, в то время как для грека узор - это изящный аксессуар, элементы которого обычно разбросаны по ткани, не отягощая и не заполняя ее всю целиком. 
    Древнегреческая вышивка проходит путь от полос с фестонами, кружками, розетками до пышного и тяжелого узора с пальметками и акантом. Дошли до нас и фрагменты вышивки с человеческими фигурами, выполненной шерстью. Все римско-эллинские традиции нашли свое развитие в Византийской империи, откуда искусство вышивки распространилось по всей Европе.

    УЖЕ В СЕРЕДИНЕ XII века многие замки поражали роскошью убранства, в котором не последнюю роль играли разнообразные вышивки. 
    В замках XIII - XIV веков залы представляли собой нечто вроде палаточного лагеря,ибо каждая кровать завешивалась специальным расшитым пологом-шатром, который в случае ненадобности убирался вместе с шестами для полога в сундуки, стоявшие по периметру

    В XVI веке появляются и первые руководства по самостоятельному нанесению рисунка на канву - с этого времени рукодельница могла перенести в вышивку любой понравившийся ей рисунок. Художник Кенниро Кеннини представляет свою систему по рисованию чернилами или сепией узора на канве и раскрашивания его для последующего вышивания. 
    Именно в это время в вышивках особенно часто используются мотивы из античной мифологии и произведений античных авторов. Очень популярны были сюжеты из басен Эзопа.

    Как это не кажется нам странно, но вплоть до XVII века в английских вышивках часто встречается кролик, который был завезен в эту страну, по всей вероятности, при Вильгельме Завоевателе. Кролики никак не хотели размножаться на Туманном Альбионе, и до конца 16 века их было запрещено убивать. На отстрел кроликов выдавались специальные разрешения - как правило, лишь владетельным особам, - а крольчатина была изысканнейшим блюдом. Вышитые же кролики символизировали богатство и власть.

    Мода на вышивки в это время (18 век) распространялась из Франции, где при дворе работало множество профессиональных художников и вышивальщиц. Именно этому периоду принадлежит честь дальнейшего распространения цветочного орнамента, который буквально покрывал мебель (расписная мебель с цветочными мотивами, мебель с фарфоровыми накладками, с нарисованными цветочными композициями), портьеры, скатерти, салфетки, диванные подушки).

     В ОРНАМЕНТЕ золотого шитья существует преемственность. Из троекратного зигзага в течение веков возникает меандр, а этрусско-римская волюта делается византийскою травкою и через арабские страны приходит в Россию, где «травка» становится к концу XVII века самым распространенным узором. Постепенно у травки появляются ветви, возникают русские репьи, и выходят травы колесчаты, истельчаты тени, а по-народному - реки. 
    РУКОДЕЛИЕ всегда было на Руси любимым занятием, угодным Богу. Угодным настолько, что ради него крестьянская девушка Феврония Муромская, ставшая княгинею, а потом и монахинею, отсрочила срок своей кончины. Легенда гласит, что однажды «в храме Пречистые соборные церкви своими руками шила воздух, покров на святые сосуды, на нем же бе лики святых».

Рукоделие всегда было на Руси любимым занятием, угодным Богу. Угодным настолько, что ради него крестьянская девушка Феврония Муромская, ставшая княгинею, а потом и монахинею, отсрочила срок своей кончины.

В это время бывший супруг Февронии, также инок, князь Петр,присылает к ней вестника, что приблизился час его кончины и ждет он ее, чтоб вместе «отети от тела» Она отвечает: «Пожди - вот дошью воздух во святую церковь». Супруг присылает гонца вторично, говоря, что остается мало время ожидать; присылает в третий раз, со словами, что ожидать уже невозможно; «она же остатошное дело воздуха святого шияше, уже бо единого святого риз еще не дошив, лице же нашив, и преста, и воткне иглу и приверте нитею, ею же пляше, послала к блаженному супругу о преставлении купнем и, помолившеся, преставилась»

Честь «открытия и изобретения» изображения узоров на расчерченной на мелкие клеточки бумаги принадлежит Германии.

Такие комплекты получили название «берлинской вышивки», или «берлинской шерсти». Искусствоведы определяют берлинское шитье как вышивку шерстью по канве или холсту, изображающую пасторальные, религиозные или другие жанровые сцены, пейзажи и цветы. Во второй половине XIX века берлинская вышивка стала применяться для обивки мебели.

В 1849 году им производилось уже около 14 000 различных рисунков, которые вручную раскрашивались за мизерную плату девушками из бедных семей. Именно благодаря этим картинкам особым спросом стала пользоваться и берлинская ярко окрашенная шерсть. Для вышивок были специально разработаны нитки новых окрасок - ярко-розового, пурпурного, лимонного цветов и цвета фуксии. Эти яркие нитки также сразу привлекли к себе внимание мастериц.

Первые счетные схемы были напечатаны в 1804 или 1805 году в Берлине А. Филипсоном.  В 1849 году им производилось уже около 14 000 различных рисунков.

на ветках цветущих деревьев или среди цветов.     В Англии времен королевы Виктории, где вышивка берлинской шерстью была, как уже говорилось выше, необыкновенно популярна, придумали свой шов - викторианский бархатный стежок.      Вышитые бархатными стежками картинки создают эффект тканого бархатного полотна.      Довольно часто в берлинской вышивке встречаются картины на рыцарские мотивы - в частности, по романам столь любимого в первой половине XIX века сэра Вальтера Скотта. В центре внимания вышивальщиц находятся домашние любимцы - кошки, собаки.

Собачьи и кошачьи  мордочки было очень модно вышивать на домашних туфлях.

Так, в 1839 голу Эдвином Лендсиром был выполнен канвовый рисунок, на котором были изображены две любимые собачки королевы Виктории - Ислей и Тилко, - красный попугай ара и два небольших попугайчика.      Берлинской вышивкой украшали сонетки, обивку мебели, занавески, диванные подушки, скатерти, салфетки, каминные экраны.

Особенно моден геометрический узор «лоскутного стиля» становится в 1870-е годы, когда в моду входит и просто геометрический узор, вышитый по канве. Многие рукодельницы предпочитали раскрашивать свои рисунки сами, по собственному вкусу подбирая цвета, что придавало их работам неповторимую индивидуальность. Тем не менее, фон почти всех работ берлинской шерстью вышит одним цветом.

Вышивка по канве и бисером не была  русским изобретением  и пришла к нам из Европы.

Тут надо еще раз напомнить, что вышивка по канве и бисером не была русским изобретением и пришла к нам из Европы.     Вышивка существовала в России и до начала века, но после 1812 года в наше отечество хлынули разнообразные европейские рисунки и узоры. В.В. Селиванов писал: «19 столетие для России резко обозначилось 1812 годом. До 12 года продолжалась жизнь XVIII века, но в 12 году свершился перелом в общественной жизни...» Свершился он и в «рукодельной» жизни.      Именно по привозным узорам - и, конечно, по переработанным русским - делались вышивки, дошедшие до наших дней. В каталоге Музея мебели упоминаются разнообразные вышитые предметы, среди них - скатерть круглая шерстяная, вышитая, ручной работы XIX века, вышивка «Охота на кабана» и вышивка «Сцена из средневековья», исполненные шерстью, русской работы, 1830-х годов.      «В воспоминаниях о былом» Е.А. Сабанеева описывает «приход» в Россию берлинской шерсти. Ее бабушка, Екатерина Алексеевна, «была большая рукодельница; из ее рук выходили замечательно изящные работы». По поводу вышивания шерстями Е.А. Сабанеева слышала от нее следующий рассказ:      « - Теперь, - говорила бабушка, - берлинская и английская шерсть такая обыкновенная вещь, ею хоть пруд пруди. В мое же время (конец XVIII - начало XIX веков) она была редкостью. Ее употребляли только большие барыни: в высших сферах было доступно вышивать ковры. У нас же в деревне и понятия о том не имели... Гостила я, одно время у Кашкиных в Прысках (из Оптиной пустыни к ним заезжала), и видела у их гувернантки прелестную подушку, вышитую берлинской шерстью; узор-то я перерисовала, и канвы мне подарили, за малым дело оставалось - нет у меня шерсти. Как тут быть?      Тогда добрые Кондыревы вошли в мое положенье; у них были шленские овцы, так они велели начесать шерсти из душек (это та шерсть, что на груди и под шеей у овец, так называется); эту шерсть вымыли и привезли мне.  У нас Пелагея хорошо и ровно пряла, и вышла мягкая, довольно хорошая шерсть, но белая вся, а узор без теней вышивать нельзя. Что же бы вы думали? - я сама покрасила шерсть, и вышло очень недурно, затем я вышила ковер».      ВСЕ ВЕЩИ эпохи бидермейера, к которой принадлежит и берлинская шерсть, выполнены в романтической манере.      Самыми красивыми и символичными мотивами в этих оригинальных работах были следующие:  Ангелы - посланцы Бога на земле, ангелы-хранители.

Воровали не только уже напечатанные - готовые - рисунки, но и «авторские права» на них. Издатели были вынуждены ставить свой «копирайт» - знак авторского права.

Рисунки для вышивания были довольно дороги и передавались по наследству от матери к дочери. С них давали друзьям делать копии.      «По возвращении из Жарок, - вспоминала Е.А. Сабанеева, - бабушка привозила домой изящные канвовые узоры, выкройки, рецепты для варений, пирожных; это радовало ее».     Рисунки очень часто подписывались именем их владелицы и представляли такую ценность, что являлись даже предметом воровства.

«Корреспонденция от редакции. В г. Ставрополь г. Протопопову. Ваши претензии переданы в почтамт. Что же касается до вынутого канвового узора, то вы напрасно приняли с почты пакет с поврежденными печатями».      Воровали не только уже напечатанные - готовые - рисунки, но и «авторские права» на них. Издатели были вынуждены ставить свой «копирайт» - знак авторского права. На издании Н.И. Шапошникова «Новый альбом азбуки и узоров для вышивания по канве», вышедшее в Москве в 1894 году, на каждом листочке стоит предупреждение: «Настоящее издание составляет собственность издателя. За перепечатку оного, согласно ст. 2 прим. 1 Устава Цензуры, виновные будут преследуемы по ст. 1683, 1684, 1685 Уложения о Наказаниях».      С.А. Давыдова, проводившая исследования женских промыслов в России, писала о канвовых рисунках, которые часто использовались при изготовлении ковров: «Только наиболее зажиточные мастерицы покупали себе узоры и платили за них довольно дорого. Как пример дороговизны рисунков можно указать на следующий факт: одна из очень опытных и

умелых ковёрщиц Анна Анпилогова в селе Никольском Фатежского уезда Курской губернии сделала два ковра: один гладкий, другой - махровый - оба для Московской выставки в 1882 году. За эти ковры она была награждена серебряной медалью. Приготовляясь к тканью ковров, Анпилогова купила в Курске узор издания Knechtel K° Berlin, представляющий цветы, заплатив за маленький листочек в четвертушку 3 рубля».        СО ВРЕМЕНЕМ, когда мастерицы достаточно овладели техникой и поняли конструкцию канвового и бисерного рисунка, многие рисунки создавались на месте, русскими людьми, и совершенно прониклись духом русского народного творчества. Нередко находим мы в вышивке знакомые элементы старого народного шитья: травчатые узоры; павлинов с распущенными хвостами; геометрический орнамент: ромбы, квадраты, восьмиугольные звезды; свастику - и все это прекрасно уживается рядом с модными тогда орнаментами и эмблемами времен Людовика 14 и Империи. Так, был очень распространен шахматный узор.      Для желающих вышить понравившуюся картину или гравюру в 1848 году было

    «Вышивание по канве составляет любимое занятие для прекрасного пола, потому что женщины в избытке наделены чувством изящного, а канвовое шитье принадлежит к изящным искусствам. 
    Всякий живописный предмет, удовлетворительно исполняемый посредством тканья на жаккардовом или переборном станке, канвовым шитьем ислолняется с отличным услехом. Кто не видал картин, в которых так тонко, натурально, живо, верно, отчетливо воспроизведены все даже, так сказать, неуловимые подробности, что забываешься и отдаешь канвовой игле преимущество пред кистью художнической. 
    Как лосле этого не сожалеть, что любительницы канвового шитья должны подчиняться вкусу рисовальщиков, занимающихся переводом рисунков на канвовую бумагу, - людей, не только скудно наделенных чувствами изящного, часто даже бездарных, - и отказывать себе в удовольствии исполнять рисунки, выбранные по своему вкусу. Как еще не пожалеть, что любительница канвового шитья, избрав какой-нибудь живописный сюжет, по влечению чувства изящного, или другой причине, принуждена бывает поручить перевести его на канвовую бумагу для того только, чтоб оконтуровать рисунок, потому что у нас нет еще порядочных заведений, в которых занимаются переводом рисунков на канвовую бумагу, а след., нет и художников по этой части. Правда, из-за границы привозятся хорошие канвовые рисунки; к несчастию, они привозятся в небольшом числе экземпляров и продаются высокой ценой, так что едва удовлетворяют требованию богатых и столичных любительниц канвового шитья, между тем как небогатые и обреченные жить в провинциях, особенно любящие проводить время за канвовыми пяльцами, должны довольствоваться самыми незатейливыми и дурно исполненными образцами. 
     Считая все это глубоким огорчением для прекрасного пола и вполне его с ним разделяя, мы счастливыми считаем себя, что в рукак наших находится верное средство: совершенно и навсегда иссушить источник такого огорчения женщины. 
    Чтоб легче и яснее понять изложение нашего способа, считаем нужным предварительно изложить начала вышивания по канве. 
    Перед вами лежит данный рисунок, переведённый на канвовую бумагу. Разбирая его, вы увидите, что бумага предварительно расчерчена или разграфлена была множеством тонких и меньшим количеством утолщенных линий, взаимно друг друга под прямыми углами пересекающих, так что из расположения их образовалось множество малых и известное число больших квадратов. Отношение больших квадратов к малым таково, что один большой заключает в себе десять малых. 
    Разбивая затем расположение на такой бумаге живописного сюжета, ясно увидите, что он расположен так, что все контуры и тени его или все разнодольные цветные детали непременно оканчиваются в малых квадратах. 
    С другой стороны, в пяльцах ваших натянута редкая ткань, называемая канвою. Разбирая элементы этой ткани, вы ясно увидите, что здесь основные и уточные нити, совершенно соответствуют линиям канвовой бумаги, а образовавшиеся от взаимного пересечения их пустоты или ячейки, представляют собой квадратцы в той; нити цветные соответствуют утолщенным линиям. 
     Вышивая по канве, т. е. замещая ячейки нитями шерстяными, шелковыми и проч., вы рисуете, значит, с данного рисунка. И как скоро заместили ячейки нитями таких цветов, которыми закрашены квадратцы канвовой бумаги, то канвовое шитье готово. 
    Из краткого изложения начал канвового шитья сами собой проистекают следующие понятия: 
    1. весьма просто и легко переводить рисунки на канвовую бумагу. В самом деле, расчертим данный рисунок взаимно пересекающимися под прямыми углами линиями, так чтоб из взаимного пересечения их образовались желаемой величины квардатцы. Увидим, что все контуры и тени более или менее чисто и определенно окончатся в квадратцах. Если теперь взять уже готовую отпечатанную канвовую бумагу и разместить в квадратцах все детали так, как они разместились в расчерченном рисунке, канвовой рисунок готов. 
    2. можно вышивать по канве со всякого рисунка, не переводя его на канвовую бумагу. Взяв известный рисунок, расчертите его прямыми взаимно пересекающимися линиями, т. е. на квадратуры . Определив таким образом положение контур и теней и заметив сколько и в каком направлении заняла каждая из них квадратцев, заместите точно в таких же условиях ячейки канвы. Впрочем, мы не намерены рекомендовать этого способа, потому что расчертить рисунок значит изуродовать его. Конечно, изуродовать рисунок простой, дешевый ничего не значит, но как можно сделать это с хорошей, дорогой или заветной картиной! 
    Это понятие ведет к следующему: взять металлическую или нитяную сеть и наложить ее на избранный рисунок; тогда тени и контуры рисунка также более или менее отчетливо окончатся в ячейках сети и со снаряженной таким образом картины легко вышивать по канве. Нет надобности указывать на невыгоды этого способа; поспешим к изложению способа самого простого и легко исполнимого, а вместе с тем самого верного. 
    Представьте себе, что в руках ваших светлая и прозрачная, как стекло, бумага данного формата, и что бумага эта расчерчена точно так же, как канвовая, с той только разницей, что толстые линии заменены здесь цветными. Наложите эту прозрачную и разграфленную по вашему желанию бумагу на избранный вами живописный сюжет (эстамп простой или иллюминованный, или картину, писанную акварелью или масляными красками), ясно увидите, что все контуры и тени, словом, детали более или менее отчетливо определились, окончившись в квадратцах. 
    Следующие чертежи лучше объяснять сказанное нами: А представляет прозрачную бумагу, разграфленную на квадратики; В - цветок, называемый вьюнком и С - на цветок наложена прозрачная разграфленная бумага. 


    <...> Способ этот имеет перед обыкновенными следующие неоспоримые преимущества: 
    1) легко исполнять по канве данные рисунки, во всю их величину; 2) легко канвовый рисунок увеличить против образца и 3) легко уменьшить его.» 
    ПОСЛЕ сочинения Ивана Герасимова поток писем с различными предложениями по изготовлению рисунка для вышивки в модные журналы от читателей был поистине неиссякаем. 
    Так, в журнале, «Мода» за 1860 год читаем: 
     «Во всех дамских работах цветы больше всего входят в рисунки. В наше время во всяком искусстве видно близкое подражание природе, фантастических цветов, какие встречались на турецких шалях и китайских материях, теперь вовсе не употребляют в рисунках вышиванья. При таком направлении современного вкуса, нельзя не благодарить парижского ученого Дени, который нашел средство делать оттиски растений для употребления их при вышиванье. Любопытные наставления его заслуживают внимания всех любительниц подобных работ. Вот в чем состоит способ ученого ботаника. 
    Если растение несколько водянисто, то его покрывают слегка камедью, а когда оно не принимает воды, в таком случае напитывают маслом, и потом припудривают краскою, истертою в мелкий порошок. Для оттиска употребляется такая бумага, к которой легко пристает краска: жилки и края листиков отпечатываются на ней яснее, чем промежутки. Оттиск, снятый посредством масла, прочнее того, который делается камедью. 
    Другой способ так же удобен. Берут листок тонкой бумаги и напитывают его прованским или льняным маслом. Через три или четыре дня коптят его

Нравится Поделиться

0

Нравится

• Запись понравилась
• 0 Процитировали
• 0 Сохранили

• 0 Добавить в цитатник
• 0 Сохранить в ссылки

Понравилось

0

<a href="https://www.liveinternet.ru/users/val21/post428952134/">�стория вышивки</a><br/>�стория вышивки &nbsp; Часть первая.&nbsp; &nbsp; &nbsp;&nbsp;&nbsp;&nbsp;Те, кому посчастливилось держать в руках книги Наталии Будур, знают, сколько ценного материала собрано в этих изданиях. В основе &laquo;Полной энциклопедии женских рукоделий в двух томах&raquo; лежат пособия по рукоделию начала прошлого века, переработанные и дополненные автором книги. Одно из них - французская &laquo;Полная энциклопедия дамских изящных рукоделий&raquo; - было долгое время в списке&nbsp; 40 самых популярных книг во Франции.&nbsp; &nbsp;&nbsp;&nbsp;&nbsp;Второе... <a href="https://www.liveinternet.ru/users/val21/post428952134/">Читать далее...</a>

LiveInternet

О проекте

• Версия для PDA
• Контакты
• Разместить рекламу