Умные не столько ищут одиночества, сколько избегают создаваемой дураками суеты.

С точки зрения молодости жизнь есть бесконечное будущее, с точки зрения старости — очень короткое прошлое.

Кто жесток к животным, тот не может быть добрым человеком.

Есть одна только врожденная ошибка — это убеждение, будто мы рождены для счастья.

Разумно было бы почаще говорить себе: «Изменить я этого не могу, остается извлекать из этого пользу».

Ты не можешь ничего поделать с окружающей тебя тупостью! Но не волнуйся напрасно, ведь камень, брошенный в болото, не производит кругов.

Без женщины наша жизнь была бы в начале — беззащитна, в середине — без удовольствия, в конце — без утешения.

Посредственность озабочена тем, как бы убить время, а талант — как бы время использовать.

Лихтенберг заметил: «Если при столкновении головы с книгой раздается пустой звук, то всегда ли это звук книги?»

Кто не любит одиночества — тот не любит свободы, ибо лишь в одиночестве можно быть свободным.

Чем мы являемся на самом деле, значит для нашего счастья гораздо больше, чем то, что мы имеем.

Каждого человека можно выслушать, но не с каждым стоит разговаривать.

Богатство подобно соленой воде: чем больше ее пьешь, тем сильнее жажда. Это относится и к славе.

Иногда нам кажется, что мы тоскуем по какому-нибудь отдаленному месту, тогда как на самом деле мы тоскуем о том времени, которое мы там провели, будучи моложе и бодрее, чем теперь. Так обманывает нас время под маской пространства…

Убогий человек, не имеющий ничего, чем бы он мог гордиться, хватается за единственно возможное и гордится нацией, к которой он принадлежит.

Для того чтобы добровольно и свободно признавать и ценить чужие достоинства, надо иметь собственное.

То, что люди называют судьбой, является, в сущности, лишь совокупностью учиненных ими глупостей.

Мысли выдающихся умов не переносят фильтрации через ординарную голову.

Каждый ребенок в какой-то мере гений, и каждый гений в какой-то мере ребенок.

Не говори своему другу того, что не должен знать твой враг.

Одним из существенных препятствий для развития рода человеческого следует считать то, что люди слушаются не того, кто умнее других, а того, кто громче всех говорит.

Мир — это госпиталь неизлечимо больных.