У других девочек, ее подружек, были папы.
Одни из них курили "Казбек" и носили шляпы,
другие - "Приму", "Север", ходили в кепках.
Некоторые выпивали частенько, другие - редко.
Папы работали, служили, приносили домой зарплату.
У их дочек ни на одном платье не бывало ни одной заплаты,
и обувь бывала на разные случаи - на будни и праздник, жару и холод.
И, уж конечно, девочки эти не знали такой голод,
когда вареную курицу впервые в жизни пробуешь в десять лет
и не в праздник, а в будний день, случайно попав на обед
к подружке, которой помогаешь в учебе, а то у нее одни двойки.
И там же впервые в жизни ешь яблочные слойки.
В воскресенье, взяв под руку маму, а дочку за руку, папа их вел развлекаться.
У мамы часы "Ракета", зонтик китайский, кольцо на пальце,
шифоновое платье, лаковые туфли, перманент.
В этих прогулках самым сладостным был тот момент,
когда можно было в новом платье пройти мимо девочки в затрапезе:
подумаешь, отличница! Зато нищая и может только мечтать об отрезе
крепдешина на платье, а вот ей мама купила два!
И кому нужна в нашей жизни умная голова?!
Они гуляли в парке, папа в тире стрелял, демонстрируя мужественность, дочь каталась на карусели.
Мороженое из креманок стальных запотевших очень медленно ели.
Маме взяли шампанское, папе - коньяк, дочке крем-соду.
Казалось, специально для них устраивали солнечную погоду.
Девочкам в этих семьях капризничать разрешали.
Раздавались нытье и брюзжанье в самом начале.
А потом девочка выла, раззявив рот, распустивши сопли.
В этих семьях девочки ногой на родителей топали!
Чаша терпения мамы переполнялась раньше, папа смотрел виновато.
Жена ему говорила, что зря не начали шлепать девчонку в раннем детстве - давно когда-то.
Но ведь папа не смог бы ее и пальцем тронуть все равно.
И тут девочка посреди воя вдруг говорила:" Пошли в кино!"
Вечером папа уснувшую дочь нес на руках домой.
Он знал ее детские тайны и горести - все до одной.
Он терпеть не мог парней, что крутились вокруг подросшей дочурки:
был уверен, что все они или насильники, или урки.
Из девочек этих выросли самые разные бабы:
умные и дуры, добрые лапочки и злые жабы.
Но у всех у них в городе далеком живет старенький папа.
И вот, когда жизнь наложит на них свою когтистую лапу,
можно к нему убежать и плакать в его жилетку горько.
У этих пап всегда найдется для дочери суп и койка.
Эти папы дочерей никогда не бросали, не сбегали от них далеко,
другим - чужим - дочкам не покупали туфельки и молоко.
Эти папы слушать умели и знали: их дочка красавица,
а что до того, что мужикам она не очень-то нравится,
так это они идиоты, зенки зальют и понять не могут
папину девочку, папину доченьку-недотрогу.
Эти папы всегда вышлют деньжат на дорогу,
чтобы дочка сумела от долгов и напастей сбежать
в детство, где папа, ее комната светлая, стол и кровать.
Девочки, что жили без пап, тоже выросли разными.
Тоже умными и дурами, красотками и безобразными.
Кто-то из них к жизни ластится, кто-то берет нахрапом...
Но ни у одной в тылу нет крепости по имени папа.
04.12.07
Израиль
