Мимо газетных киосков трудно ходить.Столько журналов...Красивые, яркие,
глянцевые. Обложки, шрифт, печать – все выше всяческих похвал. Так всего много. Столько всего! А главное – разные они все. Одни – женские, другие, наоборот, мужские. Для дам, значит, и для кавалеров. Разные. И пишут о разном.

Для дам, само собой, моды – косметика – прически- камешки – диеты – рецепты тортиков. А еще: что делать, если бюст или нос не соответствуют внутренней гармонии, и как быть, если сны обещают, а гороскопы не соответствуют. И толстый-толстый слой рекламы. Хорошие журналы!

Журналы для кавалеров лепят свои модели жизни и человека. Такой вот имидж: выпивка – табак – оружие – часы – спорт – автомобили. И, разумеется, трусы. - что поделать: главная деталь туалета, на правильные трусы – хоть рубище ( правда, хорошо бы и оно было от Версаче – Dizel – Golf – и какиетамещекрутыемодельеры ). Очень хорошие журналы.

И разные, знаете, ничего не скажешь. Одни ( тест на интеллект: угадай, какие) – розовыесмалиновойполоскойвжелтыйцветочекизеленыйлисточекнафонекрасныхсердечек.
Другие тоже раскрашены, но краски другие: серое джерси, бежевый твид, черная кожа, вишневые трубки, небритые мор...sorry лица .

Очень разные журналы и очень красивые, так и хочется их понюхать и обнаружить, что одни пахнут духами, шоколадом, пирожными., а другие – это коньяк, сигара, дорогая кожа, копченый запах духов “KENZO”. Хотя бывает, что смесь пива, пота и машинного масла, но все равно – поверх “ KENZO “ - и элегантно, и мужественно.

Правда ведь, разные журналы? Но не совсем. Хоть они, в общем-то, разные, пишут они, в общем-то, об одном.

Есть, есть у этих разных общая тема. Частная, но общая. Главная и Стратегическая. Которая Красной Нитью. Из издания в издание, из номера в номер. Тема number один всех времен и народов.Которую не задушишь, не убьешь до скончания всего. И не приедается, не стареет, потому что главная. Нет, не деньги, хотя деньги, знаете ли, тоже...Но не деньги.

ЛЮБОВЬ. А, вы догадались? Ясное дело, она для всех – тема тем. Никого не минует чаша сия, а кого и минует, то им же хуже.

Любовь. Или взаимоотношение полов, что многие сейчас, с готовностью, отождествляют.


Ну, это кому – как. Кому любовь, кому – взаимоотношения. О полах, прямо
скажем, лучше не заикаться. Все очень перепуталось...

Но о любви пишут. Но – читают. А потом снова пишут и сами себе, друг другу и – снисходительно – нам с вами все-все про нее объясняют. Что, где, как, когда и другие вечные проблемы. Самая острая: где. По своему опыту знаем. Но не станем отвлекаться, потому что герой дня – журналы.

Они объясняют. Что такое любовь.
Или - ЛЮБОВЬ. Хотя, это уже вкусовщина.
Но, поскольку читают, то и пишут:
ОНА – вот это, это, а еще и вот так.
ОНА – тогда-то и тогда-то,но вот тогда - ни в коем случае.
Вот так смотрят, и дышат, и молчат, и все прочее.
В общем, любовь, одним словом, короче, понимаете?

Но что характерно, имена объясняющих не Петрарка или, там, Пушкин, и даже не Эдуард Асадов, чего уж Льва Толстого вспоминать всуе!
Простые такие имена: Влад Стас, Поля, Катя (судя по именам, школьники, что ли подрабатывают?).
Значит, необязательно?
Не всем же великими быть, нужен ведь и фон?
Получается, что человек из фона тоже может. Умеет-не умеет, дело пятое! Главное – может. Из фона вырваться – ого-го! Такая стена забетонированная, этот фон. Попробуй, вырвись!

Алекс, Ира, Макс и другие вырвались. Теперь объясняют, советуют.
Хотя в таком деле советовать – гиблая затея.
А объяснить и вовсе ничего нельзя, потому что все равно никто ничего не понимает.
Можно только делиться своими ощущениями, потому что любовь – это объективная реальность, данная нам в наших ощущениях, а ощущения эти у всех разные по форме, но похожие по содержанию, что, опять же, доказывает торжество диалектического материализма и могущество его законов.

Я человек из фона. Мне это обидно, говорю честно, но что делать: так фишка легла или, как было модно говорить во времена моего незабвенного детства, такова се ля ви. Мне очень не нравится, как именно эта подлая фишка подкузьмила мне, а потому, время от времени, я начинаю дергаться в надежде выпростать руки и ноги из застывшего крепко-накрепко раствора. Голова, в отличие от других частей тела, в раствор не попала, ее высвобождать не нужно. Но тоже ничего хорошего: торчит на виду, вечно всем мешает, и попасть в нее легко, а ведь больно.

Но раз я не вырвалась, а только головой могу вертеть в разные стороны, то права советовать я не получила. И объяснять тоже. И, уж тем более, учить! Но поделиться могу. Люди, знаете, везде живут. Всюду жизнь, хотя бы и в редакциях разнопестрых журналов. А уж в густонаселенной-перенаселенной стене, и подавно. Так что, не обессудьте, господа, но попробую я поделиться с вами, что именно накипело у меня в организме по поводу любви. Поделиться опытом и наблюдениями.



Но сначала мне необходимо сделать предварительное замечание, которое я обозначу какие
ПРИМЕЧАНИЕ № 1.

Это примечание нужно мне, чтобы сообщить, что в процессе дележа моего жизненного опыта и запасов наблюдений возраст я не учитываю. Ничей. Ни читателей, ни поставщиков опыта, ни свой собственный.
Возраст – это очень хлипко. Бог его знает, как его определять! Кто-то и в шестьдесят – ребенок, а у кого-то в пятнадцать старость наступила. Очень относительная категория. Я и свой-то возраст не очень четко ощущаю, а уж чужой правильно определить...Так что, каждый может мои наблюдения и выводы применить к себе в том возрасте, в каком ему это подойдет. По-моему, очень удобно. Без всех этих глупостей, что то-то и то-то тогда-то делать рано, а тому-то поздно. Раз делает, значит, в самый раз – время пришло.

Да и нет у меня времени чужим возрастом заниматься, хлопот полон рот: нужно рассказать, что такое

ПЕРВАЯ ЛЮБОВЬ.

Это нелегко, но я постараюсь. Мы готовы к любви с пеленок. Можно сказать, рождаемся с пониманием ее неотвратимости.
Сидишь на ковре с кубиками-машинками-одноглазым плюшевым мишкой, а за столом над чашками с остывшим чаем рыдают, в унисон с рабыней Изаурой, бабушка и забредшая на огонек телевизора соседка.

Только-только пририсуешь фиолетовые усы женскому портрету в какой-то толстой книге, стянутой с папиного стола, как мамина подруга, тетя Наташа, скажет что-то, на что мама делает большие глаза и шипит: “ Обалдела, что ли, ребенок в комнате! “
А ты только через двадцать лет однажды ночью вдруг понимаешь, что именно тогда было сказано.
Или мама, вся в слезах, кричит папе: “ Разойдемся, мы чужие, если бы ты меня любил, запомнил бы, что я вывела не трансцефальногональную, а трансгональноцефальную функцию, я тебе нужна только как прислуга, до моей личности тебе дела нет, я знаю, кто она – Элка из лаборатории! “
Все слышим, все видим и понимаем, вопреки тому, что о нас думают взрослые.

Если даже и не все, то многое. Все-таки, генетическая память, инстинкты – сплошная биология и физиология человека, учебник для десятого класса средней школы ( “ УЧПЕДГИЗ “, позднее – издательство “ ПРОСВЕЩЕНИЕ “ ).
Мы готовы. Семя падает на хорошо вспаханную и унавоженную почву, чем и обусловлен его бурный рост.

Душа наша, как паук у сторожевой нити, как тать в нощи, ждет отмашки фонарем, ждет, что паутина будет задета и затрясется, запляшет, запрыгает наше сердчишко и кинется на добычу.

Кто задел паутину – совершенно неважно. Сам по себе, он нам совсем не интересен. Мы разыгрываем, как нам самим кажется, великую трагедию, на худой


конец, драму, великую историю великой любви, и без статиста, визави, без того, кто подает реплики, просто не обойтись. Моноспектакль в любви? А вы умеете?
Мы – нет! Нам нужен партнер.

И вот он появился. Кто ? Да кто угодно! Диву даешься, когда видишь, кто становится героем на подмостках театра Первой Любви. Диапазон кадидатов очень велик: от соседа по парте до грузчика из соседнего гастронома. Главное, что именно от задел паутину, и можно начинать репетицию.

Ясное дело – репетицию, а чем же еще является первая любовь? Тренировка. У нас накопились теоретические знания ( см. выше: рабыня Изаура, тетя Наташа и т.д. ), пора приступать к лабораторному практикуму. Но непонятно, сколько времени он займет, и мы ужасно спешим, стараясь как можно больше проверить на практике. Поэтому спектакль, автором, режиссером и исполнителем которого мы являемся, так пересыщен всевозможными эффектами, а накал страстей такой,что пахнет жареным, и из партнера валит дым.

Не приведи, Господь, несчастному статисту принять весь это фейерверк на свой счет и за чистую монету! Мало ли случаев, когда первая любовь, это явление, имеющее репутацию нежного, чистого и романтического чувства, ломало жизнь легковерным бедолагам.

На деле, никто никого не любит. Идет нормальный процесс изучения жизни, и если кто-то что-то любит, то это “ что-то “ - сама любовь. Ну да. Мы столько о ней слышим, что потихоньку начинаем считать ее главной радостью жизни, основным ее содержанием. Тот маленький нюанс, что любовь не существует сама по себе, а должна быть обращена на некий объект, от нас ускользает. Мы и не знаем, и не помним, что любить нужно человека. Нам просто нужно любить, а вернее, вести некий образ жизни, который докажет и нам самим, и окружающим, что мы переживаем великое чувство.

Вступать брак с первой любовью категорически не рекомедуется. Во-первых, рано или поздно, но все трюки будут перепробованы и разучены, и что потом? Во-вторых, не следует затягивать репетиционный период: можно перетренироваться, как музыканты “ переигрывают руку “ - и все, карьера на этом заканчивается.
Нет-нет, после первой любви, как и после всякой тренировки, нужно хорошенько отдохнуть, прежде чем вступить в следующую фазу, которую я назову условно


ЗРЕЛАЯ ЛЮБОВЬ.